Экспресс-бюллетень прокуратуры Красноярского края о судебной практике рассмотрения уголовных дел за июль 2012 г.

04.09.2012 15:28:00

Обобщение практики рассмотрения судами уголовных дел

о преступлениях в сфере лесопользования

за первое полугодие 2012 года  

 

 

За первое полугодие 2012 года судами края рассмотрено 196 (+84) уголовных дел о преступлениях в сфере лесопользования в отношении 227 (+95) лиц. Постановлено 157 (+52) обвинительных приговоров в отношении 186 (+61) лиц.

По нереабилитирующим основаниям прекращено 33 (+26) уголовных дела в отношении 33 лиц, а именно в связи с деятельным раскаянием 31 (+25)  дело в отношении 31 (+25) лица, в связи с примирением сторон 2(+1) дела в отношении 2(+1) лиц.

Так, постановлением мирового судьи судебного участка № 11 в г. Боготоле и Боготольском районе Красноярского края от 28.05.2012  прекращено  в связи с деятельным раскаянием уголовное дело в отношении М., обвиняемого  в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 260 УК РФ, а именно  в незаконной вырубке  лесных насаждений в значительном размере.

М. ранее не судим, добровольно явился в правоохранительные органы с повинной и заявил о совершённом преступлении, причинённый ущерб возместил в полном объёме.

Бензопила, изъятая у М., обращена в доход государства.

Освобождено от уголовной ответственности в связи с применением принудительных мер медицинского характера 4 лица (+1).

В 1 полугодии 2012 года постановлен 1 оправдательный приговор (+1) в отношении 1 лица, который отменён в кассационном порядке, дело направлено на новое судебное рассмотрение.

За должностные преступления в сфере лесопользования за исследуемый  период лица не осуждались (=).

Преступления, предусмотренные ст. 260 УК РФ, как правило,  совершаются с целью  переработки и реализации незаконно срубленной древесины, а также отопления печей в зимний период.

         Практика назначения наказания по уголовным делам указанной категории свидетельствует о том, что основным видом наказания, применяемым судами, является лишение свободы, которое в силу ст. 73 УК РФ признается условным, поскольку данные деяния относятся к категории преступлений небольшой и средней тяжести - 92 (+13) лица,  штраф назначен 22 лицам,  обязательные работы – 27, исправительные работы реально – 14, исправительные работы с применением ст. 73 УК РФ – 27 лицам.

Таким образом, в первом полугодии 2012 года за совершение преступлений указанной категории наказание, не связанное с лишением свободы (штраф, исправительные и обязательные работы), определено 90 (+46) лицам.

Так, приговором мирового судьи судебного участка № 34 в Иланском районе от 07.06.2012 Ш. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного по ч.1 ст. 260 УК РФ, за которое определено наказание в виде штрафа размером 5 000 рублей с рассрочкой уплаты на 2 месяца. 

Ш. совершил незаконную рубку 5 сосен, причинив государственному лесному фонду значительный материальный ущерб на сумму 44 109 рублей.  В ходе расследования уголовного дела Ш. добровольно возместил причинённый ущерб в полном объёме, явился с повинной и активно способствовал раскрытию и расследованию преступления. 

Реальное отбытие наказания в виде лишения свободы назначается в исключительных случаях, когда лицо уже имеет условную судимость за предыдущее преступление, а также в случаях совершения   преступлений в сфере лесопользования в совокупности с другими более тяжкими  преступлениями.

Так, в первом полугодии 2012 года реальное отбытие наказания в виде лишения свободы назначено  4 (+2) лицам.

Приговором  Богучанского районного суда  от 21.03.2012 ранее судимый  А.  осужден  по ч.3 ст. 260 УК РФ к 6 месяцам  лишения свободы с отбыванием   в исправительной колонии  строгого режима.

22.11.2011 А., находясь в лесном массиве, расположенном  в квартале 38 выделе 32 Богучанского участкового лесничества КГБУ «Богучанское лесничество» восточнее с. Богучаны, при помощи принадлежащей другому лицу бензопилы «Штиль-660» незаконно, не имея разрешающих документов на заготовку древесины на указанном лесном участке, спилил 29 деревьев породы сосна и 15 деревьев породы лиственница, в результате чего причинил лесному фонду Российской Федерации ущерб на сумму 192 408 рублей в особо крупном размере, который взыскан приговором суда. 

При назначении основного наказания судами края в исключительных случаях применяются и дополнительные виды наказания, такие как лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Так, приговором мирового судьи судебного участка № 133 в Шушенском районе М. осуждён по ч.1 ст. 260 УК РФ, п. «г» ч.2 ст. 260 УК РФ, на основании ч.2 ст. 69 УК РФ к 200 часам обязательных работ с лишением права заниматься  лесозаготовительной деятельностью сроком на 1 год.

М. совершил незаконную рубку деревьев, а равно повреждение до степени  прекращения роста лесных насаждений, в том числе в крупном размере - в количестве 31 дерева породы берёза с использованием топора и  бензопилы «Штиль», причинив ущерб в крупном размере на сумму 98 308 рублей.

Вещественные доказательства - топор и бензопила «Штиль» по приговору суда конфискованы, исковые требования прокурора о взыскании с М.  в счёт возмещения ущерба 98 308 рублей в пользу Российской Федерации удовлетворены.

Дополнительное наказание назначено судом с целью предупреждения совершения М. новых преступлений.

Как и прежде, актуальным остается вопрос о необходимости  конфискации орудий  совершения преступлений в сфере лесопользования.

В течение первого полугодия 2012 года в соответствии с положениями главы 15.1 УК РФ конфисковано и обращено в доход государства  86 (+24) орудия преступлений по 83 (+21)  уголовным делам о  преступлениях в сфере лесопользования, что составляет 54,7% от общего количества дел с обвинительным приговором (+4,2 %).

В соответствии с п. «г» ч.1 ст.104 УК РФ суд может конфисковать и обратить в собственность государства орудия совершения преступления, только если они  принадлежат обвиняемому. 

В основном,  орудиями совершения указанной категории преступлений  в ходе расследования признаются бензопилы, конфискация которых и производится по результатам  рассмотрения уголовных дел. 

Причиной недостаточной результативности по изъятию и обращению в доход государства транспортных средств и механизмов, с использованием которых совершаются преступления,  является то, что виновные лица не являются собственниками вещественных доказательств, признаваемых по делу орудиями преступления, в связи с чем, они возвращаются судом законным владельцам.

Вместе с тем, имеются случаи, когда орудия преступления безосновательно возвращаются  осужденным, а незаконные судебные  решения в этой части прокурорами не обжалуются.

Так, по приговору мирового судьи судебного участка № 35 в Ирбейском районе от 11.05.2012 Е. осуждён  по ч.1 ст. 260 УК РФ с назначением наказания в виде обязательных работ сроком на 180 часов. В пользу Агентства лесной отрасли края постановлено взыскать с Е. в счёт возмещения  ущерба  13 718 рублей. Вещественное доказательство  - бензопила, безосновательно оставлено осужденному.

Аналогичная ситуация имеет место в г. Минусинске, Партизанском   районе.

Положительной оценки заслуживает позиция прокурора Идринского района по следующему уголовному делу.

Приговором мирового судьи судебного участка №33 в Идринском районе от 11.04.2012 по ч.1 ст. 260 УК РФ за незаконную рубку деревьев осуждён Р. с назначением наказания в виде 6 месяцев исправительных работ с удержанием 5% заработка в доход государства, с применением ст. 73 УК РФ с испытательным сроком 6 месяцев.

Бензопила марки «Дружба-4» возвращена  по принадлежности Р.

По апелляционному представлению прокурора  приговором Идринского районного суда от 26.06.2012 приговор мирового судьи судебного участка №33 в Идринском районе от 11.04.2012 в отношении Р. отменён в связи с неправомерным возвращением осужденному орудия преступления, подлежащего конфискации.

Приговором апелляционной инстанции вещественное доказательство бензопила марки «Дружба-4», в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 104-1 УК РФ конфискована и обращена в собственность государства.

Сумма взысканного судом, а также добровольно  возмещенного ущерба по делам указанной категории в 1 полугодии 2012 года составила 24 815 228,59  (+ 10 367 497, 34) рублей или 67,3% (+18,6%) от общей суммы причинённого ущерба, из которой в Мотыгинском районе – 4 264 553 рублей, Абанском районе – 5 628 246,9  рублей, Богучанском районе   - 7 210 000 рублей.  

При увеличении общей суммы взысканного ущерба по краю в целом,  отмечается самоустранение прокуроров от решения в рамках уголовного судопроизводства  вопросов  возмещения ущерба, причинённого государству.

Так, в  Абанском районе ущерб, причинённый государству преступлениями в сфере лесопользования, составляет 9 640 240,27 рублей. Добровольно возмещён ущерб, а также удовлетворены иски на сумму 5 628 246,9  рублей.   Оставшаяся сумма ущерба 4 011 993,37 рублей судом не взыскивалась, в связи с отсутствием  заявленных исковых требований.

При этом прокурором района полномочия по предъявлению исков в защиту государства в рамках уголовного судопроизводства не использованы.

Не приняты своевременные меры к взысканию ущерба и прокурорами Тасеевского (819 557 рублей), Северо-Енисейского (134 979 рублей), Дзержинского (501 953,78 рубля), Енисейского (69 242,5 рубля), Манского (684 593 рубля) и других районов края, Ачинским межрайонным прокурором (109 809 рублей), Минусинским межрайонным прокурором (54 940 рублей).  

В настоящее время на рассмотрении в судах находятся иски на сумму 5 236 000 рублей.

Большинство уголовных дел о преступлениях в сфере лесопользования рассмотрено в особом порядке, каких - либо сложностей при поддержании государственного обвинения не возникало.

При этом в течение 1 полугодия 2012 года 4 уголовных дела рассмотрены судами в отношении 4 лиц, обвинявшихся в совершении преступлений, связанных с незаконными порубками лесных насаждений в составе организованной группы.

Так, приговором Богучанского районного суда от 18.04.2012 в порядке главы 40.1 УПК РФ Г. осуждён за совершение 7 преступлений  - незаконной порубки лесных насаждений в крупном размере организованной группой, предусмотренных ч.3 ст. 260 УК РФ, с назначением наказания на основании ч.3 ст. 69 УК РФ в виде 2 лет 10 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься лесозаготовительной деятельностью сроком на  1 год. Наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным.

В конце сентября 2011 года Г., являясь частным предпринимателем, намереваясь осуществлять преступную деятельность, связанную с совершением незаконных рубок деревьев на территории Чуноярского участкового лесничества Краевого  государственного казённого учреждения «Чунское лесничество», на протяжении неопределенного промежутка времени, решил создать устойчивую, сплочённую преступную группу с целью извлечения незаконного дохода, специализирующуюся на преступлениях в сфере незаконных рубок лесных насаждений.

Для этого Г. привлёк к участию в организованной преступной группе ранее знакомых ему жителей с. Чунояр Богучанского района Красноярского края, хорошо зарекомендовавших себя в ходе лесозаготовительной деятельности в официально отведённых лесосеках лиц, дела в отношении которых выделены в отдельное производство, заинтересовав последних получением совместного дохода от совершения незаконной рубки лесных насаждений.

Г. отвёл себе роль организатора преступной группы в целях осуществления общего руководства. Роль исполнителей была определена привлечённым лицам,  которые должны были контролировать, координировать и осуществлять текущее управление работой лесозаготовительных бригад, в составе которых сами также работали вальщиками, согласно указаниям, даваемым организатором.

Г., как организатор, разработал план осуществления преступной деятельности, согласно которому он, обладая  общей информацией, подыскивал на территории КГКУ «Чунское лесничество» в Богучанском районе Красноярского края лесные насаждения, пригодные для вырубки и дальнейшей выгодной реализации, а бригада рабочих, в состав которой входили исполнители – участники ОПГ, под контролем последних и по указанию организатора осуществляла рубку лесных насаждений, чекировку, раскряжевку, трелевку и складирование в штабеля сортимента древесины хвойных пород.

При этом Г. использовал конспирацию между ним и лицами, дела в отношении которых выделены в отдельное производство, посвящая  лишь их одних из всех членов бригады в свои преступные намерения, поддерживал с ними связь посредством телефонных разговоров, в ходе которых обсуждались дальнейшее планирование деятельности, объёмы выполненных работ.

Для придания законного вида сделкам по реализации древесины в организации, расположенные на территории железнодорожных тупиков в Богучанском районе Красноярского края, Г. планировал использовать имеющиеся у него документы на разрабатываемую им лесосеку № 39 в квартале 128 выдела 39 Чуноярского участкового лесничества КГКУ «Чунское лесничество», таким образом, вводя в заблуждение представителей организаций, приобретающих древесину.

Кроме того, Г. использовал имеющийся у него в собственности автомобиль «УРАЛ» с гидроманипуляторной установкой и погрузочной площадкой, а также привлечённые автомобили с погрузочной площадкой для вывоза древесины, которые по указанию организатора выезжали на место рубки, где осуществлялась погрузка сортимента древесины хвойных пород. После этого незаконно вырубленная древесина перевозилась в места сбыта и реализовывалась, а полученные от реализации незаконно вырубленной древесины денежные средства распределялись Г. между участниками организованной преступной группы по его усмотрению.

Г. снабжал бригаду, которая временно проживала в лесном массиве в помещении, принадлежащем организатору, запасными частями, продуктами питания и горюче-смазочными материалами. Кроме того, Г. предоставил  участникам ОПГ автомобиль «УАЗ-390942» для доставки  бригад к местам совершения преступлений и осуществления снабжения, 2 трактора «ТТ-4» для трелевки  древесины, бензопилы «Хузкварна 365» и «Штиль 440» для незаконной рубки деревьев, то есть отделения ствола от корня дерева.

Созданная Г. преступная группа характеризовалась организованностью участников, действующих совместно и согласованно, в тесном взаимодействии, в соответствии с заранее распределенными ролями,  по тщательно разработанным планам, с применением одних и тех же форм и методов преступных действий.

В составе организованной преступной группы Г. совершил  7 преступлений, связанных с незаконной рубкой лесных насаждений  (деревьев), в том числе в крупном и  особо крупном размере.

Заявленный прокурором иск о взыскании  с Г. суммы ущерба в размере  4 129 700 рублей 15 копеек удовлетворён судом  в полном объёме.  

В порядке ст. 237 УПК РФ судами края возвращено 1 (-3)  уголовное дело в связи с нарушением следователем требований ч.5 ст. 217 УПК РФ.

Постановлением Дзержинского районного суда Красноярского края от 19.06.2012 по ходатайству адвоката подсудимого уголовное дело в отношении  К., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 260 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения.

Основанием возвращения уголовного дела послужило заявление адвоката подсудимого, который указал на то, что при ознакомлении 27.04.2012 обвиняемого с материалами уголовного дела следователь  не разъяснил К. права, предусмотренные ч.5 ст. 217 УПК РФ, а также не предоставил для ознакомления вещественные доказательства.

Фактически в протоколе ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела после записи о разъяснении К. прав, предусмотренных ч.5 ст. 217 УПК РФ, имеется подпись последнего, однако в графе о его желании воспользоваться указанными правами соответствующая запись отсутствует, поставлен прочерк. Также в данном протоколе указаны все вещественные доказательства по делу, однако отсутствуют сведения о том,  ознакомлен ли с ними обвиняемый.

Частные постановления судом не выносились.

В 1 полугодии 2012 года судебной коллегией по уголовным делам Красноярского краевого суда рассмотрено 10 (+1) кассационных представлений в отношении 12 лиц (=) по уголовным делам в сфере лесопользования, предусмотренных ст. 260 УК РФ, удовлетворено в отношении 10 лиц (=). Результативность кассационного обжалования составила 83,3% (=).

Судом кассационной инстанции отменено и изменено 7 (+1) приговоров в отношении 9 (=) лиц. Из них 6 приговоров в отношении 8 лиц отменены и изменены по кассационным представлениям прокуроров, 1 приговор в отношении 1 лица изменен по жалобе осужденного. Уровень кассационного реагирования составил 88,9% (=).

Так, кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 24.01.2012 приговор Иланского районного суда  от 05.08.2011, которым С. осужден по ч. 3 ст. 260 УК  РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, изменен по жалобе защитника. Основанием пересмотра приговора суда послужило неправильное применение уголовного закона, в том числе  и при квалификации действий виновного.

Преступление С. совершено в июле 2010 года, действия судом первой инстанции были квалифицированы по ч. 3 ст. 260 УК  РФ без указания редакции уголовного закона. Вместе с тем, Федеральным законом № 26-ФЗ от 07.03.2011 в ч. 3 ст. 260 УК  РФ внесены изменения, улучшающие положение осужденного, исключен нижний предел наказания, предусмотренного в виде лишения свободы, в связи с чем, действия С. подлежали квалификации по ч. 3 ст. 260 УК  РФ в редакции указанного уголовного закона, вступившего в действие после совершения преступления.

Кроме того, судом не дана оценка имеющемуся в материалах дела ходатайству начальника СО МВД России по Иланскому району К. о том, что С. оказывал содействие следствию в изобличении лиц, совершивших преступление, предусмотренное ст. 260 УК  РФ.

Учитывая изложенное, судебная коллегия признала в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, активное способствование изобличению лиц, совершивших преступление. Действия осужденного переквалифицированы на ч. 3 ст. 260 УК  РФ в редакции ФЗ № 26 от 07.03.2011, наказание в виде лишения свободы снижено.

В 1 полугодии 2012 года по кассационному представлению отменен 1 приговор в отношении 2 лиц, одно из которых оправдано, а второе осуждено, в связи с несоответствием выводов суда исследованным доказательствам.

К. и Кр. органами предварительного следствия обвинялись в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, а именно в совершении незаконной рубки леса в лесосеке №1, расположенной в квартале 85 выдел 7 Подтаежного участкового лесничества эксплутационных лесов КГУ «Каратузское лесничество» путем осуществления рубки лесных насаждений в количестве значительно большем, чем они приобрели по разрешительным документам. Своими действиями К. и Кр. причинили государству материальный ущерб на сумму 1163514 рублей.

Приговором Каратузского районного суда Красноярского края К. оправдан по предъявленному обвинению в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Кр. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, ей назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев, с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 6 месяцев.

Кроме того, из обвинения Кр. судом были исключены квалифицирующие признаки: «использование лицом своего служебного положения» и «совершение преступления группой лиц по предварительному сговору».

Оправдывая К., суд 1 инстанции взял за основу показания подсудимых, утверждавших, что они приняли все меры к получению документов на рубку леса в полном объеме, но работники Каратузского лесничества не оформили документы полностью и, действуя по мотивам личных неприязненных отношений, использовали эту ситуацию, как повод для привлечения Красильниковых к уголовной ответственности. Основанием для принятия решения явились выводы суда о наличии у К. и Кр. предполагаемого права на заготовку 497 кубометров древесины.

Судебная коллегия 26 апреля 2012 г., отменяя приговор Каратузского районного суда, отметила, что указанные выше доводы К. и Кр. судом 1 инстанции надлежащим образом проверены не были, необходимые  свидетели не допрашивались, несмотря на то, что данные показания противоречили материалам уголовного дела. На стадии предварительного следствия свидетели не допрашивались, поскольку доводы подсудимых о наличии предполагаемого права на рубку лесных насаждений были впервые заявлены в суде. Кроме того, положения лесного законодательства не предусматривают реализацию каких-либо предполагаемых прав лесопользователей в сфере лесозаготовок, а устанавливают разрешительный порядок рубки лесных насаждений, находящихся в государственной собственности. Пунктом 11 ст. 1 Лесного кодекса РФ установлен принцип платности использования лесов. Доказательств получения К. и Кр. правовых оснований участвовать в заготовке леса стороной защиты представлено не было.

Кроме того, судебной коллегией отмечено, что судом не были опровергнуты многочисленные доводы стороны обвинения, в том числе касающиеся квалифицирующих признаков преступления, не решен вопрос о вещественных доказательствах.

Иные приговоры изменялись по кассационным представлениям прокуроров района, в связи с неправильным применением судом уголовного закона при квалификации действий осужденных и назначении наказания.

Приговор Богучанского районного суда в отношении Ч., осужденного 05.12.2011 по ч. 3 ст. 260 УК РФ, изменен в связи с неправильной квалификацией действий осужденного по ч. 3 ст. 260 УК РФ в редакции ФЗ №145 от 22.07.2008. Судебной коллегией по уголовным делам действия Ч. переквалифицированы на ч. 3 ст. 260 УК РФ в редакции ФЗ №26 от 07.03.2011, так как данный закон улучшал положение осужденного, наказание оставлено без изменения.

По аналогичным основаниям изменен приговор Богучанского районного суда от 23.01.2012 в отношении Г., осужденного 23.01.2012 по ч. 3 ст. 260 УК РФ (определение судебной коллегии по уголовным делам от 13.03.2012).

Судебной коллегией по уголовным делам 22.05.2012 изменен приговор Абанского районного суда от 30.03.2012 в отношении М., который осужден к лишению свободы: по п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ к 1 году, по ч. 3 ст. 260 УК РФ к 2 годам 6 месяцам; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 3 годам, условно с испытательным сроком 2 года. Основанием для изменения приговора послужило нарушение ст. 56 УК РФ, так как преступление, предусмотренное п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ является преступлением небольшой тяжести, отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено. М. совершил преступление впервые, в связи с чем ему не могло быть назначено наказание, не связанное с лишением свободы.

Изменяя приговор Богучанского районного суда от 17.02.2012 в отношении К. и Х., осужденных по ч. 3 ст. 260 УК РФ, суд 2 инстанции указал на нарушение судом 1 инстанции уголовного закона при назначении дополнительного наказания. Так, назначая К. и Х. дополнительное наказание в виде лишения права заниматься лесозаготовительной деятельностью суд необоснованно учел размер причиненного ущерба, который является обязательным признаком указанного  состава преступления. Кроме того, при назначении Х. наказания по совокупности приговоров, в соответствии со ст. 70 УК РФ, суд в нарушение ч. 2 ст. 47 УК РФ не указал срок, на который назначено дополнительное наказание. В связи с изложенным, из приговора в отношении Х. и К. указание о назначении им дополнительного наказания в виде лишения права заниматься лесозаготовительной деятельностью исключено.

Основанием для изменения приговора Богучанского районного суда в отношении С., осужденного по ч. 3 ст. 260 УК РФ, послужило то, что судом, в нарушение ст. 73 УК РФ условное осуждение применено и к дополнительному наказанию, в связи с чем судом кассационной инстанции дополнительное наказание в виде лишения права С. заниматься лесозаготовительной деятельностью из приговора исключено.

Кроме того, по представлению прокурора изменено 1 апелляционное постановление суда.

Постановлением судебной коллегии по уголовным делам от 17.04.2012 изменено апелляционное постановление Богучанского районного суда от 24.02.2012, которым приговор мирового судьи судебного участка №13 в Богучанском районе от 23.01.2012 в отношении Б., осужденного по ч. 2 ст. 260 УК РФ, оставлен без изменения. Так как преступление совершено Б. в мае 2010 года, судом 2 инстанции апелляционное постановление уточнено указанием о квалификации его действий по ч. 2 ст. 260 УК РФ в редакции Федерального закона РФ №26-ФЗ от 07.03.2011, а не Федерального закона №420-ФЗ от 07.12.2011.

В 1 полугодии 2012 года судом кассационной инстанции края отклонено 1 представление прокурора.

Судебной коллегией 03.05.2012 отклонено кассационное представление на постановление Пировского районного суда от 20.04.2012, которым отказано в удовлетворении ходатайства следователя об избрании Н., подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, меры пресечения в виде заключения под стражу.

Всего в анализируемом периоде рассмотрено 9 апелляционных  представлений в отношении 9 лиц, удовлетворено в отношении 8 лиц. Результативность апелляционного реагирования составила 88,9%. Лица привлекались к уголовной ответственности по ч.ч. 1, 2 ст. 260 УК РФ.

Судом апелляционной инстанции удовлетворено представление прокуратуры Тасеевского района Красноярского края на постановление  мирового судьи судебного участка №125 в Тасеевском районе Красноярского края от 06.12.2011, которым уголовное дело в отношении Г. по п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ, прекращено в соответствии со ст. 28 УК РФ, в связи с деятельным раскаянием. В отношении Г. вынесен обвинительный приговор, он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ, с назначением наказания в виде штрафа в размере 120000 рублей. Основанием для отмены постановления послужило то, что мировой суд неверно указал, что незаконная порубка лесных насаждений осуществлена с противопожарной целью, что не соответствует обстоятельствам дела, должным образом не оценил общественную опасность совершенного деяния. Кроме того, при принятии решения судом были допущены и другие нарушения уголовно-процессуального законодательства, в том числе не выслушано мнение подсудимого по заявленному адвокатом ходатайству о прекращении дела, нарушен порядок особого судопроизводства.

Всего судом апелляционной инстанции по представлению прокурора изменено 6 приговоров в отношении 6 лиц. По жалобам сторон приговоры мировых судей не изменялись, эффективность апелляционного реагирования на незаконные приговоры составила 100% (на уровне  АППГ).

Так, приговором Енисейского районного суда от 28.02.2012 по апелляционному представлению прокурора изменен приговор мирового судьи в отношении Б., которым он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 260 УК РФ, назначено наказание в виде 5 месяцев лишения свободы, условно с испытательным сроком 6 месяцев. В связи с нарушением ст. 56 УК РФ, допущенным мировым судом, апелляционной инстанцией изменено наказание, назначенное осужденному, на штраф в размере 6000 рублей. Наказание назначено с учетом имущественного положения осужденного.

         В 1 полугодии 2012 года в порядке надзора президиумом краевого суда отменен 1 приговор (+ 1), состоявшийся по ч. 3 ст. 260 УК РФ, с на­правлением дела на новое судебное рассмотрение в порядке главы 47 УПК РФ.

Другие судебные решения анализируемой категории в 1 полугодии 2012 года судом надзорной инстанции не пересматривались.

Основанием к отмене вышеуказанного приговора явились существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные судом при реше­нии вопроса о вещественном доказательстве - орудии преступления.

Так, по приговору Нижнеингашского районного суда Красноярского края от 25.03.2011 П. осужден по ч. 3 ст. 260 УК РФ, с применением ст. 73 УК РФ, к 3 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком в 3 года. В приговоре также разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств - постановлено конфисковать с обращением в собственность го­сударства бензопилу марки «SНTIL-MS 660».

Судебной коллегией по уголовным делам краевого суда 19.05.2011 ука­занный приговор изменен, действия П. квалифицированы по ч. 3 ст. 260 УК РФ в редакции Федерального закона от 07.03.2011 № 26-ФЗ, наказание за данное преступление снижено до 3 лет 4 месяцев лишения свободы, в осталь­ной части приговор оставлен без изменения.

Не согласившись с судебными решениями, в краевой суд с надзорной жалобой обратилась П. - супруга осужденного, которая заявила о принадлежности конфискованной бензопилы в соответствии с условиями брачного договора ей, а не осужденному П., в связи с этим - незаконно­сти выводов суда о конфискации указанного вещественного доказательства. В подтверждение доводов заявительница приложила к жалобе товарный чек от 20.11.2010, гарантийный талон, копию товарного чека от 08.10.2011,  оформленные на ее имя.

Как установлено президиумом краевого суда, при принятии решения о конфискации бензопилы суд 1 инстанции признал недостоверной копию то­варного чека о приобретении бензопилы от 20.11.2010 в связи с отсутствием кассового чека и технической документации.

Указанный вывод суда признан президиумом незаконным со ссылкой на п. 2.1 ст. 2 Федерального закона от 22.05.2003 № 54-ФЗ в редакции от 17.07.2009 «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и расчетов с использованием платежных карт», согласно которому, при соблюдении условий, предусмотренных п. 2 ст. 346.26 Налого­вого кодекса РФ, указанные расчеты могут осуществляться без применения контрольно-кассовой техники при условии выдачи по требованию покупателя документа, подтверждающего прием денежных средств за товар, в т.ч. и то­варного чека, который должен содержать перечень необходимых сведений, предусмотренных данным законом.

В указанном в приговоре товарном чеке от 20.11.2010 все требуе­мые сведения отражены, в связи с чем правильность вывода о его недостовер­ности поставлена президиумом под сомнение.

Учитывая, что иного обоснования использования бензопилы в качестве орудия совершения преступления и принадлежности ее именно осужденному в описательно-мотивировочной части приговора не приведено, состоявшиеся в отношении П. в части конфискации орудия преступления приговор и кассационное определение отменены, дело направлено на новое судебное рас­смотрение в порядке главы 47 УПК РФ, регламентирующей производство по рассмотрению и разрешению вопросов, связанных с исполнением приговора.

Таким образом, надзор за законностью судебных решений по уголовным делам о преступлениях в сфере лесопользования, в целом отвечает предъявляемым требованиям. Однако, имеют место случаи отмены приговоров по кассационным жалобам осужденных, а также факты принесения необоснованных кассационных представлений.

 

ОПРАВДАТЕЛЬНЫЕ ПРИГОВОРЫ,

ПОСТАНОВЛЕННЫЕ В ИЮЛЕ 2012 ГОДА

 

Приговором Курагинского районного суда от 02.07.2012 оправдана С.,  обвинявшаяся в совершении  преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ.

С 2004 года С. поставлена в очередь на получение жилья на территории муниципального образования г.Артемовск как не имеющая своего жилья и проживающая со своей семьей (мужем и ребёнком) у родителей, где обеспеченность жилой площадью на одного человека менее 7 квадратных метров.  

В 2006 году С. приобрела у К. за 15 000 рублей жилой дом. Сделка оформлена не была, передача денег состоялась по расписке, заверенной заместителем главы администрации и в ее присутствии.

С. со своей семьёй зарегистрировалась и стала проживать в купленном доме.  Общая площадь в доме превышала учётную норму и С. утратила право стоять в очереди, однако не была исключена из очереди.

В конце 2006 года С. подала заявление о включении её в состав участника целевой программы «Обеспечение жильём молодых семей на 2006-2008 годы», оформила от имени К. договор аренды, в результате чего получила субсидию на приобретение жилья в размере около 700 000 рублей, на которые приобрела квартиру.

В суде С. пояснила, что администрации было хорошо известно о покупке дома. Должностные лица администрации сами сказали ей, что так надо, бланк договора аренды оформляла работник администрации, а она и К. подписали его.

Глава администрации в суде подтвердила, что дом, купленный С. за 15 000 рублей очень старый (50-х годов – по заключению технической экспертизы к 2008 году исчерпал нормативный срок службы вообще), официально ветхим не признавался, потому что у С. не было на это средств, но без капитального ремонта, требующего больших финансовых вложений для проживания был не пригоден, сомнений об участии С. в программе не возникало. Она сама посоветовала С. оформить договор аренды, оказав в этом техническую помощь.

Таким образом, умысел С. на хищение денежных средств путём обмана в судебном заседании доказан не был.

Приговор в законную силу не вступил.

 

*   *   *

 

Приговором Идринского районного суда от 04.07.2012г. оправдана Ч.,  обвинявшаяся в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30 ч.3 ст. 159 УК РФ, т.е. покушении на мошенничество в крупном размере.

Ч. обратилась с заявлением о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, на общую сумму 365 698 рублей 40 копеек, в связи с рождением четвертого ребенка, т.к. выдача данного сертификата на основании Федерального закона №  256-ФЗ от 29.12.2006 «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» производится женщинам, родившим второго и последующих детей, начиная с 01.01. 2007.

При заполнении данного заявления, Ч. будучи предупреждена за достоверность предоставленных сведений под роспись, указала, что умышленных преступлений, относящихся к преступлениям против личности, в отношении своих детей не совершала.

Однако, 12.05.2008 она была осуждена по ч. 1 ст. 116 УК РФ  и 02.11.2009 была осуждена по ст. 156 УК РФ за неисполнение обязанностей по воспитанию детей.

29.08.2011 ей было отказано в выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал.

Оправдывая Ч., суд указал следующее.

На момент обращения Ч. с заявлением в Пенсионный Фонд о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, указанные судимости были погашены, в связи с чем в силу статьи 86 УК РФ к ней не могут применяться негативные последствия связанные с судимостью, в том числе ограничение в правах на дополнительные меры государственной поддержки в связи с рождением ребенка.

Нормы федерального закона от 29.12.2006 №256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» не содержат какого-либо указания на право ограничения, связанные с судимостью, которая в установленном законом порядке снята или погашена.

Кроме того, сторона обвинения в качестве доказательств совершения Ч. преступления ссылалась на имеющееся в материалах дела заявление о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, в котором подсудимая собственноручно указала, что умышленных преступлений в отношении своих детей не совершала. Однако в судебном заседании из показаний подсудимой, а также свидетеля С. установлено, что в имеющемся в материалах уголовного дела заявлении записи от имени Ч., выполнены не ею, а другим лицом, поскольку сотрудник Пенсионного Фонда С. при заполнении других граф заявления Ч. допустила ошибку, которую выявила уже после отказа в выдаче сертификата, она полностью переделала заявление и по ее просьбе другое лицо сделало записи от имени Ч.

В связи с изложенным, указанное заявление исключено судом из числа доказательств.

Приговор в законную силу не вступил.

 

В СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

 

Несоответствие выводов суда

фактическим обстоятельствам

дела повлекло отмену оправдательного приговора

 

Приговором Туруханского районного суда от 24.05.2012 К., Г. и О. оправданы по предъявленному обвинению, признаны невиновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с  отсутствием в их действиях  состава преступления.

Органами предварительного расследования К., Г. и О. обвинялись в незаконном вылове водных биологических ресурсов, в местах нереста, группой лиц по предварительному сговору при следующих обстоятельствах.

В период с 19 по 20 ноября 2011г. К., Г. и О., предварительно договорившись о незаконном вылове рыб ценных пород (сига), выехали на снегоходах на участок р. Енисей, в 31 км от г. Игарка Красноярского края, в районе д. Носовая - являющегося местом нереста водных животных, в том числе сига, где в нарушение статей 18.1 и 49.1.1 Правил рыболовства для Западно-Сибирского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Росрыболовства № 319 от 13.11.2008, без соответствующего разрешения и за пределами рыбопромысловых участков, выловили 35 экземпляров рыбы сиг и 10 экземпляров рыбы налим, чем  причинили ущерб биологическим ресурсам РФ на сумму 8950 рублей.

Судебной коллегией приговор отменён с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Как видно из материалов дела, подсудимые К., Г. и О. полностью признали свою вину в предъявленном обвинении, пояснили об обстоятельствах совершенного ими преступления.

При рассмотрении дела суд пришел к выводу о том, что вина подсудимых в совершении преступления в ходе судебного разбирательства не была достоверно подтверждена совокупностью ис­следованных доказательств, а в силу ч.3 ст. 302 УПК РФ, ч. ч. 3, 4 ст. 14 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, все сомнения в виновности обвиняемых, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемых.

При этом суд сослался на то, что из протокола осмотра места происшествия не ясно, каким образом определено расстояние от места происшествия до г. Игарка (31 км), место вылова рыбы стороной обвинения установлено предположительно, в постановлении дознавателя о назначении судебной ихтиологической экспертизы, место вылова рыбы подсудимыми указано другое - примерно 35 км от г. Игарка, а в выводах эксперта отражено, что этот участок р. Енисей является миграционным путём к месту нереста омуля, который проходит в августе-сентябре; в обвинительном акте со ссылкой на заключение эксперта, указано, что именно 31 км р. Енисей от г. Игарка является местом происшествия и нереста водных животных.

Кроме того, указал, что факсимильная копия заключения ихтиолого­рыбохозяйственной экспертизы, является недопустимым доказательством, полученным с нарушением положений действующего уголовно-процессуального законодательства, поскольку объектами для исследования эксперта явились только копии постановления о назначении экспертизы и ихтиолого-рыбохозяйственного исследования, то есть материалы дела и вещественные доказательства эксперту не представлялись. Помимо этого, суд усомнился в выводах эксперта о том, входит ли 20 ноября в срок нереста сига, а также в исследовательских данных, которыми руководствовался эксперт.

Вместе с тем, принимая решение об оправдании, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Как видно из протокола, осмотр места происшествия производился в присутствии понятых, а также с участием К., который указал место, где они с О. и Г. ловили рыбу, что К. подтвердил в судебном заседании. Из протокола видно, что осматривался участок р. Енисей, расположенный на расстоянии 31 км. от г. Игарки по течению р. Енисей в устье р. Носовой. Каких-либо замечаний, дополнений от участников осмотра места происшествия не поступало. В судебном заседаний стороны также не оспаривали относимость, допустимость и достоверность указанного доказательства, в том числе и расстояние, на котором находится осматриваемый участок от г. Игарки.

Из постановления о назначении судебной ихтиологической экспертизы  видно, что в качестве места лова рыбы указано: участок р. Енисей в районе д. Носовая, вниз по течению, примерно в 35 км. от г. Игарки.

На основании указанного постановления была проведена ихтиолого­рыбохозяйственная экспертиза, согласно заключению которой участок р. Енисей в районе д. Носовая, вниз по течению 35 км. от г. Игарки, а также прилегающая к нему территория р. Енисей, является миграционным путем к месту нереста рыб - омуля. Нерестилища сига находятся непосредственно вблизи г. Игарки. Налим протяженных нерестовых миграций не имеет и относится к полупроходным рыбам. Сроки нереста растянуты и несколько меняются из года в год. Омуль идет на нерест в указанном районе в августе-сентябре. Сиг появляется на нерест в указанном районе позже и может нереститься 19 ноября и позже.

          Суд признал заключение экспертизы недопустимым доказательством, поскольку объектами для исследования эксперта являлись только копии постановления о назначении экспертизы и ихтиолого-рыбохозяйственного исследования, материалы дела, и вещественные доказательства эксперту не предоставлялись. Кроме того, суд усомнился в выводах эксперта о том, входит ли 20 ноября в срок нереста сига, а также в возможности пользоваться при проведении экспертизы исследовательскими данными, сделанными более 50 лет назад.

При этом сторонами данное доказательство также не оспаривалось.

Возникшие у суда сомнения в том, на каком расстоянии от г. Игарки производилась ловля рыбы, является ли данная территория миграционным путем к месту нереста рыб, а также в том, производилась ли ловля рыбы подсудимыми в период нереста или миграции к местам нереста разрешены в ходе рассмотрения дела не были. Сомнения суда в части возможности пользоваться при проведении экспертизы исследовательскими данными, на которые ссылается эксперт К., также разрешены не были. Приведенные в приговоре формулировки, в нарушение требований ст. 305 УПК РФ ставят под сомнение невиновность оправданных, что является недопустимым.

         Согласно ст. 15 УПК РФ, уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

В нарушение указанных положений уголовно-процессуального закона суд по собственной инициативе в отсутствие ходатайств сторон, принял решение о признании заключения экспертизы недопустимым доказательством.

Как видно из материалов дела, в судебном заседании вопрос о наличии оснований для признания доказательства недопустимым не обсудил, возможности высказать свое мнение по данному вопросу сторонам не предоставил, тем самым, лишив стороны гарантированных уголовно-процессуальным законом прав.

Кроме того, суд не учел, что тот факт, что эксперту для проведения ихтиолого-рыбохозяйственной экспертизы не представлялись материалы дела и вещественные доказательства, сам по себе не может являться основанием для признания заключения эксперта недопустимым доказательством, поскольку, согласно ст. 199 УПК РФ при производстве судебной экспертизы в экспертном учреждении следователь направляет руководителю учреждения постановление о назначении судебной экспертизы и материалы, необходимые для её производства. Обязанность предоставлять эксперту все материалы дела и вещественные доказательства законом на следователя не возложена. Эксперт вправе возвратить без исполнения постановление, если представленных материалов недостаточно для производства судебной экспертизы или он считает, что не обладает достаточными знаниями для её производства, чего по настоящему делу экспертом сделано не было. Поставив под сомнение обоснованность экспертизы, суд не решил вопрос о необходимости назначения повторной экспертизы.

Кроме того, вопрос о прекращении особого порядка судебного разбирательства рассмотрен судом с нарушением требований ст. 316 УПК РФ, поскольку судья единолично, в отсутствие обвиняемых и их защитника, без выяснения мнения сторон, провел в особом порядке исследование доказательства, а именно допроса потерпевшего, после чего вынес решение о прекращении особого порядка судебного разбирательства, сославшись на отсутствие согласия потерпевшего, при этом мнение потерпевшего по данному вопросу судом не выяснялось.

 

 

Несоответствие выводов суда

фактическим обстоятельствам

дела повлекло отмену

обвинительного приговора

 

Приговором Минусинского городского суда от 03.02.2012 Г., Ф. и З. осуждены по п. «б», «в» ч.2 ст. 191 УК РФ (в редакции  от 08.12.2003), Г.  к 3 годам лишения свободы со штрафом в размере 500 000 рублей, Ф.и З. к 2 годам лишения свободы со штрафом в размере 200 000 рублей, с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Г.,Ф. и З. осуждены за совершение сделки, связанной с драгоценными металлами в нарушение правил, установленных законодательством РФ и незаконную перевозку драгоценных металлов в любом виде и состоянии, совершенные в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору.

Судебной коллегией приговор отменен ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела и нарушения судом уголовно-процессуального закона.

 В соответствии с п. 1, 2 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Как следует из приговора, суд признал, что Г. , не обладая правами и не являясь субъектом совершения сделок с драгоценными металлами, вступил в предварительный сговор с осужденными Ф. и З., совершили совместно незаконную сделку с драгоценным металлом (золотом) и его незаконную перевозку, и указал, что данные действия совершены с нарушением установленных правил. Однако, приговор не содержит указаний о том, какие конкретно правила нарушены подсудимыми и какими именно нормами законодательства данные правила установлены.

Между тем, как следует из обвинения, органы следствия указывали на то, что осужденными нарушены правила, установленные нормами Федерального закона «О драгоценных металлах и драгоценных камнях» от 26.03.1998 № 41-ФЗ (ст. 29) и Положения «О совершении сделок с драгоценными металлами на территории РФ», утвержденного Постановлением Правительства РФ от 30.06.1994  № 756 (с последующими изменениями) (ст. ст. 2,6).

Выводы суда по вопросам, подлежащим разрешению при постановлении приговора, в силу ст. 299 УПК РФ не в полной мере соответствуют доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства и изложенным в приговоре, а при оценке доказательств допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

Так, давая оценку доводам стороны защиты об отсутствии предмета сделки, суд указал, что эти доводы опровергаются заключением металловедческой экспертизы, согласно которому представленное на исследование вещество является сплавом драгоценных металлов золота и серебра с небольшой примесью неблагородных металлов, стоимость которого составляет 3405362 рублей 50 копеек и указанная стоимость не является стоимостью лома ювелирных и бытовых изделий.

Вывод суда о несоответствии стоимости изъятого вещества стоимости лома ювелирных и бытовых изделий представляется неубедительным, поскольку данные о стоимости соответствующего количества лома ювелирных и бытовых изделий в приговоре не приведены и, как следует из протокола судебного заседания, не выяснялись, что исключает достоверность приведенного судом сравнения.

Кроме того, суд сослался также и на показания эксперта А. в суде о том, что лом ювелирных изделий невозможно довести до такого состояния, в котором находится представленное на исследование вещество.

Между тем, как следует из протокола судебного заседания, эксперт подтвердил возможность получения гранул, песка золота из лома ювелирных и бытовых изделий, однако этот процесс является очень трудоемким и дорогостоящим.

Таким образом, суд обосновал свои выводы на не установленных в судебном заседании данных, что является нарушением ст. 240 УПК РФ.

Более того, на протокол судебного заседания в части отражения показаний эксперта замечания сторонами поданы не были, однако суд внес в протокол судебного заседания изменения путем дополнения его вышеуказанными показаниями эксперта, о чем в порядке ст. 260 УПК РФ вынес постановление от 24.05.2012.

Вывод о том, что Ф., покупая драгоценный металл у К. действовал не как руководитель ООО «Краспромцветмет», а как физическое лицо, не имеющее на это права, судом мотивирован тем, что документально сделка не оформлена, перевозка произведена с нарушением правил перевозки (не указано каким нормативным актом данные правила установлены), получение денег Ф. в сумме 2700000 рублей в кассе ООО «Краспромцветмет» бухгалтерскими документами не проведено.

Вместе с тем, стороной защиты представлены договор купли-продажи лома ювелирных изделий от 15.08.2010, заключенный между ИП К. и ООО «Краспромцветмет» в лице Ф., а также копия квитанции к приходному кассовому ордеру №114 от 30.08.2010, согласно которым К. принято от Ф. 2700000 рублей согласно договору от 15.08.2010.

Суд данным доказательствам, принятым от стороны защиты, оценки не дал.

Кроме того, из показаний в судебном заседании К., допрошенного в качестве свидетеля, следует, что он подтвердил заключение договора в мае 2010 года. Судом данному обстоятельству также не дано оценки, в приговоре не приведены мотивы, по которым указанные доказательства отвергнуты.

Как недостоверные доказательства, представленные стороной защиты, суд расценил договор аренды автомобиля и акт приема-передачи его между Гириным и 000 «Краспромцветмет», при этом суд сослался на то, что данные документы не были представлены на стадии предварительного расследования.

Изложенный вывод суда необоснован, поскольку противоречит смыслу закона (ст. 47 УПК РФ) о праве обвиняемого на защиту всеми незапрещенными законами способами, о праве стороны защиты на предоставление доказательств, независимо от стадии судопроизводства.

При таких обстоятельствах судебной коллегией приговор признан не отвечающим требованиям закона.

 

 

Нарушение судом правил ст. 70 УК РФ

при назначении окончательного

наказания повлекли отмену приговора

 

Приговором Ачинского городского суда  от 13.10.2011 Х. осужден в особом порядке судебного разбирательства: по п. «а» ч.2 ст. 158, п. «а» ч.2 ст. 161,  за 3 преступления, предусмотренные  ч. 1 ст. 158 УК РФ,  ч.3 ст. 69 УК РФ к 2 годам 4 месяцам лишения свободы. В соответствии со ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединено не отбытое наказание по приговору Ачинского городского суда от 08.12.2010 года и по совокупности приговоров назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Как видно из приговора, Х. осуждён приговором Ачинского городского суда от 08.12.2010 по п. «г» ч.2 ст. 161 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ с испытательным сроком  2 года.

Вместе с тем, за вновь совершенные преступления на основании ч.3 ст.69 УК РФ назначил Х. наказание по совокупности преступлений 2 года 4 месяца лишения свободы, применяя ст. 70 УК РФ, частично присоединил неотбытое наказание по приговору от 08.12.2010, окончательно назначил наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, то есть менее не отбытой части.

Допущенные судом нарушения норм материального и процессуального права при назначении окончательного наказания признаны существенными, поскольку повлияли на назначение справедливого, обоснованного, законного окончательного наказания, в связи с чем судебной коллегии  приговор  в части назначения Х. окончательного наказания с применением правил ст.70 УК РФ отменён с направлением дела на новое рассмотрение в этой части в порядке ст.397 УПК РФ.

 

*    *    *

 

Приговором Ленинского районного суда г. Красноярска от 16.05.2012 Б. осуждён за два преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 228 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний к 1 году 2 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, частично присоединено не отбытое наказание по приговору от 17.02.2010 и назначено 1 год 3 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Судебной коллегией приговор отменён в полном объёме с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.


 

В соответствии с ч. 4 ст. 70 УК РФ, окончательное наказание по совокупности  приговоров должно быть больше, как наказания, назначенного за вновь совершенное преступление, так и не отбытой части наказания по предыдущему приговору суда.

По совокупности наказаний за два совершенных преступления,  предусмотренных ч. 1 ст. 228 УК РФ суд назначил Б. 1 год 2 месяца лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров (с приговором от 17.02.2010) назначил 1 год 3 месяца лишения свободы, то есть менее неотбытой части наказания по приговору от 17.02.2010  - 1 год 6 месяцев 19 дней.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о неправильном применении уголовного закона и повлекли отмену приговора.

 

 

Указание в приговоре на отсутствующий

в диспозиции статьи Особенной части

УК РФ квалифицирующий признак 

повлекло изменение судебного решения

со снижением наказания осужденному

 

Приговором Кировского районного суда г. Красноярска от 28.12.2011 Э. осуждён по ч.2 ст. 188 УК РФ (в редакции ФЗ от 27 декабря 2009 г. № 377-ФЗ, от 19 мая 2010 г. № 87-ФЗ) к 4 годам лишения свободы без штрафа, по ч.1 ст. 30, п. «г» ч.3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам лишения свободы без штрафа. На основании ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний назначено 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Э. признан виновным и осужден за перемещение через таможенную границу Российской Федерации наркотического средства, совершенное с сокрытием от таможенного контроля группой лиц по предварительному сговору и, за приготовление к незаконному сбыту наркотического средства, совершенного группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере.

Судебная коллегия приговор в части квалификации действий осужденного Э. изменила по следующим основаниям.

По приговору суда действия осужденного были квалифицированы по ч.2 ст. 188 УК РФ (в редакции Федерального Закона от 27 декабря 2009 г. №377-ФЗ и редакции Федерального Закона от 19 мая 2010 г. №87-ФЗ), с указанием на квалифицирующий признак «совершение преступления в группе лиц по предварительному сговору».

Однако данный квалифицирующий признак отсутствует в диспозиции  нормы уголовного закона в изложенной редакции, следовательно, действия Э. должны были быть квалифицированы по ч.2 ст. 188 УК РФ, как перемещение через таможенную границу Российской Федерации наркотического средства, совершенное с сокрытием от таможенного контроля.

С учетом этого обстоятельства, назначенное наказание осужденному по ч.2 ст. 188 УК РФ снижено, как за данное преступление, так и по совокупности преступлений.

        

Квалификация одних и тех же действий лица

по разным статьям Особенной части  УК РФ

одновременно, противоречит требованиям уголовно-

­процессуального законодательства

 

         Приговором  Емельяновского районного суда от 28.04.2012  Р. осуждён по ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции ФЗ от 07.03.2011 №26-ФЗ), по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ (в редакции ФЗ от 07.03.2011 №26-ФЗ), ч. 3 ст. 69 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Согласно приговору, Р. осужден за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, а также вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, с применением насилия в отношении потерпевшего Е., совершенное в  дневное время 21.09.2011 на садовом участке  в СНТ «Зодчий» на пл. Крючково Емельяновского района.

Судебной  коллегией приговор изменён по следующим основаниям.

Правильно установив фактические обстоятельства, суд дал им неверную юридическую оценку.

Как видно из приговора, суд признал установленным, что Р. совместно с неустановленным мужчиной, группой лиц по предварительному сговору, совершил нападение на Е., похитив его имущество на сумму 5000 рублей. Между тем вывод суда о том, что Р. вступил в предварительный сговор с неустановленным мужчиной на совершение именно разбойного нападения на  потерпевшего, не мотивирован, отсутствуют такие доказательства и в материалах уголовного дела. Согласно приговору неустановленный мужчина по указанию Р. зашёл в кладовую, откуда вынес бензопилу «Парма», более никаких действий не совершал. Об этом же пояснял и потерпевший Е. в судебном заседании.

          Таким образом,  из осуждения Р. квалифицирующий признак «совершение разбоя группой лиц по предварительному сговору» исключён и его действия квалифицированы по ч.2 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Кроме того, из предъявленного Р. обвинения следует, что высказанные им требования передачи потерпевшим Е. денег в сумме 5000 рублей с применением ножа, следственным органом были квалифицированы одновременно по двум составам - ч. 2 ст. 162 УК РФ и п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ, что противоречит требованиям уголовно-­процессуального законодательства.

При таких данных квалификация действий Р. по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ является излишне вменённой, поскольку все его действия полностью охватывались ч. 2 ст. 162 УК РФ, а поэтому из его осуждения исключена.

Также из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание на то, что Р. может повторно совершить преступление, поскольку данный вывод суда основан на предположениях, а из резолютивной части - назначение наказания по правилам ч.3 ст. 69 УК РФ.

В связи с уменьшением объема обвинения, судебная коллегия смягчила наказание, назначенное Р. по ч.2 ст. 162 УК РФ. 

 

 

Размер назначенного наказания

должен соответствовать требованиям

как Общей, так и Особенной части УК РФ 

 

 

Приговором  Ленинского рай­онного суда от 22.05.2012 А.  осуждена по ч.1 ст. 290 УК РФ в редакции ФЗ от 04.05.2011 № 97-ФЗ к штрафу в 30 000 рублей с лишением права занимать определённые должности на срок два года,  по ч.3 ст.30 ч.1 ст. 290 УК РФ в редакции ФЗ от 04.05.2011 № 97-ФЗ к штрафу в  25 000 рублей с лишением права занимать определённые должности на срок два года; на основании ч.2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем по­глощения менее строго наказания более строгим, к штрафу в доход государства в размере 30 000 рублей с лишением права занимать определённые должности на срок два года.

 А., являясь должностным лицом, получила взятку в виде денег в размере 200 рублей за незаконные действия в пользу взяткодате­ля, если такие действия входят в служебные полномочия должностного лица, а так же покушалась на получение взятки в виде денег за незаконные действия в пользу представляемых взяткодателем лиц, если такие действия входят в служебные пол­номочия должностного лица.

Согласно части второй статьи 46 УК РФ (в редакции Федерального закона от 04.05.2011 № 97-ФЗ) штраф, исчисляемый исходя из величины, кратной сумме  коммерческого подкупа или взятки, устанавливается в размере до стократной сум­мы коммерческого подкупа или взятки, но не может быть менее двадцати пяти тысяч  рублей и более пятисот миллионов рублей.

Часть 1 ст. 290 УК РФ в редакции ФЗ от 04.05.2011 № 97-ФЗ, по которой А. осуждена, предусматривает наказа­ние в виде штрафа от двадцатипятикратной до пятидесятикратной суммы взятки, что по преступлению, совершенному ею 19.08.2011, составит 10 000 руб­лей.

Таким образом, с учетом положений ч. 2 ст. 46 УК РФ А. следова­ло назначить 25 000 рублей штрафа, тогда как судом этот размер определен в 30 000 рублей, т.е. больше, чем предусмотрено УК РФ.

Судом кассационной инстанции приговор в отношении  А. изменён со снижением назначенного наказания.

 

 

Поведение лица после совершения им

преступления расценено как явка с повинной

 

Приговором Норильского городского суда от 19.04.2012  С. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы. На основании п. «в» ч. 7 ст.79, ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично при­соединена  неотбытая часть наказания по приговору от 25.02.2010  и окончательно назначено наказание в виде 9 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии стро­гого режима.

С. совершил убийство П., то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

 Судом не учтено в качестве смягчающего обстоятельства сообщение С. в органы внутренних дел сразу после совершения убийства П., о совер­шенном им преступлении, как явку с повинной. При этом суд в приговоре привел показания свидетеля Н., что после того, как С. ударил ножом П., он пошел к соседу  с целью вызвать скорую медицинскую помощь и сотруд­ников полиции. П. еще несколько минут был жив. Через некоторое время приехали сотрудники полиции, которым С. рассказал об обстоятельствах совер­шенного убийства; а также суд привел показания свидетелей Х., О. и Р., сотрудников полиции, о том, что по прибытию на место происшествия С. рассказал им об обстоятельствах совершенного преступления, а именно показал, что убил П. за то, что последний его оскорбил.

В связи с указанными обстоятельствами судебной коллегией явка с повинной признана смягчающим обстоятельством, наказание, назначенное С., как за преступление, так и по совокупности приговоров, снижено.        

 

 

Постановление суда  о возвращении

уголовного дела прокурору в порядке

ст. 237 УПК РФ признано незаконным

Постановлением Кировского районного суда от 25.05.2012 уголовное дело по обвинению К. в совершении 21 преступления, предусмотренного ч. 2-4 ст. 159 УК РФ, возвращено прокурору на основании п. 1 ч. l ст. 237 УПК РФ, в связи с тем, что постановление о привлечении К. к уголовной ответственности и обвинительное заключение не соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, что является препятствием для принятия по делу законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии со ст. 237 УПК РФ основанием к возвращению уголовного дела прокурору является составление обвинительного заключения с таким нарушением требований закона, которое исключает возможность постановления судом приговора или вынесение иного решения на основе данного заключения.

Анализ представленных материалов, в том числе и протокола судебного заседания, свидетельствуют о том, что суд первой инстанции, принимая решение о возвращении дела прокурору для устранения допущенных судом нарушений уголовно-процессуального закона, фактически их не установил, обстоятельства оспариваемых эпизодов преступной деятельности К. не исследовал, свидетелей, потерпевших не допрашивал.

Вывод суда о том, что место и время совершения преступления в отношении П. не установлены, также является неверным, поскольку эти  обстоятельства определены органом следствия настолько точно, насколько это было возможным исходя из данных, представленных самим потерпевшим и показаниям обвиняемой.

Указание суда на то, что органом расследования не установлен способ совершения хищения в отношении Л. и Ч. является несостоятельным, поскольку опровергается показаниями свидетеля М., подтверждающими совершение преступление К. путём злоупотребления доверием.

С учетом этих обстоятельств, выводы суда первой инстанции о возвращении уголовного дела прокурору признаны судебной коллегией преждевременными, не основанными на законе, постановление суда отменено с направлением дела на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания.

 

 

                                                  *   *    *

 

Постановлением Дудинского районного суда от 26.04.2012  уголовное дело по обвинению А., Б., Бс., К., М, Ф., обвиняемых в совершении ряда преступлений, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ в связи с нарушением в ходе предварительного следствия права на защиту Бс., а также в связи с тем, что в отношении Ф. не проведена судебно-психиатрическая экспертиза. 

По представлению прокурора судебная коллегия постановление отменила по следующим основаниям. 

В соответствии со ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору, когда допущены существенные нарушения закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании.

В соответствии с ч. 6 ст. 49 УПК РФ одно и то же лицо не может быть защитником двух подозреваемых или обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ, защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого или обвиняемого.

Как видно из материалов уголовного дела, органами предварительного следствия в отношении Я. было возбуждено уголовное преследование по обвинению в преступлении, предусмотренном п.п. «а,в,г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

В качестве подозреваемого Я. был допрошен 24.11.2010, при этом  пояснял, что А. ему сообщил о хищении им телевизора и  попросил сказать, что данную кражу он совершил с ним и с З.

Адвокат Ф. осуществляла защиту Я. на стадии его задержания по подозрению в совершении преступления и при допросе в качестве подозреваемого. Подозреваемый Я. в присутствии адвоката Ф. каких-либо показаний, уличающих Бс. в совершении им преступлений, не давал.

23.12.2010 уголовное дело в отношении Я. прекращено в связи с непричастностью к совершению преступления в силу п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Из указанного постановления видно, что Я. никаких показаний о причастности Бс. к совершению преступления также не давал.

Впоследствии Я. 26.12.2010 был допрошен в качестве свидетеля.     Показания свидетеля Я. каких-либо сведений, подтверждающих причастность к совершению преступления Бс., не содержат, что отражено в обвинительном заключении.

Как видно из материалов уголовного дела, фамилия Я. по данному делу не упоминается в формулировке обвинения, предъявленного Бс.

При допросах Бс. в качестве свидетеля, подозреваемого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных  п.п. «в, г» ч. 2 ст. 158 и ч. 3 ст. 30, п.п. «а, в» ч. 2 ст. 161 УК РФ, в том числе в присутствии защитника Ф., каких-либо сведений, подтверждающих причастность к совершению преступления Я., им заявлено не было.

При таких данных, судебная коллегия пришла к выводу, что в показаниях Я. и Бс. каких-либо противоречий, а также сведений, уличающих друг друга в совершении преступления, не содержится.

Вместе с тем, вынося решение о возвращении уголовного дела в порядке ст. 237 УПК РФ, в связи с нарушением права на защиту в отношении Бс., суд первой инстанции не указал в своем постановлении, в чем заключаются противоречия между интересами Я. и Бс.

Поскольку адвокат Ф. на момент оказания юридической помощи обвиняемому Бс. ранее не принимала участия в производстве по делу в качестве защитника лица, интересы которого противоречили бы интересам Бс., в том числе и с участием Я., в отношении которого отсутствовали обстоятельства, исключающие возможность ее участия в производстве по уголовному делу в качестве защитника, судебная коллегия не усмотрела нарушения права Бс. на защиту в ходе предварительного следствия.

Не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ и указание суда на то, что органами предварительного следствия не проведена судебно-психиатрическая экспертиза в отношении Ф.

В силу ст. 283 УПК РФ в случае возникновения сомнения по поводу возможности Федорова Д.А. в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия), либо руководить ими, суд вправе по ходатайству сторон или по собственной инициативе назначить в отношении него судебно-психиатрическую экспертизу, т.е. устранить сомнения на стадии судебного разбирательства.

 

 

Нарушение прав осужденного

на защиту повлекло отмену

судебного решения по существу

 

 

Постановлением Емельяновского районного суда от 05.05.2012 П. отказано в удовлетворении ходатайства об условно-досрочном освобождении.

П. осужден 15.02.2010 Норильским городским судом (с учетом изменений, внесенных кассационным определением от 29.04.2010 и постановлением от 23.06.2011), по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 3 годам 1 месяцу лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Постановлением Минусинского городского суда Красноярского края от 03.10.2011 П. переведен для дальнейшего отбывания наказания в исправительную колонию строгого режима.

Осужденный обратился в суд с ходатайством об условно – досрочном освобождении от отбывания наказания.

Постановлением суда от 05.05.2012 в удовлетворении ходатайства П.  отказано, так как суд пришел к выводу, что для своего исправления осужденный нуждается в дальнейшем отбывании назначенного наказания, ходатайство заявлено осужденным преждевременно.

Судебная коллегия постановление отменила по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 - 4 ст. 399 УПК РФ, осужденный должен быть извещен о дате, времени и месте судебного заседания не позднее 14 суток до дня судебного заседания.

При разрешении вопросов, связанных с исполнением приговора, осужденный может осуществлять свои права как лично, так и с помощью адвоката.

В соответствии с ч.1 ст.51, ст.52 УПК РФ участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если обвиняемый не отказался от защитника, в порядке, установленном ст.52 УПК РФ. Отказ от защитника допускается только по инициативе осужденного и заявляется им в письменном виде.

По смыслу ст. ст. 16, 50 УПК РФ приглашение, назначение и замена защитника в отношении осужденного осуществляются по тем же правилам, что и в отношении подозреваемого и обвиняемого.

Изложенные требования закона при рассмотрении ходатайства осужденного судом не выполнены.

В представленных материалах отсутствуют сведения о том, что осужденный П. был извещен о дате, времени и месте судебного заседания не позднее 14 суток до дня судебного заседания.

Расписки, либо иных документов, свидетельствующих о получении осужденным извещения суда, в котором также разъяснялось право, предусмотренное ч. 4 ст. 399 УПК РФ, о  пользовании услугами адвоката, назначении и приглашении защитника, в представленных материалах не имеется.

Для рассмотрения ходатайства об условно-досрочном освобождении адвокат в суд для защиты интересов осужденного не вызывался и при рассмотрении его ходатайства не присутствовал.

Вместе с тем, в материалах отсутствуют сведения о том, что П. отказался от приглашения и назначения защитника для участия в судебном заседании.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о нарушении судом права осужденного на защиту.

Указанные нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, поскольку путем лишения и ограничения гарантированных УПК РФ прав осужденного повлияли на постановление законного и обоснованного решения.

 

     НОВОЕ  В УГОЛОВНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

 

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 16

"О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве"

 

Вступивший в законную силу приговор, постановленный в отношении лица, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, не может предрешать вопрос о виновности соучастников, совершивших преступление совместно с таким лицом.

В связи с возникшими у судов вопросами по применению норм главы 40.1 УПК РФ, регламентирующих особый порядок судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, Пленум Верховного Суда РФ постановляет, в частности, следующее:

- при проведении судебного разбирательства и постановлении приговора в отношении подсудимого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, подлежат соблюдению общие для всех форм уголовного судопроизводства принципы осуществления правосудия. Недопустимо понижение уровня гарантий прав и законных интересов участников судебного разбирательства, установленных, в том числе, главой 40.1 УПК РФ;

- по смыслу положений статьи 317.7 УПК РФ и статьи 316 УПК РФ одним из условий постановления в отношении подсудимого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, обвинительного приговора является его согласие с предъявленным обвинением. В случае, если подсудимый не согласен с предъявленным обвинением, суд принимает решение о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначает судебное разбирательство в общем порядке;

- если установлено, что подсудимым были представлены ложные сведения или сокрыты от следователя либо прокурора иные существенные обстоятельства совершения преступления либо его содействие следствию заключалось лишь в сообщении сведений о его собственном участии в преступной деятельности или подсудимым не соблюдены все условия и не выполнены все обязательства, предусмотренные заключенным с ним досудебным соглашением о сотрудничестве, суд принимает решение о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначает судебное разбирательство в общем порядке;

- при назначении наказания лицу, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, в соответствии с частью 2 или частью 4 статьи 62 УК РФ положения части первой указанной статьи о сроке и размере наказания учету не подлежат. Положения частей 2 и 4 статьи 62 УК РФ не распространяются на дополнительные виды наказаний. В случае установления исключительных обстоятельств, а равно при активном содействии подсудимого раскрытию группового преступления суд вправе применить положения статьи 64 УК РФ, в том числе при наличии отягчающих обстоятельств.

Назначая наказание лицу, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, за неоконченное преступление, суд руководствуется положениями как статьи 66 УК РФ, так и частью 2 или частью 4 статьи 62 УК РФ.

При наличии совокупности преступлений положения части 2 или части 4 статьи 62 УК РФ применяются при назначении наказания за каждое из совершенных преступлений.

Решая вопрос о назначении наказания лицу, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, суд не должен учитывать положения части 7 статьи 316 УПК.

 

Федеральный закон от 10.07.2012 № 107-ФЗ

"О внесении изменения в статью 104.2 Уголовного кодекса Российской Федерации"

 

В случае отсутствия либо недостаточности денежных средств, подлежащих конфискации взамен определенного предмета, судом может быть вынесено решение о конфискации иного имущества, стоимость которого соответствует стоимости предмета, подлежащего конфискации, либо сопоставима со стоимостью этого предмета.

Изменения, внесенные в статью 104.2 УК РФ, направлены на совершенствование уголовного законодательства, касающееся вопросов конфискации денежной суммы, соответствующей стоимости имущества, подлежащего конфискации, в случае, когда изъять это имущество в натуре не представляется возможным.

 

Обзор судебной практики по уголовным делам о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных, сильнодействующих и ядовитых веществ (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27 июня 2012 г.)

 

По смыслу закона, в тех случаях, когда передача наркотического средства осуществляется в ходе проверочной закупки, проводимой представителями правоохранительных органов в соответствии с Федеральным законом от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", содеянное следует квалифицировать по ч. 3 ст. 30 и соответствующей части ст. 228 УК РФ, как пособничество в покушении на приобретение наркотического средства, так как в этих случаях происходит изъятие наркотического средства или психотропного вещества из оборота.

(Раздел подготовлен с использованием материалов ИПС КонсультантПлюс.)

другие новости