Экспресс-бюллетень прокуратуры Красноярского края о судебной практике рассмотрения уголовных дел за февраль 2012 г.

22.03.2012 11:20:00

Обобщение

судебной практики рассмотрения уголовных дел

о преступлениях, совершенных организованными группами,

за  2011 год

 

В течение 2011 года судами края рассмотрено 55 (+5) дел в отношении 148 (-27) лиц, обвиняемых в совершении различных  преступлений в составе организованной группы, банды, преступного сообщества.

Из указанного количества Красноярским краевым судом рассмотрено 2 уголовных дела в отношении 6 лиц о преступлениях, совершённых в составе банды, 3 дела в отношении 13 лиц о преступлениях, совершённых в составе преступного сообщества, 3 уголовных дела в отношении 8 лиц о преступлениях, совершённых в составе организованной группы.

Из общего количества рассмотренных судами Красноярского края  уголовных дел 81 (-15) лицо (62,8%) по 35 (+5) делам (70%) признаны виновными в совершении преступлений в составе организованной группы.

Так, приговором Канского городского суда от 25 июля 2011г. осуждены К., М., З., которые в составе организованной преступной группы совершили ряд преступлений, связанных с незаконным сбытом наркотических средств,  в том числе в особо  крупном размере.

На основании совокупности исследованных доказательств суд пришел к выводу о том, что К., М., и З. по преступлениям, совершенным с 19.08.2008, действовали в составе организованной группы, исходя из следующего:

из рассекреченных ОРМ «проверочная закупка», проведенных в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, что было подтверждено в судебном заседании показаниями свидетелей, участвующих при проведении ОРМ «проверочная закупка» в качестве понятых, а также из оглашенных на основании ст. 281 УПК РФ показаний свидетелей - понятых, а также показаний свидетелей - закупщиков наркотиков, и собственных признательных показаний К., М. и З., которые последовательны и согласуются между собой, следует, что К., З. и М. под руководством последней объединились в организованную группу для совершения преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, получения дохода от незаконного приобретения и сбыта наркотического средства, решив совместно вкладывать денежные средства для приобретения героина, незаконно сбывать героин в определенной между ними последовательности, направлять полученные от продажи наркотического средства деньги на приобретение новой партии героина.

Участники организованной группы имели четкую цель - организация незаконного сбыта наркотических средств на протяжении длительного времени, в том числе в особо крупном размере. Группа была организованна, поскольку происходило планирование, тщательная подготовка преступлений, распределение ролей между участниками:

- М. возложила на себя роль организатора и руководителя преступной группы, распределила роли и функции участников, в её функции также входило приобретение в большом количестве наркотических средств для реализации, их передача в целях конспирации для дальнейшего хранения и сбыта К. и З., а также оказание помощи в реализации наркотических средств;

- в функции З., как исполнителя совершения преступлений, входило перевозка и передача героина другим участникам группы в целях сбыта, при соблюдении мер конспирации, сбор денежных средств за проданный героин, подбор и вербовка новых лиц для участия в деятельности организованной группы, непосредственный сбыт наркотического средства героин;

- в функции К., как исполнителя совершения преступлений, входило хранение героина, фасовка на более мелкие оптовые партии, сбыт наркотического средства героин мелко оптовыми партиями по цене, установленной М., по месту своего проживания подбор и вербовка новых лиц для участия в деятельности организованной группы -  поиск лиц, способных заняться сбытом героина, на постоянной основе.

Не позднее 08 октября 2009 г., З., согласно отведенной ему М. роли, привлек к участию в организованной группе Л., в отношении которого постановлением Канского городского суда от 25 июля 2011г. применены меры медицинского характера и осужденную  приговором Канского городского суда от 23 июня 2010г. Г., в функции которых входило полученный от З. героин хранить, фасовать более мелкими партиями, сбывать героин мелко оптовыми партиями по месту своего проживания и в близлежащем районе от дома по месту проживания в городе Канске, по цене, включающей в себя и долю Г. и Л.

Группа была устойчивой, сплоченной, так как связи между членами преступной группы поддерживались на протяжении длительного периода времени, все участники осознавали свою принадлежность к этому образованию для совершения преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств. Имела место стабильность состава, а также предварительная договоренность и организованность по подготовке и совершению преступлений.

В ходе своей незаконной деятельности М., К. и З. соблюдали конспирацию, а именно: между собой члены организованной группы связывались, используя мобильную связь, по номеру, предназначенному только для этой цели, в ходе телефонных разговоров слово «героин» исключали, наркотическое средство - героин сбывали исключительно «проверенным» лицам и только в установленном ими месте, с целью исключения возможности задержания непосредственных сбытчиков героина, хранили наркотические средства по разным адресам. В целях конспирации организатор М. определила, что Л. и Г. ничего не должны знать о ней /М./, как об организаторе преступной группы, осуществляющей незаконный сбыт героина в большом количестве, ограничив общение Л. и Г. лишь с З.

Приговором суда М., К. и З. осуждены к длительным срокам лишения свободы.

Наибольшее количество уголовных дел о совершении различных  преступлений в составе организованной группы рассмотрено Канским городским судом - 9 уголовных дел в отношении 28 лиц.  

Признак совершения преступления «в составе организованной группы» исключен судом первой инстанции  в отношении 48 (-9) лиц (37,2%) по 15 (-5) уголовным делам (30%),  в том числе  по предложению государственного обвинителя  в отношении  26 лиц  по 7 делам.

Указанные дела расследованы следующими правоохранительными органами:  УФСКН – 7, ОВД – 6, СУ СК - 2.  

Исключение из обвинения указанного квалифицирующего признака в большинстве случаев является следствием ошибочного толкования понятия «организованная группа» и отсутствия  необходимой доказательственной базы.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 27.12.2002 № 29, при квалификации кражи, грабежа или разбоя соответственно по п. "а" ч.4 ст.158 или по п. "а" ч.3 ст. 161 либо по п. "а" ч. 3 ст. 162 УК РФ судам следует иметь в виду, что совершение одного из указанных преступлений организованной группой признается в случаях, когда в ней участвовала устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений (ч.3 ст. 35 УК РФ).

В отличие от группы лиц, заранее договорившихся о совместном совершении преступления, организованная группа характеризуется, в частности, устойчивостью, наличием в ее составе организатора (руководителя) и заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, распределением функций между членами группы при подготовке к совершению преступления и осуществлении преступного умысла.

Об устойчивости организованной группы может свидетельствовать не только большой временной промежуток ее существования, неоднократность совершения преступлений членами группы, но и их техническая оснащенность, длительность подготовки даже одного преступления, а также иные обстоятельства (например, специальная подготовка участников организованной группы к проникновению в хранилище для изъятия денег (валюты) или других материальных ценностей).

Так, приговором Канского городского суда от 22 сентября 2011г.  за совершение мошенничества в особо крупном размере группой лиц по предварительному сговору осуждены С., М., М-я., В., обвинявшиеся органами следствия в совершении  преступлений организованной группой, а именно в том, что, зарегистрировав ООО «Вера», ООО «Веренея» и ООО «Диамант», соучастники предоставили в  Министерство экономики и регионального развития Красноярского края не соответствующие действительности документы о приобретении юридическими лицами оборудования для производства хлебобулочных изделий, оборудования для автомойки, оборудования для автосервиса вместе с заявлениями на получение субсидий, предоставляемых вновь созданным субъектам малого предпринимательства на возмещение части расходов, связанных с приобретением и созданием основных средств и началом коммерческой деятельности. Указанные документы дали право ООО «Вера», ООО «Веренея» и ООО «Диамант» стать получателями вышеуказанных субсидий. По мере появления в краевом бюджете денежных средств и после того, как М. были предоставлены дополнительные документы, необходимые для получения субсидий, 26 ноября 2008г. денежные средства были перечислены на лицевые счета ООО «Вера», ООО «Веренея» и ООО «Диамант» в Канском филиале ЗАО КБ «Кедр», где В. и М-я под руководством С. в период с 1 по 4 декабря 2008 г., сняли денежные средства, которые впоследствии распределили между собой и М., причинив своими преступными действиями Министерству экономики и регионального развития Красноярского края ущерб в особо крупном размере на общую сумму 1 497 331 рубль.

На основании совокупности исследованных доказательств суд пришел к выводу о том, что С., М-я, М. и В. при совершении хищения денежных средств, принадлежащих Министерству экономики и регионального развития Красноярского края, действовали в составе группы лиц по предварительному сговору, в связи с чем, из их обвинения исключен квалифицирующий признак совершения мошенничества организованной группой, как не нашедший своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, поскольку достаточных данных, свидетельствующих о совершении хищения С., М-й, М. и В. в составе организованной группы, не имелось. Из предъявленного С., М-й, М. и В. обвинения достаточных доказательств устойчивости и сплоченности организованной группы, создание и руководство которой вменено органами предварительного следствия С., не содержалось. Доказательства осуществления координации и планирования действий членов этой группы, четкого распределения между ними функций при подготовке к совершению преступлений и осуществлении преступного умысла, доходов от преступной деятельности, наличия в ней иерархической структуры в материалах дела отсутствуют и в обвинении не приведены. Группа в составе С., М-й, М. и В. совершила преступление в течение непродолжительного периода времени: с начала июля 2008 года (периода оформления документов) до начала декабря 2008 года (момента снятия денег со счетов фирм по их поступлению). При этом суд учёл  длительность их совместной преступной деятельности, которая зависела только от срока рассмотрения документов и поступления денежных средств из бюджета, а также то, что ими совершено одно преступление, и посчитал, что их действия охватываются квалифицирующими признаками совершения мошенничества группой лиц по предварительному сговору и в особо крупном размере.

В ряде случаев при рассмотрении уголовных дел признак совершения преступления «организованной группой» находит подтверждение в действиях организаторов и исполнителей и исключается судом из квалификации действий других соучастников (5 уголовных дел).

Указанные дела расследованы следующими правоохранительными органами:  УФСКН – 2, ОВД – 1, СУ СК - 2.  

Так, приговором Кировского районного суда г. Красноярска от 27 декабря 2011г. П. и К. осуждены за совершение мошенничества путём обмана и злоупотребления доверием в особо крупном размере, в составе организованной группы.

Как следует  из материалов дела, П. и К.  вступили в сговор на завладение квартирами, принадлежащими администрации г. Красноярска и лицам, злоупотребляющим спиртными напитками.

С этой целью, распределив роли, каждый из них выполнял определенные обязанности, а по мере необходимости, подключаясь к работе, выполняли и иные действия по достижению единого для всех преступного результата.

Схема преступлений в двух случаях заключалась в том, чтобы по паспорту собственника квартиры подыскать похожее лицо, оформить доверенность, получить право собственности и реализовать квартиру; в третьем случае - путем обмана оформить безвозмездный договор дарения от потерпевшей.

Совокупность исследованных по делу доказательств и фактические обстоятельства дела, количество совершенных преступлений свидетельствуют о длительности существования группы, взаимосвязи ее членов между собой, согласованности их действий, взаимозаменяемости, постоянстве форм и методов преступной деятельности, т.е. об ее устойчивости и организованности.

Достаточная продолжительность преступной деятельности,  ее масштабы, отработанность методов и приемов мошенничества, согласованность и целенаправленность действий, устойчивость преступной группы свидетельствуют о том, что её участники заранее объединились для совершения тяжких преступлений, с целью завладения недвижимостью граждан путем мошенничества на продолжительный не ограниченный временными рамками период времени, т.е. о наличии в их действиях признаков организованной группы. Наличие у них автомашин и сотовых телефонов обеспечивало мобильность и оснащенность группы.

О достаточной сплоченности организованной преступной группы свидетельствуют наличие у П. и К. умысла на совершение вышеназванных преступлений, осознание ими общих целей и своей принадлежности к организованной группе.

Вместе с тем,  С., П., Б. и К., обвинявшиеся органами предварительного следствия в совершении пособничества в мошенничестве в особо крупном размере в составе организованной группы совместно с П. и К., осуждены за пособничество - содействие совершению мошенничества в особо крупном размере путём устранения  препятствий, поскольку, по мнению суда, ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия с достоверностью не установлено, что С., П., Б. и К. являлись участниками организованной преступной группы либо знали о её существовании, осознавали своё участие в ней и действовали в её составе. Их действия носили характер устранения препятствий.

В связи с частичным отказом гособвинителя от обвинения судом прекращено уголовное преследование в отношении 1 лица.

Органами предварительного расследования Г. обвинялся в том, что, согласовав с ним свои действия, другие участники организованной группы Д., Б., М. и Л. около 00 часов 22 ноября 2009г. возле торгового павильона «Аран» у дома № 26 по ул. Крупской в г.Красноярске захватили Т. и К., перемещали их в автомашинах по городу и содержали в арендованной квартире, удерживая в течение ночи и дня против их воли.

Вместе с тем, представленные органами предварительного следствия и исследованные в судебном заседании доказательства не свидетельствуют об участии  Г. в захвате, перемещении и удержании Т. и К. Ни потерпевшие, ни осужденные Д., Б. и М. об участии Г. пояснений не давали, а осмотр телефонных сообщений Г. с привязкой к базовым станциям свидетельствует о его местонахождении в то время в другой части города, нежели месте совершения захвата и перемещения К. и Т. Указание на то обстоятельство, что Д., Б., М. свои действия по похищению Т. и К. могли согласовать с Г., ещё не свидетельствует о виновности самого Г. в похищении людей, не принимавшего в этом участия. Кроме того, следствие не указало, в чём заключалось это согласование и как оно могло повлиять на поведение похитителей.

Государственный обвинитель в судебном заседании заявил об отказе от обвинения в отношении Г. в похищении людей и о прекращении уголовного дела в отношении Г. в этой части, то есть по п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ, приведя указанные выше обстоятельства. 

Постановлением Красноярского краевого суда от 02 августа 2011г. уголовное дело в отношении подсудимого Г. в этой части, то есть по обвинению его в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ, - в похищении людей, совершенном в отношении двух лиц, из корыстных побуждений, организованной группой, прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава данного преступления.

Постановлением судьи Уярского районного суда уголовное дело  по обвинению К., обвиняемого в совершении 12 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 п. «а» ч.3 ст.228-1 УК РФ возвращено прокурору для соединения с уголовным делом по обвинению М., М-ой и М-вой, также обвиняемых в совершении 12 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 п. «а» ч.3 ст.228-1 УК РФ.  В ходе предварительного расследования обвиняемым К. и его защитником заявлено ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Данное ходатайство удовлетворено, с К. заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. На основании п.4 ч.1 ст.154 УПК РФ уголовное дело в отношении последнего выделено в отдельное производство. Однако суд, возвращая уголовное дело прокурору, мотивировал свое решение тем, что М., М-а, М-ва и К. совершили преступления при одних и тех же обстоятельствах, что указывает  на наличие оснований для соединения дел. Суд посчитал, что их раздельное рассмотрение может отразиться на всесторонности судебного следствия и привести к установлению взаимоисключающих обстоятельств. Данное постановление суда обжаловано, до настоящего времени решения кассационной инстанцией не принято.

Кроме этого, в анализируемом периоде в порядке ст. 237 УПК РФ постановлением Советского районного суда г. Красноярска возвращено уголовное дело в отношении К., которая органами следствия обвинялась в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 п. "а", "г" ч.3 ст. 228.1 УК РФ; ч. 1 ст. 30 п. "а", "г" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Решение о возвращении уголовного дела прокурору принято судом по ходатайству государственного обвинителя в связи с наличием оснований для соединения уголовных дел в одно производство.

02 ноября 2011 г. Советским районным судом г. Красноярска  в порядке ст. 237 УПК РФ возвращено уголовное дело в отношении О., С., А., Г., П., Г-ва, Ж., Ш., П-ва, Л., Ш-на., Н., В., обвиняемых в совершении ряда преступлений против порядка управления (ст. 326 УК РФ) и против собственности (ст. 158, 175 УК РФ), относящихся к категории небольшой тяжести и тяжких.

Основанием для принятия такого решения послужило то, что уголовное дело в отношении С., с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, не выделено в отдельное производство, а направлено в суд с уголовным делом в отношении остальных обвиняемых, с которыми досудебное соглашение не заключалось.

Судом кассационной инстанции по представлению прокуратуры района вышеуказанное решение районного суда от 02 ноября 2011г. отменено, 22 декабря 2011г. дело направлено на новое рассмотрение.

 За 12 месяцев 2011 года судебной коллегией по уголовным делам Красноярского краевого суда рассмотрено 14 (+2) дел указанной категории в отношении 28 (-5) лиц, из них по представлению прокурора рассмотрено 10 дел в отношении 20 лиц.

Из общего числа рассмотренных кассационных представлений в отношении 22 (-1) лиц судебной коллегией удовлетворено в отношении 12 лиц (-9), отклонено – в отношении 10 (+8). Результативность составила   54,5%, что на 36,8 % ниже показателя за 2010 год.

Всего в кассационном порядке пересмотрены приговоры в отношении 17 лиц, в том числе  по представлениям – 9, по жалобам – 8, отменены по представлениям - в отношении 4 лиц, по жалобам – 1.  

Все уголовные дела, приговоры по которым были отменены судебной коллегией, направлены на новое судебное рассмотрение, за исключением уголовного дела в отношении К. (приговор Норильского городского суда от 17.05.2011), которое возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК  РФ. Основаниями отмены приговоров послужили нарушения требований уголовно-процессуального закона.

Несоответствие предъявленного обвинения требованиям закона, исключающее вынесение по уголовному делу законного, обоснованного и справедливого решения, явилось основанием отмены приговора суда в отношении К.

Так, определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 06 октября 2011г. по кассационным жалобам осужденного и его адвоката отменен приговор Норильского городского суда от 17 мая 2011г. в отношении К., осужденного по ч. 1 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Уголовное дело возвращено прокурору г. Норильска в порядке ст. 237 УПК РФ.

К. признан виновным в приготовлении к незаконному сбыту наркотического средства в особо крупном размере – гашиша, массой 2430,8 грамма, совершенном организованной группой.

Согласно требованиям уголовно-процессуального закона обвинение лица в совершении преступления должно быть сформулировано таким образом, чтобы на основании представленных сторонами доказательств обеспечить суду возможность постановить по делу законное, обоснованное и справедливое решение. Предъявленное К. обвинение не соответствует указанным требованиям.

Из материалов уголовного дела следует, что уже на момент предъявления обвинения К. – 19 марта 2011г., в отношении О. был постановлен приговор от 06 июля 2010г., которым последний признан виновным по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ в приготовлении к сбыту наркотического средства в особо крупном размере – гашиша, массой 2430,8 грамма, совершенном в конце февраля 2010 года, то есть того же наркотического средства, в том же размере, за совершение того же преступления, что и К. При этом, в приговоре в отношении О. суд установил, что последний совершил преступление один, о совершении им преступления в соучастии с другими лицами либо о причастности к хранению с целью сбыта наркотического средства других лиц в приговоре не указано.

Между тем, по мнению судебной коллегии, приговор в отношении О., вступивший в законную силу, имеет преюдициальное значение при рассмотрении уголовного дела в отношении К., и установленные этим приговором обстоятельства не могут подвергаться переоценке и доказываться вновь. В связи с указанным вывод в приговоре о том, что приготовление к незаконному сбыту наркотического средства – гашиша в особо крупном размере совершено одним О., без соучастия с иными лицами, исключает обвинение К. в совершении того же преступления в составе организованной группы с О., М., М-м.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что предъявленное К. обвинение не соответствует требованиям закона, поскольку противоречит приговору в отношении О., а потому исключает вынесение по уголовному делу в отношении К. законного, обоснованного и справедливого решения.

Другим основанием отмены приговора явилось нарушение требований ст. 266, ч. 2 ст. 278 УПК  РФ.

Приговором Ужурского районного суда от 19.07.2011 А., З. и С. признаны виновными в совершении созданной ими организованной группой покушений на незаконный сбыт 13.11.2009, 25.11.2009, 29.11.2009, 03.12.2009, 08.12.2009, 16.12.2009 и приготовления к незаконному сбыту наркотических средств.

         Кассационным определением судебной коллегии от 22.12.2011 приговор в отношении А., З. и С. по представлению прокурора района отменен, дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же  суд со стадии судебного разбирательства, поскольку описательно-мотивировочная часть приговора не содержала в полном объеме сведений о времени преступлений при квалификации действий, резолютивная часть приговора не содержала ссылки на год совершения преступления, С. не назначено дополнительное наказание, действия А. указаны в неверной редакции уголовного закона, при допросах свидетелей не во всех случаях председательствующим соблюдались требования ч. 2 ст. 278 УПК  РФ, согласно которой перед допросом председательствующий устанавливает личность свидетеля, выясняет его отношение к подсудимому и потерпевшему, разъясняет ему права, обязанности и ответственность, предусмотренные ст. 56 УПК  РФ, о чем свидетель дает подписку, которая приобщается к протоколу судебного заседания. Кроме того, сведения о замене секретаря не были объявлены сторонам, мнение об отводе секретаря председательствующим не выяснено.

В отношении 1 лица приговор отменен в части предъявленного обвинения в связи с нарушением права на защиту.

Так, определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 01.03.2011 отклонено кассационное представление заместителя прокурора Октябрьского района г. Красноярска о необоснованном исключении из обвинения квалифицирующего признака «совершение преступления организованной группой» по уголовному делу в отношении К., Л., Г., осужденных за совершение ряда преступлений, связанных с незаконным сбытом наркотических средств в крупном и особо крупном размерах.

Судебная коллегия с доводами кассационного представления не согласилась, посчитав, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие большую степень устойчивости и согласованности действий между участниками, чем это предусмотрено при предварительном сговоре группы лиц.

         В части осуждения Г. по обвинению в покушении на незаконный сбыт  наркотического средства в крупном размере 29.12.2008 и в покушении на незаконный сбыт наркотического средства в особо крупном размере 23.01.2009 приговор отменен в связи с нарушением права на защиту, дело направлено на новое судебное рассмотрение.

В качестве доказательства, подтверждающего вину Г. в совершении указанных преступлениях, в приговоре приведены показания В., согласно которым он приобретал у Г. героин, и обвинительный приговор в отношении В., которым он осужден за незаконное приобретение и хранение наркотических средств 29.12.2008 и 23.01.2009, при этом из материалов дела следует, что защиту В. при расследовании его уголовного дела  по незаконному приобретению  и хранению наркотических средств осуществлял адвокат Д., который впоследствии также осуществлял защиту интересов Г. в суде, при рассмотрении уголовного дела в отношении последней.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

Из общего числа пересмотренных приговоров в отношении 12 лиц приговоры изменены, в том числе по представлениям – 5 лиц, по жалобам в отношении 7 лиц.

При этом случаев переквалификации действий осужденных в части исключения признака «организованной группой» в суде кассационной инстанции  не было.

Вместе с тем, судами края допускалось неправильное применение уголовного закона при назначении наказания, а именно нарушение требований Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации, что влекло изменение судебных решений в кассационном порядке.

Из числа отклоненных кассационных представлений: в отношении 9 лиц вносились в связи необоснованным исключением квалифицирующего признака «организованной группой», в отношении 1 лица - в связи с неправильным назначением наказания.

Так, приговором Дивногорского городского суда от 07.07.2011 М. и Н. осуждены каждый за 8 преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 135 УК РФ (развратные действия без применения насилия лицом, достигшим 18 –летнего возраста, в отношении лица, заведомо не достигшего 12-летнего возраста, группой лиц по предварительному сговору), за 16 преступлений – п.п. «б,в» ч.2 ст. 242-1 УК РФ (изготовление, хранение в целях распространения и распространение материалов с порнографическими изображениями несовершеннолетних лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, совершенное в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста, группой лиц по предварительному сговору), за 2 преступления – п. «в» ч. 2 ст. 242-1 УК РФ (хранение в целях распространения, распространение материалов с порнографическим изображениями несовершеннолетних, лицом, достигшим 18-летнего возраста, группой лиц по предварительному сговору), по п.п.«а,б,в» ч.2 ст.242-1 УК РФ (изготовление, хранение в целях распространения, распространение материалов с порнографическими изображениями несовершеннолетних лицом, достигшим 18-летнего возраста, группой лиц по предварительному сговору), а также М. за 3 преступления, предусмотренные ч.1 ст. 242.1 УК РФ (хранение в целях распространения, распространение материалов с порнографическими изображениями несовершеннолетних лицом, достигшим 18-летнего возраста) и 4 преступления – п. «б» ч.2 ст. 242.1 УК РФ (хранение в целях распространения, распространение материалов с порнографическими изображениями несовершеннолетних лицом, достигшим 18-летнего возраста, в отношении лица, не достигшего 14-летнего возраста).

         На указанный приговор суда принесено кассационное представление, в котором поставлен вопрос об отмене приговора в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела и неправильным применением уголовного закона.

Представление мотивировано тем, что суд неверно переквалифицировал деяния с признака «организованной группой» на квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору», а также неправильно применил закон, вследствие чего были соединены самостоятельные составы преступлений.

         Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 20.09.2011 приговор оставлен без изменения, а представление прокурора отклонено по следующим основаниям.

         Как установлено судом первой инстанции, М. самостоятельно осуществлял распространение файлов, искал каналы их сбыта, контактировал с покупателями фотографий, принимал решения по порядку и способу получения денежных средств, в том числе и на имя Н., которую ставил в известность о необходимости получения посылки либо денежных переводов, распоряжался денежными средствами. Н. была лишь исполнителем. Тот факт, что М. и Н. заранее договорились объединиться в устойчивую организованную группу для совершения преступлений, не подтверждается исследованными в суде доказательствами, материалы дела не содержат данных о высоком уровне организованности группы.

         Кроме того, судебная коллегия пришла к выводу, что суд первой инстанции обоснованно не согласился с квалификацией действий, предложенной стороной обвинения и квалифицировал ряд эпизодов одними составами, мотивируя тем, что умысел на совершение преступных действий по распространению материалов порнографического содержания у М. был единым и сформировался одномоментно при подключении к программе системы Интернет, а не возникал каждый раз при рассылке изображений.

         За 2011 год президиумом Красноярского краевого суда пере­смотрено 4 судебных решения (-7) в отношении 4 лиц (-13), выне­сенных по уголовным делам, в том числе, о преступлениях, совершенных орга­низованными группами.

05 июля 2011 г. президиумом Красноярского краевого суда по надзорной жалобе изменены приговор Канского городского суда Красноярского края от 01 октября 2009 г. и кассационное определение судебной коллегии по уголов­ным делам Красноярского краевого суда от 27 апреля 2010 г. в отношении П., осужденного за совершение восьми покуше­ний на незаконный сбыт наркотических средств организованной группой, в том числе в крупном и особо крупном размере, а также за покушение на неза­конный сбыт наркотических средств в особо крупном размере - по ч.3 ст.30 п. «а» ч.3 ст.228-1 УК РФ (6 преступлений), ч.3 ст.30 п.п. «а,г» ч.3 ст. 228-1 УК РФ (2 преступления), ч.3 ст.30 п. «г» ч.3 ст.228-1 УК РФ.

Постановлено действия П. в части покушения на незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере переквалифицировать с ч.3 ст.30 п. «г» ч.3 ст.228-1 УК РФ на ч.2 ст.228 УК РФ, со снижением назначенно­го наказания, в том числе по ст.70 УК РФ, поскольку в ходе предварительного и судебного следствия не добыто достоверных данных, свидетельствующих о намерении осужденного сбыть имеющийся у него героин. При этом выводы суда первой инстанции о виновности П. в незаконном обороте нарко­тических средств, совершенном организованной группой, суд надзорной ин­станции признал обоснованными.

В течение 2011 года судебные решения на предмет обоснованности квалификации действий в связи с наличием признака «совершение преступления в составе организованной группы» в порядке надзора не пересматривались.

         Результаты данного обобщения свидетельствуют о том, что приговоры, постановленные судами первой инстанции, вне зависимости от обоснованности и убедительности доводов жалоб и представлений сторон в части квалификации действий осужденных по признаку совершения преступления «организованной группой» вышестоящими судами не изменяются.

 

 

В СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

 

При особом порядке судебного разбирательства

содеянное обвиняемым может быть переквалифицировано,

если для этого не требуется исследования собранных по

по делу доказательств и фактические обстоятельства

при этом не изменяются.

 

Приговором  Кировского районного суда г. Красноярска от 1 февраля 2012г., постановленным в особом порядке, К. осужден по ст. 218 УК РФ (в редакции ФЗ  №420 от 7.12.2011 г.).

К. в качестве индивидуального предпринимателя занимался оптовой покупкой, фасовкой и розничной реализацией легковоспламеняющихся веществ. В нарушение Правил Пожарной безопасности в РФ К. осуществлял хранение и фасовку легковоспламеняющихся веществ в одном гаражном помещении, без разделения на производства для хранения и фасовки, при этом он не оборудовал гаражный бокс автоматической системой пожаротушения. Зная о том, что нарушает правила учета, хранения и использования легковоспламеняющихся веществ, К. осуществлял деятельность по хранению больших объемов данных веществ и их розливу в мелкую тару в указанном боксе.

Вышеперечисленные нарушения правил учета, хранения и использования легковоспламеняющихся веществ, допущенные К., явились причиной возникновения 22 марта 2011г. взрыва топливно-воздушной смеси в данном гаражном боксе, что повлекло возникновение пожара, в результате которого погиб Р.  и был причинен средней тяжести вред здоровью М.

Согласно  приговору,  К.  признан  виновным  в  нарушении правил учета,

 

хранения, перевозки и использования легковоспламеняющихся веществ, повлекших по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью или смерть человека, в соответствии с предъявленным ему обвинением, с которым он согласился.

Вместе с тем, как следует из описания преступного деяния, с обвинением в совершении которого согласился подсудимый, оно не содержит обстоятельств совершения нарушения правил перевозки легковоспламеняющихся веществ (место, время, способ, последствия), а также причинения кому либо из потерпевших тяжкого вреда здоровью, так как согласно установленным фактическим обстоятельствам, в результате совершенного преступления потерпевший Р. погиб, а потерпевшему М. был причинен вред средней тяжести.

При применении особого порядка судебного разбирательства уголовного дела содеянное обвиняемым может быть переквалифицировано, если для этого не требуется исследования собранных по делу доказательств и фактические обстоятельства при этом не изменяются.

Поэтому судебная коллегия исключила из приговора указание на осуждение К. за нарушение правил перевозки легковоспламеняющихся веществ и причинение тяжкого вреда здоровью.

В связи с уменьшением объема обвинения назначенное К. наказание снижено.

 

 

Необоснованное назначение судом более мягкого

вида исправительного учреждения, чем предусмотрено

уголовным законом, влечёт изменение приговора

 

Приговором Октябрьского районного суда г. Красноярска от 20 января 2012г. ранее судимая М. осуждена по п. «а,в» ч.2 ст.158, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, ч. 2 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 1 году 6 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

В кассационном представлении государственный обвинитель помощник прокурора Октябрьского района г. Красноярска С. просила приговор отменить, ссылаясь на то, что суд необоснованно назначил осужденной для отбывания наказания колонию-поселение, в то время как следовало назначить для отбывания наказания исправительную колонию общего режима.

Судебная коллегия с доводами представления о допущении судом первой инстанции нарушений при определении вида исправительного учреждения согласилась, поскольку в нарушение требований п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ суд назначил М. для отбывания наказания колонию-поселение, в то время как подлежала назначению исправительная колония общего режима, так как приговором от 4 марта 2011г. М. была осуждена за тяжкое преступление, не отбытое наказание за которое, в порядке ст. 70 УК РФ было частично присоединено к вновь назначенному наказанию.

Однако, требование государственного обвинителя об отмене приговора  признано необоснованным, поскольку допущенная судом первой инстанции ошибка подлежала исправлению в порядке, предусмотренном ч.3 ст. 387 УПК РФ.

В соответствии с указанными положениями суд кассационной инстанции в порядке изменения приговора вправе отменить назначение осужденному более мягкого вида исправительного учреждения, чем предусмотрено уголовным законом, не отменяя судебное решение, и назначить ему вид исправительного учреждения в соответствии с требованиями  уголовного закона.

Приговор Октябрьского районного суда г. Красноярска от 20 января 2012 г.  в отношении М. изменен -  назначение вида исправительного учреждения в виде колонии­-поселения отменено, для отбывания наказания назначена исправительная колония общего режима.

 

 

Отсутствие сурдопереводчика

при рассмотрении ходатайства осужденного

в порядке п. 13 ст. 397 УПК РФ повлекло

отмену судебного решения

 

Осужденный М. обратился в суд с ходатайством о приведении приговора в соответствие с Федеральными законами №141-­ФЗ от 29 июня 2009г., № 26-ФЗ от 7 марта 2011г.

Постановлением Уярского районного суда Красноярского края от 27 декабря 2011г. ходатайство осужденного рассмотрено и  удовлетворено частично.

Судебная коллегия вышеуказанное постановление суда отменила в  связи с нарушением уголовно-­процессуального закона.

Согласно п. 13 ст. 397 УПК РФ суд рассматривает вопрос об освобождении от наказания или о смягчении наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, в соответствии со ст. 10 УК РФ.

В соответствии с п.7 ч.4 ст. 47 УПК РФ обвиняемый вправе пользоваться помощью переводчика.

Указанное требование закона, обязательное на всех стадиях уголовного судопроизводства, не было соблюдено судом.

Как следует из содержания приговора Московского областного суда от 29 декабря 2009г. и кассационного определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 февраля 2010г., М. является инвалидом с детства по слуху, к участию в рассмотрении дела привлекался сурдопереводчик.

При таких данных суду следовало обсудить вопрос о привлечении  сурдопереводчика для участия в судебном заседании при рассмотрении ходатайства осужденного, что не было сделано. Допущенное судом нарушение признано существенным и повлекло отмену постановления с направлением материала на новое судебное рассмотрение.

 

 

 

Неправильное применение

уголовного закона повлекло

изменение приговора

 

Приговором Дудинского районного суда Красноярского края от 19 декабря 2011г. В. осуждена по ч.1 ст. 116, ч.1 ст. 105 УК РФ за причинение на почве ранее возникших неприязненных отношений побоев, повлекших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК РФ, и за умышленное причинение смерти, то есть убийство Б.

Судебная коллегия приговор изменила ввиду неправильного применения уголовного закона (ст. 382 УПК РФ).

Тщательно проанализировав          исследованные по делу доказательства, правильно установив фактические обстоятельства, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины В. в том, что она в ходе ссоры, на почве неприязненных отношений сначала избила Б., причинив ему физическую боль и повреждения, не повлекшие вреда здоровью, а затем убила его, нанеся удары принесенным с собой ножом в область жизненно важных органов и обоснованно квалифицировал ее действия по ч. l  ст. 105 УК РФ.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, все действия осужденной В. были совершены в непродолжительный промежуток времени с 20 до 22 часов 15 минут 15 сентября 2011 г., в одном и том же месте ­в общежитии по месту жительства потерпевшего и осужденной, в отношении одного и того же лица, вызваны возникшей неприязнью к Б. на почве ссоры в ходе употребления спиртных напитков, связаны также тем, что и причинение побоев Б. и его убийство В. совершила на почве возникшей неприязни после высказывания потерпевшим оскорблений в адрес общей знакомой Ш.

При таких обстоятельствах все продолжаемые действия В., как направленные против здоровья и жизни Б., должны быть квалифицированы по более тяжкому составу и не требовали дополнительной квалификации.

Приговор в отношении В. изменен – исключены указания об осуждении В. по ч.1 ст. 116 УК РФ, как излишне вменённой,  и назначении ей наказания по правилам ч.3 ст. 69 УК РФ.

 

 

По каждому предъявленному

гражданскому иску суд обязан

принять процессуальное решение

 

Приговором  Нижнеингашского районного суда Красноярского края от 19 декабря 2011 г., Ш. осужден по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции ФЗ от 7.03.2011), п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (в редакции ФЗ от 7.03.2011).

Гражданские иски, заявленные представителем потерпевшего Г. на сумму 100000 рублей, потерпевшей Ф. на сумму 5000 рублей, о возмещении материального ущерба, причиненного преступлениями, оставлены без рассмотрения, за истцами оставлено право обращения в суд в порядке гражданского производства.

Ш. осужден за тайное хищение имущества, принадлежащего Комитету по имущественным и земельным отношениям администрации Нижнеингашского района на сумму 27 802 рубля 92 копейки, совершенное с незаконным проникновением в помещение и тайное хищение имущества Ф. на сумму 5000 рублей, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в жилище.

         Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о доказанности вины Ш., квалификации его действий, виде  и размере назначенного наказания,  судебная коллегия отменила приговор в части разрешения гражданского иска  представителя потерпевшего - Комитета по имущественным и земельным отношениям администрации Нижнеингашского района Красноярского края в связи с допущенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Исходя из положений, закрепленных в ст.ст. 42, 44 УПК РФ потерпевший вправе заявить требования о возмещении имущественного вреда и должен быть признан гражданским истцом.

         По каждому предъявленному гражданскому иску суд обязан принять процессуальное решение. Такое решение, исходя из положений ст.ст. 306, 309 УПК РФ, принимается при постановлении приговора или иного окончательного судебного решения по делу.

В соответствии с ч. 2 ст. 309 УПК РФ, при необходимости произвести связанные с гражданским иском расчеты, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Из материалов дела следует, что на предварительном следствии представителем потерпевшего - Комитета по имущественным и земельным отношениям администрации Нижнеингашского района, его руководителем - Г.  был заявлен гражданский иск на сумму 100000 рублей.

Как следует из протокола судебного заседания, представитель потерпевшего Г. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, при этом пояснила, что исковые требования на сумму 27802 рублей подтверждены представленными документами. На остальную сумму исковых требований она документов на день судебного разбирательства по уголовному делу при себе не имела.

Подсудимый был согласен с иском на сумму 27802 рублей.

Оставляя гражданский иск представителя потерпевшего Г. без рассмотрения, и оставив за ней право для обращения в суд в порядке гражданского производства, суд не мотивировал принятое решение.

         Указанное решение по гражданскому иску представителя Комитета по  имущественным и земельным отношениям администрации Нижнеингашского района противоречит вышеуказанным требованиям уголовно-процессуального закона.

При таких данных, судебной коллегией приговор в части разрешения гражданского иска представителя Комитета по имущественным и земельным отношениям администрации Нижнеингашского района Красноярского края Г.  отменен, а дело в этой части направлено на новое судебное разбирательство в порядке гражданского судопроизводства.

 

 

Отказ в принятии жалобы,

поданной в порядке ст. 125 УПК РФ,

признан незаконным

 

Постановлением Цен­трального районного суда г.Красноярска от 26 января 2012г., Г. отказано в принятии жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ на бездействие руководителя СО по Центральному району г. Красноярска ГСУ СК РФ по Красноярскому краю.

Заявитель Г. обратился в суд с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ, в кото­рой указал, что он подал в СО по Центральному району г. Красноярска ГСУ СК РФ по Красноярскому краю заявление о привлечении к уголовной ответственности должностных лиц МУ МВД России «Красноярское» по факту совершения преступлений, предусмотрен­ных ст. 136, 137, 285 и 286 УК РФ, по итогам проверки которого следователем 8 сентября 2011г. было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, которое  руководителем этого же отдела 10 января 2012г. было отменено. Однако по исте­чении установленных ст. 144 УПК РФ сроков Г. не извещен о результатах дополнительной про­верки, что, по мнению заявителя, могло произойти в результате бездействия руководителя СО по Центральному району г. Красноярска ГСУ СК РФ по Красноярскому краю, которое он просил суд признать незаконным.

В связи с этим Г. просил суд истребовать  из СО по Центральному району г. Красноярска ГСУ СК РФ по Красноярскому краю все материалы проверки по его заявлению о преступлении, иссле­довать журналы входящей и исходящей корреспонденции, признать незаконным бездей­ствия руководителя СО по Центральному району г. Красноярска ГСУ СК РФ по Краснояр­скому краю в части неисполнения требований п. 4 «О порядке приема, регистрации и проверки сообщений о преступлении в следственных органах (следственных подраз­делениях) системы Следственного комитета РФ», непринятия мер по устранению и недопущению нарушения норм ст. 144, 145 и 148 УПК РФ при проведении проверки по за­явлению о преступлении.

Постановлением судьи Центрального районного суда г. Красноярска от 26 января 2012г.  в принятии  жалобы  Г. отказано.

Судебная коллегия постановление суда отменила по следующим основаниям.

Отказывая заявителю Г. в принятии жалобы, судья в постановлении указала, что в его жалобе не ставится вопрос о признании незаконными либо необоснован­ными действий (бездействий) либо решений, указанных в ст.125 УПК РФ, в связи с чем предмет рассмотрения жалобы отсутствует. Бездействие руководителя СО по Центрально­му району г. Красноярска ГСУ СК РФ по Красноярскому краю в части неисполнения требо­ваний п. 4 Инструкции «О порядке приема, регистрации и проверки сообщений о преступ­лении в следственных органах (следственных подразделениях) системы Следственного ко­митета РФ», не является предметом рассмотрения в порядке ст. 125 УПК РФ.

Однако вывод судьи об отсутствии оснований к принятию жалобы заявителя Г. является ошибочным, так как последний в своей жалобе сослался на то, что в сроки, установленные ст. 144 УПК РФ для рассмотрения заявления о преступлении, он сообщения о результатах проверки из СО по Центральному району г.Красноярска ГСУ СК РФ по Красноярскому краю не получил.

Таким образом, заявителем правомерно постав­лен вопрос перед судом о рассмотрении в порядке ст. 125 УПК РФ вопроса о том, имеет ли место бездействие руководителя СО по Центральному району г. Красноярска ГСУ СК РФ по Красноярскому краю по его заявлению.

При таких обстоятельствах постановление судьи нельзя признать законным и обосно­ванным.

 

 

В ПРЕЗИДИУМЕ КРАЕВОГО СУДА

 

 

Нарушения, допущенные судом

первой инстанции, повлекли

существенное изменение приговора

 

Приговором Бородинского городского суда  от 17 мая 2006г. Л. осужден по ч.3 ст. 162, п. «б» ч.4 ст. 226 УК РФ за разбой в отношении потерпевших Г. и Г-с, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением  насилия, опасного для жизни и здоровья либо с угрозой применения такого насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным проникновением в жилище, а также за хищение огнестрельного оружия, боеприпасов, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья либо с угрозой применения такого насилия.

Второй нападавший И. осужден приговором Бородинского городского суда от 11 июля 2006г. по ч.3 ст. 162, п. «б» ч.4 ст. 226 УК РФ.

Изменяя приговор в отношении Л., президиум указал, что, правильно установив фактические обстоятельства, суд дал неверную юридическую оценку  действиям Л.

Так, судом установлено, что разбойное нападение на потерпевших, как и хищение оружия и боеприпасов к нему совершено Л. в составе группы лиц по предварительному сговору с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство. Вместе с тем, каких-либо доказательств о наличии в действиях Л. указанного  квалифицирующего признака в приговоре не приведено. Данных, свидетельствующих о том, что Л. и неустановленное следствием лицо заранее договорились о способе совершения разбойного нападения и о применении ружья, а также доказательств, подтверждающих наличие предварительного сговора на хищение  огнестрельного оружия и боеприпасов, по делу не усматривается.

В связи с указанным, из действий Л. исключён квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору», как по разбою, так и хищению оружия и боеприпасов к нему. 

 Кроме того, не подтверждается доказательствами, исследованными судом в судебном заседании, и совершение Л. хищения оружия и боеприпасов к нему с применением насилия опасного для жизни и здоровья либо с угрозой применения такого насилия к потерпевшим.

Так, допрошенный  в судебном заседании потерпевший Г. пояснил, что находился  в квартире, когда в неё зашёл Л. и неустановленное следствием лицо, которое схватило заряженное ружьё и наставило на него (Г.). Впоследствии ружьё было передано Л., который, наставив его на Г., стал требовать передачи ему банковской карты. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что для завладения ружьями и боеприпасами Л. применял к потерпевшим насилие опасное для их жизни и здоровья, либо угрозу  применения такого насилия, по делу не усматривается, а потому указанный признак  также исключён из осуждения Л. по ст. 226 УК РФ.

Исходя из чего, действия Л. следовало квалифицировать как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, с применением оружия, с незаконным проникновением в жилище по ч.3 ст. 162 УК РФ, а также хищение огнестрельного оружия и боеприпасов по ч.1 ст. 226 УК РФ.

Кроме того, разбирательство дела в суде производится только в отношении подсудимых, при этом суд не должен допускать в приговоре формулировок, свидетельствующих о  виновности  в совершении преступления других лиц. На момент постановления приговора в отношении Л. какого-либо решения о виновности И. в совершении совместно с Л. вышеуказанных преступлений не имелось, в связи с чем из описательно-мотивировочной  части приговора при описании двух преступлений, совершенных Л. исключено указание на фамилию И., поскольку в отношении него органами предварительного следствия уголовное дело выделено в отдельное производство. Поэтому, следует считать, что указанные преступления Л. совершены с иным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

Кроме того, согласно ч. 1, 3 ст. 240 УПК РФ в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, за исключением случаев, предусмотренных разделом 10 УПК РФ. Приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.     

Из протокола судебного заседания следует, что потерпевшая Г-с. в судебном заседании не допрашивалась, судебное следствие с учётом мнения сторон и состояния здоровья Г-с., препятствующего её явке в суд, проведено в отсутствие последней, показания потерпевшей Г-с., данные ею на предварительном следствии, не исследовались. Не исследовался  и протокол допроса свидетеля К., постановление о розыске И., постановление о выделении  в отношении И.  уголовного дела. Однако, указанные документы положены судом в основу обвинительного приговора в качестве доказательств виновности Л. в совершении вышеуказанных преступлений.

Учитывая принцип непосредственности исследования судом доказательств, указанные в описательно-мотивировочной части приговора в качестве доказательств вины осужденного показания потерпевшей Г-с. и протокол допроса свидетеля К., а также указанные в качестве таковых, но не подтверждающие виновности Л. в совершении преступлений – постановление об объявлении И. в розыск и постановление о выделении в отношении него уголовного дела, исключены судом надзорной инстанции.

В связи с исключением из осуждения Л. квалифицирующих признаков по двум преступлениям, назначенное за преступления наказание снижено.     

 

 

НОВОЕ  В УГОЛОВНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

 

Федеральный закон от 29.02.2012 № 14-ФЗ

"О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях усиления ответственности за преступления сексуального характера, совершенные в отношении несовершеннолетних".

 

Федеральный закон направлен на ужесточение наказания за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних.

В частности, пожизненное лишение свободы будет устанавливаться за совершение особо тяжких преступлений в отношении несовершеннолетних, не достигших возраста 14 лет.

К отягчающим обстоятельствам отнесено совершение преступления в отношении несовершеннолетнего родителем или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, а равно педагогом, обязанным осуществлять надзор за несовершеннолетним.

За преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших возраста 14 лет, условное осуждение назначаться не будет.

Условно-досрочное освобождение может быть применено только после фактического отбытия осужденным не менее четырех пятых срока наказания, назначенного за указанные преступления.

Принудительные меры медицинского характера могут быть назначены судом лицам, совершившим преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего до 14 лет, и страдающим расстройством сексуального предпочтения (педофилией), не исключающим вменяемости.

Федеральным законом вводится порядок продления применения мер медицинского характера на период после освобождения лиц, совершивших данные преступления.

Усилена уголовная ответственность за преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетних, а также установлена уголовная ответственность за использование несовершеннолетнего в целях изготовления порнографических материалов или предметов.

 

Федеральный закон от 01.03.2012 № 18-ФЗ

"О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

 

Указанным федеральным законом внесены изменения в некоторые законодательные акты, в том числе в Уголовный кодекс Российской Федерации.

В целом закон направлен на усиление борьбы с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров.

Совершение преступления с использованием наркотических средств, психотропных, сильнодействующих веществ отнесено к обстоятельствам, отягчающим уголовное наказание.

Пожизненное лишение свободы теперь может назначаться и за совершение особо тяжких преступлений против здоровья населения и общественной нравственности, в том числе преступления с использованием наркотических средств или психотропных веществ.

Конфискация имущества будет назначаться за нарушение правил оборота наркотических средств или психотропных веществ (совершенное из корыстных побуждений либо повлекшее по неосторожности причинение вреда здоровью человека или иные тяжкие последствия), за незаконные производство, сбыт или пересылку их прекурсоров, и за контрабанду наркотических средств, психотропных веществ, их прекурсоров или аналогов.

Дифференцирована уголовная ответственность за незаконные производство, сбыт или пересылку наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, в зависимости от совершения деяний в значительном, крупном или особо крупном размерах.

Установлена уголовная ответственность (административная ответственность, если деяния не содержат признаков преступления) за незаконные приобретение, хранение или перевозку прекурсоров наркотических средств и психотропных веществ и растений, содержащих прекурсоры, их производство, сбыт или пересылку.

Также уточнены правила о подследственности и подсудности дел о преступлениях, связанных с незаконным изготовлением, приобретением, хранением или перевозкой прекурсоров наркотиков.

Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением отдельных положений.

 

(Раздел подготовлен с использованием материалов ИПС КонсультантПлюс.)

другие новости