Экспресс-бюллетень прокуратуры Красноярского края о судебной практике рассмотрения уголовных дел за сентябрь 2015 г.

05.10.2015 12:28:27

ПРОКУРАТУРА    КРАСНОЯРСКОГО    КРАЯ

УГОЛОВНО – СУДЕБНОЕ УПРАВЛЕНИЕ

 

ЭКСПРЕСС-БЮЛЛЕТЕНЬ

сентябрь

 

г. Красноярск,

2015 год

 

О Б О Б Щ Е Н И Е

апелляционной практики Красноярского краевого суда по пересмотру судебных решений об отмене условного осуждения и направлении осужденного для отбывания наказания в виде лишения свободы за 9 месяцев 2015 года

 

Апелляционным отделом уголовно-судебного управления прокуратуры края проведен анализ апелляционной практики Красноярского краевого суда за 9 месяцев 2015 года по рассмотрению материалов об отмене осужденным условного наказания в виде лишения свободы.

Установлено, что в указанный период отменено 12 постановлений, вынесенных районными (городским) судами, по результатам рассмотрения материалов, подготовленных уголовно-исполнительной инспекцией об отмене условного осуждения. По всем материалам принимали участие оперативные работники территориальных прокуратур.

За анализируемый период все указанные судебные решения отменены по жалобам осужденных и их адвокатов. Судом апелляционной инстанции рассмотрено только одно представление на решение суда по материалам указанной категории, которое оставлено без удовлетворения.

Апелляционным постановлением от 11.06.2015 отклонено представление прокурора ЗАТО г. Зеленогорск, постановление судьи Зеленогорского городского суда от 07.04.2015, которым отказано в удовлетворении представления врио начальника филиала по ЗАТО                             г. Зеленогорск ФКУ УИИ ГУФСИН РФ по Красноярскому краю об отмене условного осуждения в отношении Б., осуждённого приговором Зеленогорского городского суда от 24.12.2012, оставлено без изменения, испытательный срок продлен на 3 месяца,.

Уголовно–исполнительная инспекция обратилась в суд с представлением об отмене Б. условного осуждения и исполнении наказания, назначенного по приговору суда от 24.12.2012 в виде лишения свободы, мотивируя свои требования тем, что осужденный перестал являться к ним на регистрационные отметки по установленному графику. 26.11.2014 в отношении него были начаты розыскные мероприятия, в ходе которых со слов матери и гражданской супруги условно осужденного установлено, что Б. в сентябре 2014 года выехал в Украину, в г. Донецк, в ополчение, общение с ним происходит по Интернету, соответственно Б. скрылся от контроля специализированного органа.

В апелляционном представлении ставился вопрос об отмене судебного решения, в связи с тем, что осужденный умышленно нарушил установленные судом обязанности, скрылся от контроля уголовно-исполнительной инспекции и был объявлен в розыск. Вопрос о продлении Б. испытательного срока на 3 месяца в представлении УИИ не ставился, мнение представителя инспекции по этому вопросу в судебном заседании не выяснялось. Продление испытательного срока возможно лишь в случаях уклонения условно осужденного от исполнения, возложенных на него приговором суда обязанностей, уклонения от возмещения вреда, причиненного преступлением, в случае нарушения общественного порядка, с привлечением к административной ответственности, но не в случае, когда осужденный скрылся от контроля специализированного органа, что имело место в случае с Б. В связи с изложенным, суд по представлению УИИ мог либо удовлетворить это представление, либо отказать в его удовлетворении, но не самостоятельно продлять условно осужденному испытательный срок.

Кроме того, судом первой инстанции необоснованно оставлено без внимания поведение Б. в период испытательного срока, а именно, что он занимался употреблением психоактивных веществ, в связи с чем, трижды находился на стационарном лечении в больнице, привлекался к административной ответственности, за что судом ему уже продлялся испытательный срок на 1 месяц, не исследованы материалы личного дела осужденного, также оставлено без внимания намерение осужденного вновь выехать в Донецкую Народную Республику, то есть иностранное государство.

Отказывая в удовлетворении представления, суд апелляционной инстанции указал, что соглашается с основаниями, по которым суд первой инстанции не счел целесообразным отменять Б. условное осуждение по приговору.

Так, представление уголовно – исполнительной инспекции от 26.12.2014 об отмене Б. условного осуждения и исполнении наказания, назначенного по приговору суда от 24.12.2012  в виде лишения свободы, мотивировано тем, что условно осужденный с сентября 2014 года перестал являться на регистрационные отметки в уголовно-исполнительную инспекцию, длительное (более 30 дней) время его место нахождения установить не представляется возможным, что свидетельствует о том, что Б. намеренно скрылся от контроля.

Однако суд первой инстанции обосновано сослался на то, что в настоящее время Б. не может считаться находящимся в розыске, как уклоняющийся от исполнения приговора суда, поскольку с сентября 2014 года по март 2015 года Б. находился в г. Донецке, принимал участие в боевых действиях, по возвращению в ЗАТО г. Зеленогорск сам явился в уголовно-исполнительную инспекцию.

Как следует из представленных материалов, Б. пояснял, что в сентябре 2014 года он пришел в уголовно-исполнительную инспекцию к врио начальника филиала по ЗАТО г. Зеленогорск ФКУ УИИ ГУФСИН РФ по Красноярскому краю А. и уведомил её о том, что уезжает в г. Донецк, обязался сообщить место своего пребывания.

Из письменных объяснений родственников Б. от 14 и 15 октября, 26.11.2014  следует, что условно осужденный в начале сентября 2014 года выехал в    г. Донецк, в ополчение, связь с ними поддерживает через Интернет, по «Скайпу».

Утверждение Б. о том, что он действительно уведомлял УИИ о своем отъезде в г. Донецк, никем не оспорен. Более того, принимавшая участие в судебном заседании суда первой инстанции представитель инспекции Е. поясняла, что Б. действительно несколько раз выходил с инспекцией на связь по «Скайпу» через Интернет.

Кроме этого, в вину Б. ставилось то, что он с сентября 2014 года перестал являться в уголовно-исполнительную инспекцию на регистрационные отметки. В то же время, 10.11.2014 Зеленогорским городским судом рассматривался материал по представлению уголовно-исполнительной инспекции о продлении Б. испытательного срока на 1 месяц, о чем свидетельствует исследованное в судебном заседании суда апелляционной инстанции постановление, при этом факт того, что условно осужденный скрылся от контроля, не обсуждался.

В розыск, в соответствии с ч. 2 ст. 18-1 УИК РФ, Б. объявлен только 02.04.2015, то есть после назначения к слушанию судом первой инстанции материала по представлению УИИ от 26.12.2014. При этом уже 03.04.2015 Б. самостоятельно явился в уголовно-исполнительную инспекцию по ЗАТО         г. Зеленогорск, где с него взяты объяснения причин неисполнения обязанностей, возложенных приговором суда.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции посчитал, что у суда первой инстанции не имелось достаточных оснований для отмены Б. условного осуждения и исполнении наказания, назначенного по приговору суда.

Доводы прокурора, изложенные в апелляционном представлении, в том числе о том, что Б. в период испытательного срока употреблял психоактивные вещества, а также имеет намерения вновь выехать в ДНР, нельзя признать состоятельными. Об этих обстоятельствах в суде первой инстанции никем не заявлялось, а суд по собственной инициативе не может ухудшить положение осужденного.

Выводы суда первой инстанции о продлении в отношении Б. испытательного срока еще на три месяца, не противоречат требованиям ч. 2            ст. 74 УК РФ. При этом суд апелляционной инстанции принял во внимание, что участвующий в судебном заседании суда первой инстанции прокурор ЗАТО              г. Зеленогорск Ю., давая заключение по представлению уголовно-исполнительной инспекции, полагал необходимым не отменять Б. условное осуждение по приговору, а продлить в отношении него испытательный срок на 1 месяц, о чем свидетельствует протокол судебного заседания от 07.04.2015.

Большинство постановлений суда об отмене условного осуждения отменены по жалобам сторон в связи с нарушением судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении представлений уголовно-исполнительной инспекции по существу (нарушение права на защиту, ненадлежащее уведомление), а также при несоблюдении требований Уголовно- исполнительного кодекса.

Так, апелляционным постановлением от 03.02.2015 отменено постановление Кежемского районного суда от 25.11.2014, которым осужденному К. отменено условное осуждение по приговору от 12.11.2013, материал направлен на новое рассмотрение.

Основанием для отмены судебного решения явилось нарушение судом первой инстанции положений ч. 2 ст. 399 УПК РФ, предусматривающей извещение о времени и месте судебного заседания лиц, участвующих в производстве, не менее чем за 14 суток до его начала.

В представленном материале вообще отсутствуют сведения о каком-либо извещении самого осужденного К. о времени и месте судебного заседания. Извещение получено К., как указано - дочерью осужденного 21.11.2014.

По аналогичным основаниям 28.05.2015 отменено постановление Норильского городского суда от 06.03.2015, которым В. отменено условное осуждение по приговору Норильского городского суда от 03.02.2014.

Основанием для отмены послужило то, что осужденная В. была уведомлена о дате и времени судебного заседания (06.03.2015 в 11 часов 00 минут) всего за 6 суток до процесса, что привело к ограничению права осужденной на защиту.

Апелляционным постановлением от 16.07.2015 отменено постановление Советского районного суда г. Красноярска от 20.05.2015, которым А. отменено условное осуждение по приговору от 18.01.2012, он направлен для отбывания наказания в виде лишения свободы сроком на 3 года в колонию-поселение.

Отменяя судебное решение, апелляционная инстанция указала, что как видно из представленного материала, судебное заседание по представлению УИИ об отмене условного осуждения А. было назначено на 14 час. 45 мин. 20.05.2015. В судебное заседание осужденный не явился, однако через адвоката представил ходатайство об отложении судебного заседания, ввиду болезни, приложив медицинские документы, подтверждающие  наличие у него заболевания, а также листок нетрудоспособности с 05.05.2015.

Суд первой инстанции в удовлетворении вышеуказанного ходатайства отказал, ввиду того, что осужденный А. находится на амбулаторном лечении по поводу имеющегося хронического заболевания, его права защищает назначенный судом адвокат.

Однако по смыслу действующего законодательства, вопрос об отмене условного осуждения разрешается в присутствии лица, в отношении которого принимается такое решение, за исключением случаев, когда подтверждено, что осужденный скрылся.

При таких обстоятельствах, суд, постановив решение в отсутствие А., нарушил права последнего. Данных о том, что А. скрылся, в материале не имеется, напротив, место нахождения осужденного известно, он представил в суд первой инстанции ходатайство об отложении судебного заседания, а также документы, подтверждающие уважительность причин неявки.

Указание суда первой инстанции на то, что интересы осужденного будет представлять адвокат, не может служить безусловным основаниям для рассмотрения представления в отсутствие осужденного. Факт неисполнения осужденным своих обязанностей и систематический либо злостный характер их неисполнения подлежат доказыванию в судебном заседании. Поскольку судом решается вопрос о лишении осужденного права на личную свободу либо об ограничении прав и свобод, осужденный и его защитник должны иметь право опровергать доводы органа или учреждения, обратившегося в суд с представлением об отмене условного осуждения, представляя свои доказательства. В частности, осужденный вправе опровергать доводы о неисполнении им обязанностей по приговору суда, доказывать уважительность причин неисполнения этих обязанностей. Однако эти права невозможно реализовать в случае рассмотрения вопроса об отмене условного осуждения в отсутствие осужденного. На основании единожды заявленного ходатайства об отложении судебного заседания, нельзя сделать однозначный вывод, что осужденный злоупотребляет своим правом.

Ряд судебных решений отменен в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного заседания.

10.03.2015 отменено постановление Железнодорожного районного суда      г. Красноярска от 20.01.2015, которым Л. отменено условное осуждение по приговору суда от 02.09.2013.

Исследовав материал с учетом доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отмене постановления по следующим основаниям.

Отменяя условное осуждение, суд первой инстанции обосновал свое решение тем, что Л. систематически не исполнял обязанности, возложенные на него приговором от 02.09.2013 – в июле, августе, сентябре и октябре 2014 отказался от прохождения курса лечения от наркомании, в настоящее время, будучи лицом, нуждающимся в нахождении в стационарном отделении ККНД, от лечения уклоняется. 

Вместе с тем, из представленных материалов следует, что Л. 13.01.2014 обратился к наркологу в ККНД № 1. В периоды с 02.07.2014 по 10.07.2014, с 05.08.2014 по 09.08.2014, с 19.08.2014 по 25.08.2014, 23.09.2014 по 25.09.2014 находился в ККНД на стационарном лечении, полный курс лечения не прошел, так как отказался от стационарного лечения, а также был исключен из лечебного учреждения в связи с нарушением режима. 04.12.2014г. Л. вновь был на приеме у врача нарколога.

В судебном заседании, свой отказ от прохождения полного курса  стационарного лечения Л. объяснил необходимостью работать и содержать семью.

Суд первой инстанции не дал оценки объяснениям Л., не проверил достоверность этих сведений, оставил без внимания то, что на иждивении Л. имеется малолетний ребенок, не выяснил его роль в жизни ребенка, в то время как данные обстоятельства имеют существенное значение при принятии решения о систематичном неисполнении возложенных на осужденного обязанностей.

Также суд оставил без надлежащей оценки постановление Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 09.10.2014, которым было отказано в удовлетворении представления об отмене Л. условного осуждения по приговору от 02.09.2013. Основанием для отказа в удовлетворении представления явилось отсутствие сведений о нуждаемости в прохождении Л. лечения от наркомании.

Как следует из представленных материалов, после вынесения постановления от 09.10.2014, Л. с 26.11.2014 был включен в программу амбулаторной реабилитации. Данных о том, что Л. самостоятельно отказался от амбулаторного лечения в материале отсутствуют.

Из ответа главного врача ККНД № 1 от 14.01.2015 следует, что Л. приступал к прохождению курса амбулаторного лечения, однако был замечен на занятиях в состоянии опьянения, в связи с чем, ему показано лечение в условиях стационарного наркологического отделения. Из данного ответа неясно, когда Л. должен был приступить к стационарному лечению,  вместе с тем, суд на основании этого ответа уже 20.01.2015 делает вывод о том, что Л. уклоняется от лечения. 

Суд второй инстанции сделал вывод, что вышеуказанное  свидетельствует о том, что Л. прошел консультацию у врача-нарколога, и предпринимал меры к лечению.

Отдельно необходимо выделить случаи отмены судебных решений в связи с тем, что основания, которые явились причиной отмены условного осуждения, ранее легли в основу решения суда первой инстанции при продлении испытательного срока этому же лицу.

Так, постановлением суда апелляционной инстанции от  05.02.2015 по апелляционной жалобе осуждённой отменено постановление Иланского районного суда от 11.11.2014, которым удовлетворено представление начальника филиала по Иланскому району ФКУ Уголовно-исполнительная инспекция ГУФСИН России по Красноярскому краю об отмене условного осуждения Щ. и исполнении наказания, назначенного ей приговором Иланского районного суда Красноярского края от 30.07.2014.

Уголовно-исполнительная инспекция 17.10.2014 обратилась в суд с представлением об отмене Щ. условного осуждения и исполнения наказания, назначенного приговором, которое мотивировал тем, что осуждённая не исполняет возложенные на неё обязанности: не явилась в установленные дни (02 сентября и 07.10.2014) в филиал УИИ по Иланскому району, в августе и в сентябре 2014 года изменила место своего проживания без уведомления инспекции, отрицательно характеризуется. Кроме того, 12.09.2014 была привлечена к административной ответственности за совершение 06.09.2014 административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ.

Судебная коллегия указала, что в соответствии с ч. 3 ст. 74 УК РФ, если условно осуждённый в течение испытательного срока систематически нарушал общественный порядок, за что привлекался к административной ответственности, систематически не исполнял возложенные на него судом обязанности либо скрылся от контроля, суд по представлению органа, указанного в части первой этой статьи, может вынести решение об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда.

Согласно ч.ч. 5, 6 ст. 190 УИК РФ, систематическим нарушением общественного порядка является совершение условно осуждённым в течение одного года двух и более нарушений общественного порядка, за которые он привлекался к административной ответственности. Систематическим неисполнением обязанностей является совершение запрещенных или невыполнение предписанных условно осужденному действий более двух раз в течение одного года либо продолжительное (более 30 дней) неисполнение обязанностей, возложенных на него судом.

В настоящем случае, отменяя условное осуждение, суд первой инстанции не учёл, что нарушения условий и порядка отбывания наказания в виде неявки на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию 02.09.2014 и изменения места проживания в августе 2014 года уже были учтены судом при вынесении 23.10.2014 постановления о продлении Щ. испытательного срока, в связи с чем, эти нарушения не могли учитываться при решении вопроса об отмене условного осуждения, поскольку действующее законодательство запрещает дважды налагать взыскания за одно и то же нарушение.

Кроме того, выводы суда о том, что Щ. изменила место жительства, не уведомив уголовно-исполнительную инспекцию, не подтвердились представленными суду материалами. Не было представлено суду и достаточных данных о систематическом нарушении Щ. общественного порядка, равно как данных о её сокрытии от контроля.

По смыслу закона, суммирование количества разного рода нарушений порядка и условий отбывания наказания, предусмотренных ч. 3 ст. 74 УК РФ, в частности нарушения общественного порядка и невыполнения осуждённым возложенных на него судом обязанностей не допускается.

09.07.2015 судом апелляционной инстанции отменено постановление  Советского районного суда г. Красноярска от 15.05.2015, которым Т. отменено условное осуждение по приговору Ачинского городского суда от 12.11.2014, которым  он осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ  к 1 году лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком  10 месяцев Т. объявлен в розыск, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в СИЗО-1 г. Красноярска с направлением в колонию-поселение.

Отменяя судебное решение, суд второй инстанции указал, что, как следует из обжалуемого постановления суда, основанием для отмены условного осуждения послужило систематическое нарушение им обязанностей, возложенных приговором, в том числе то, что осужденный не явился на регистрацию, не прошел обследование у врача-нарколога, ему было вынесено предупреждение об отмене условного осуждения.

В тоже время, из материалов следует, что постановлением Советского районного суда г. Красноярска от 03.03.2015, в связи с неявкой на регистрацию в период с 12 по 14.01.2015 в отношении Т. был продлен испытательный срок на 1 месяц.

Постановлением суда от 11.03.2015 Т. продлен испытательный срок, установленный приговором суда, на 1 месяц, поскольку осужденный не явился на регистрацию в  период со 02 по 04.02.2015.

Соответственно, суд первой инстанции при принятии решения по настоящему материалу не учел того, что за нарушения условий и порядка отбывания наказания, допущенных ранее, в отношении Т. по представлению уголовно-исполнительной инспекции испытательный срок уже был продлен, в связи с чем, данные нарушения не могли учитываться при решении вопроса об отмене условного осуждения, поскольку действующее законодательство запрещает дважды налагать взыскания за одно и тоже нарушение.

Более того, положения  ч. 3 ст. 74 УК РФ и ст. 190 УИК РФ в редакции Федерального закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ, в отличие от ранее действовавших редакций, не предусматривают понятие "злостного уклонения от отбывания наказания в виде условного осуждения». Соответственно, ссылка в судебном постановлении на злостное неисполнение Т. возложенных на него обязанностей противоречит положениям УК РФ и УИК РФ.

Кроме того, суд первой инстанции не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы о неисполнении Т. обязанности. Фактически осужденный исполнил возложенные на него обязанности -  он прошел обследование  у врача-нарколога, оснований для прохождения лечения не установлено.

Необходимо отметить, что данная судебная практика существовала и ранее.

Так, 14.10.2014 по апелляционному представлению отменено постановление Илимпийского районного суда от 19.08.2014, которым в отношении М., осужденного приговором Илимпийского районного суда от 27.02.2013, отменено условное осуждение  с направлением  осужденного для исполнения наказания в  виде лишения свободы в колонию-поселение.

Начальник филиала по Эвенкийскому району ФКУ УИИ ГУФСИН России по Красноярскому краю  обратился в суд с представлением об отмене М. условного осуждения и исполнении наказания, ссылаясь на то, что осужденный неоднократно не являлся в уголовно-исполнительную инспекцию на регистрацию, за что ему дважды по постановлению суда от 31.07.2013 и 11.03.2014 продлялся испытательный срок. Однако после этого  М. вновь не явился на регистрацию 31.03.2014. Кроме этого, он нарушил возложенную судом обязанность «продолжить трудиться», был уволен с ОПХ «Суриндинский» за прогулы без уважительных причин.

В апелляционном преставлении ставился вопрос об отмене судебного решения, так как суд неверно определил вид исправительной колонии, назначенной М.  для отбывания наказания и вместо колонии общего режима ему как лицу, осужденному за тяжкое преступление, назначил колонию - поселение.

Суд апелляционной инстанции нашел постановление суда первой инстанции подлежащим отмене по следующим основаниям.

В обоснование отмены условного осуждения М., суд первой инстанции сослался на принятые судебные решения о продлении осужденному испытательного срока за неявку на регистрацию в 2013 году.  Между тем, суд не учел, что нарушение осужденным правил отбывания наказания, допущенные в 2013 году уже были предметом судебного разбирательства, по результатам которых М. был продлен испытательный срок постановлениями от 31.07.2013 и  11.03.2014, в связи с чем они не могли быть учтены повторно, поскольку действующее законодательство запрещает дважды налагать взыскания за одно и тоже нарушение. При этом  в постановлении суд не мотивировал свои выводы о том, в чем заключалось систематическое неисполнение предписанных М.  действий  после продления ему  11.03.2014  испытательного срока.

Данное решение суда также основано на  противоречивых выводах.

Так, суд пришел к выводу о том, что  М. не выполнил возложенную обязанность «продолжить трудиться», будучи уволенным с работы.

Одновременно с этим, в постановлении, суд указал, что М., хотя официально и не был трудоустроен, но, относясь к коренным народам Севера, самостоятельно занимался традиционными промыслами народов Севера. Из чего можно сделать вывод о том, что осужденный занимался общественно-полезным трудом, свойственным коренным жителям народов Севера.

Кроме того, из материалов и протокола судебного заседания следует, что паспорт М. был утерян, в связи с чем, он не мог поступить на работу и встать на учет в центр занятости населения. Данный факт остался без надлежащей проверки и оценки.

Суд второй инстанции согласился и с доводами представления о том, что  отменяя условное осуждение, суд первой инстанции, в нарушение уголовного закона, назначил М. для отбывания наказания колонию-поселение, а не колонию общего режима.

17.07.2014 судом апелляционной инстанции отменено постановление Норильского городского суда от 13.05.2014, которым в отношении С., осужденного приговором Норильского городского суда от 11.07.2013, отменено условное осуждение по вышеуказанному приговору и он направлен для отбывания наказания в виде лишения свободы в колонию-поселение в порядке ст.75.1 УИК РФ.

Врио начальника ФКУ УИИ ГУФСИН России по Красноярскому краю обратилась в суд с представлением об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назна­ченного С., мотивируя тем, что в течение испытательного срока осужденный систематически уклонялся от исполнения обязанностей по приговору суда.

Отменяя судебное решение, суд апелляционной инстанции указал, что, согласно представленным в суд материалам, С. за период отбывания назначенного судом наказания, уклонялся от исполнения обязанно­стей, возложенных на него приговором суда, а именно, в январе 2014 года С. не принял мер к трудоустройству и не встал на учет в Центр занятости населения г. Норильска, за что ему постановлением Норильского городского суда от 14.01.2014 продлен испытательный срок на 1 месяц.

Кроме того, за допущение указанного нарушения – неявку на регистрацию в УИИ 24.02.2014 С. постановлением Норильского городского суда от 28.04.2014 вновь был продлен испытательный срок на 1 месяц.

Нарушения, указанные в представлении начальника УИИ об отмене условного осуждения С., были совершены осужденным до вынесения решения суда от 28.04.2014 о продлении ему испытательного срока и подлежали рассмотрению и оценке в одном производстве. Согласно материалам дела, представитель УИИ присутствовала в судебном заседании 28.04.2014 при рассмотрении представления УИИ о продлении С. испытательного срока, однако, представление новыми доводами не дополнила. С. в судебном заседании 28.04.2014 не присутствовал.

Данные обстоятельства послужили основанием для отмены обжалуемого решения и отказе в удовлетворении представления инспекции.

Таким образом, анализ апелляционной практики за 2015 год показал, что, судами края при рассмотрении материалов об отмене условного осуждения и направлении осужденных для отбывания наказания в исправительные учреждения ГУФСИН, как и в 2014 году допускаются ошибки и нарушения закона, подавляющее большинство которых устраняется в апелляционном порядке по жалобам осужденных. Требование п. 16 Приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 20.11.2007 № 185 (в редакции Приказа Генерального прокурора РФ от 26.05.2008 № 98) о необходимости своевременного обжалования каждого незаконного судебного решения, в полном объеме не выполняются. 

 

АНАЛИЗ

рассмотрения судами края уголовных дел о преступлениях, связанных с нарушениями законодательства о государственном кадастре недвижимости, а также о преступлениях, совершенных при осуществлении взыскания просроченной задолженности

 

Проведенный анализ показал, что судами края уголовные дела о преступлениях, связанных с нарушением законодательства о государственном кадастре недвижимости в 2013 году и первом полугодии 2015 года не рассматривались.

В то же время в 2014 году к уголовной ответственности привлечено 2 лица за совершение преступлений,  в сфере кадастрового учета земельных участков.

Так, приговором Березовского районного суда от 17.11.2014 А. осужден за совершение четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 286 УК РФ, к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Являясь руководителем Управления по архитектуре, градостроительству, земельным и имущественным отношениям администрации Березовского района, А., в силу занимаемого им должностного положения, достоверно зная о том, что земельные участки №№ 1-2 имеют категорию - земли населенных пунктов и вид разрешенного использования - ландшафтная, а земельные участки №№ 3-4 категорию - земли населенных пунктов и вид разрешенного использования - жилая усадебная застройка, и что их использование для ведения сельского хозяйства запрещено действующим земельным законодательством, путем подписания, незаконно утвердил схемы расположения земельных участков, на кадастровом плане территории с несоответствующими действительности категориями земель и видами разрешенного использования. А именно, указал в утвержденных схемах, что земельные участки №№ 1 и 2 имеют категорию - земли сельскохозяйственного назначения и вид разрешенного использования - для сельскохозяйственного производства, а земельные участки №№ 3 и 4 имеют категорию - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - для сельскохозяйственного использования.

После утверждения схем расположения данных участков на кадастровом плане территории, земельные участки были поставлены на кадастровый учет с указанными в утвержденных схемах категориями и видами разрешенного использования.

В дальнейшем земельные участки были предоставлены в собственность Е. по выкупной стоимости в сумме 306 000 рублей, определенной в соответствии с категорией и видом разрешенного использования, утвержденных А., что является значительно ниже их фактической рыночной стоимости.

В результате противоправных действий осужденного бюджетам муниципальных образований п. Березовка и Березовский район Красноярского края причинен материальный ущерб в размере 32 109 000 рублей, составляющий разницу между фактической рыночной стоимостью земельных участков и денежных средств, оплаченных за них в качестве выкупной цены.

Кроме того, А. были совершены три аналогичных преступления, выразившиеся в незаконном утверждении схемы расположения земельных участков на кадастровом плане территории с несоответствующими фактическим данным категорией и видом их разрешенного использования, что повлекло отчуждение лесных участков, относящиеся к защитным лесам, из собственности Российской Федерации.

Данное решение было обжаловано в апелляционном порядке стороной защиты.

В жалобе и дополнении к ней адвокат ставил вопрос об отмене приговора и оправдании А., ссылаясь на то, что предварительное и судебное следствие проведены с обвинительным уклоном, изложенные в приговоре выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, существенно нарушены нормы уголовно-процессуального закона, а также неправильно применен уголовный закон.

Суд апелляционной инстанции с доводами жалобы не согласился.

Постановлением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 30.04.2015 приговор в отношении А. оставлен без изменения, а апелляционная жалоба адвоката – без удовлетворения.

При этом на основании подп. 9 п. 1 и п. 12 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24.04.2015 «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» А. освобожден от наказания, назначенного приговором, со снятием с него судимости.

Приговором мирового судьи судебного участка № 124 в Сухобузимском районе Красноярского края от 01.10.2014 года Н. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ.

Как следует из приговора, Комитетом по управлению муниципальным имуществом Н. по договору аренды был предоставлен земельный участок из земель населенных пунктов для ведения личного подсобного хозяйства.

Будучи осведомленной о положениях законодательства, предусматривающих льготное предоставление в собственность земельных участков, находящихся в аренде, у Н. возник умысел на льготное приобретение предоставленного ей в аренду земельного участка в собственность.

С указанной целью ею была подготовлена и подана в отдел управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю (отдел Росреестра) декларация, в которой содержались заведомо ложные сведения о возведении на предоставленном ей земельном участке объекта недвижимости (гараж), на который зарегистрировано право собственности.

Продолжая реализацию своего умысла, Н. подала в Комитет по управлению муниципальным имуществом заявление о предоставлении в собственность арендуемого ею земельного участка с указанием ложных сведений о нахождении на нем гаража и приложением свидетельства о государственной регистрации права собственности на данный гараж.

На основании указанного заявления администрацией района принято постановление о предоставлении земельного участка в собственность осужденной за плату и между КУМИ и Н. заключен договор купли-продажи, стоимость земельного участка согласно которого определена в размере 4 567 руб. 49 коп.

В то же время кадастровая стоимость данного земельного участка составила 182 699, 55 руб.

При этом Н. ни на момент подачи заявления о предоставлении в собственность земельного участка, ни на момент издания постановления, ни на момент заключения договора купли-продажи не являлась собственником какого-либо объекта недвижимости, расположенного на предоставленном ей в аренду земельном участке.

Тем самым осужденная, путем предоставления заведомо ложных данных, незаконно приобрела в собственность земельный участок на льготных основаниях, предусмотренных ст. 36 Земельного кодекса Российской Федерации, в результате чего бюджету района был причинен ущерб в размере 178 132, 06 руб. (разница между кадастровой стоимостью земельного участка и его выкупной стоимостью по договору купли-продажи от 02.04.2014).

Анализ практики рассмотрения уголовных дел о преступлениях, совершенных при осуществлении взыскания просроченной задолженности с использованием неправомерных методов ее взыскания показал, что судами края в 2013 году по указанной категории рассмотрено только 3 уголовных дела в отношении 7 лиц, в 2014 году 1 дело в отношении 2 лиц, в первом полугодии 2015 года - 3 дела в отношении 6 лиц.

Одним из наиболее актуальных уголовных дел указанной категории является дело в отношении М., А. и С., осужденных приговором Советского районного суда г. Красноярска от 12.05.2015 по ч. 2 ст. 330 УК РФ. 

В процессе осуществления деятельности ООО «КЭК» Е. написал расписку и гарантийное письмо о наличии у него задолженности на сумму              30 356 218 рублей перед обществом в связи с получением им денежных средств у контрагентов.

Н., являясь директором ООО «КЭК», и воспользовавшись тем, что у нее имеются расписка и гарантийное письмо Е. заключила договор уступки права требования между обществом и ООО «ПО ОСБ», на основании которого ООО «ПО ОСБ» получило право требовать от Е. погашения образовавшейся задолженности.

Осужденные С., А. и М., действуя в интересах ООО «ПО ОСБ», и предполагая, что Е. в добровольном порядке отказывается погашать образовавшуюся задолженность, вступили в сговор с целью совершения самоуправных действий в отношении потерпевшего. 

Реализуя задуманное, осужденные прибыли в офис, где, действуя самоуправно, в нарушение порядка реализации права на понуждение к исполнению обязательств по возврату денежных средств, не обращаясь за взысканием денежных средств в порядке, установленном ГК РФ, потребовали от Е. передачи им денежных средств либо имущества на сумму, указанную в договоре уступки права требования. После чего начали поочередно высказывать угрозы применения насилия в адрес Е. и членов его семьи.

Продолжая реализовывать свои намерения, С. и А. нанесли Е. удары в область шеи и по лицу, причинив своими действиями физическую боль, а также усилив опасения последнего в реальности исполнения к нему ранее высказанных угроз.

Действуя совместно и согласованно с соучастниками преступления, М. представился потерпевшему сотрудником правоохранительных органов и продемонстрировал приобретенное при неустановленных обстоятельствах удостоверение сотрудника Следственного комитета России по Сибирскому Федеральному округу УСР № 005183 на свое имя. Согласно отведенной ему роли, М. стал оказывать на Е. психологическое воздействие, путем противопоставления своей манеры обращения относительно поведения С. и А., а также вызывая у потерпевшего, введенного в заблуждение относительно намерений М., опасения применения к нему мер государственного принуждения, тем самым пытаясь достичь реализации общего умысла, направленного на понуждение потерпевшего к передаче денежных средств либо имущества.

Отрицая наличие долговых обязательств, Е. отказался от передачи денежных средств в пользу осужденных.

Незаконными согласованными самоуправными действиями С., А. и М., действующих по предварительному сговору группой лиц, потерпевшему был причинен существенный вред, который выражается в совокупности последствий в виде нарушения прав Е. на личную неприкосновенность, предусмотренные ст. 22 Конституции Российской Федерации, унижения чести и достоинства личности, оскорбления морально-нравственных устоев общества, оказания психологического давления, причинения физической боли в результате нанесенных ударов, угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, угрозы убийством и совершением в отношения Е. незаконных действий сексуального характера, в связи с чем, Е. вынужден был обратиться к сотрудникам правоохранительных органов за защитой своей жизни и здоровья от незаконного посягательства.

Примеры приведенных выше судебных решений позволяют сделать вывод о возможности привлечения лиц к уголовной ответственности при нарушении ими законодательства о государственном кадастре недвижимости, включая вопросы осуществления кадастрового учета, а также в связи с совершением неправомерных действий по взысканию просроченной задолженности. Данные факты могут быть выявлены как по результатам проведенных общенадзорных проверок, так и по результатам рассмотрения жалоб и обращений граждан.

 

В СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

 

Имущество, полученное в результате

совершения преступления и доходы

от этого имущества подлежат

возвращению законному владельцу

 

Приговором Epмаковского районного суда от 24.06.2015 Н. осужден по п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год. На основании п. 9 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24.04.2015 № 6576 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» освобожден от назначенного наказания.

Указанным приговором разрешена судьба вещественных доказательств, а также с осужденного Н. в пользу Российской Федерации в доход Федерального бюджета (УФК по Красноярскому краю (Министерство природных ресурсов и экологии Красноярского края)) взыскан ущерб в размере 70 174,86 рублей.

Н. осужден за незаконную рубку лесных насаждений в крупном размере. Преступление совершено им 10.12.2014 в дневное время в                     п. Танзыбей Ермаковского района.

Приговор изменен по апелляционной жалобе представителя потерпевшего.

Принимая решение об оставлении 280 деревьев пихтового молодняка по месту хранения - в Ермаковском филиале ГП КК «Красноярск лес», суд оставил без внимания, что в силу п. 4 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, имущество, полученное в результате совершения преступления и доходы от этого имущества подлежат возвращению законному владельцу.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 81 УПК РФ, предметы, на которые были направлены преступные действия, признаются вещественными доказательствами.

По уголовным делам о незаконной рубке такими предметами являются и деревья. Собственником деревьев, произрастающих в лесах лесного фонда, является Российская Федерация.

Исходя из анализа требований Положения о реализации или уничтожении предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднено, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 23.08.2012 № 848 «О порядке реализации или уничтожения предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднено», незаконно срубленную древесину следует передавать для реализации в целях обращения в доход государства в территориальные органы Федерального агентства по управлению государственным имуществом.

При таких обстоятельствах апелляционной инстанцией краевого суда принято решение передать Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, хранящиеся в Ермаковском филиале ГП КК «Красноярск лес», вещественные доказательства - 280 деревьев  пихтового молодняка.  

 

Обви­нительный приговор должен

быть постановлен на достоверных

доказательствах, когда по делу

исследованы все возникшие версии,

а имеющиеся противоречия выяснены и оценены

 

Т. приговором Ермаковского районного суда от 03.07.2015 осужден по     ч. 3 ст. 291 УК РФ к штрафу в размере 27 000 рублей.

Как установлено судом, Т. 01.04.2014 в салоне служебного автомобиля «ВАЗ - 217030», на участке автомобильной дороги М-54 «Енисей» между 544 км  и 545 км, в период с 15 часов 24 минут до 15 часов 40 минут, передал взятку  в размере 450 рублей свидетелю по уголовному делу – инспектору ДПС отдельной роты ДПС ОГИБДД МО МВД России «Шушенский» за незаконное бездействие – несоставление протокола  по делу об административном правонарушении.

При рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции Т. вину в совершении преступления не признал, отказавшись от дачи показаний, поясняя на следствии, что деньги из кармана у него выпали.

Из предъявленного Т. обвинения следует, что он обвинялся в даче взятки в сумме 450 рублей инспектору ДПС Л.           

Суд, описывая преступное деяние, не установил конкретное должностное лицо, которому Т. передал в качестве взятки 450 рублей, ограничившись указанием на то, что деньги переданы инспек­тору ДПС, который является свидетелем по уголовному делу.

Вместе с тем, по уголовному делу свидетелями допрошены два инспектора ДПС отдельной роты ДПС отделения ГИБДД МО МВД России «Шушенский» - Л. и А., принимав­шие участие в проведении ОРМ. Отсутствие в описательной части приговора ссылки на конкретное должностное лицо, не позволяло определить, что входило в объём служебных полномочий данного ли­ца, а с учётом этого дать правильную квалификацию действиям Т., что создало правовую неопределённость при осуществлении защиты последним.

Судом первой инстанции признано установленным, что размер взятки составил 450 рублей. Однако, из показаний свидетелей Ц. и Е., непосредственно допрошенных в су­дебном заседании следовало, что из патрульного автомобиля были изъ­яты 4 купюры номиналом по 100 рублей, а всего 400 рублей. На эти показания, как на доказательство вины Т. в совершении преступления, имелась ссылка в приговоре.

Выводы суда о том, что показания свидетелей Ц. и Е. о размере взятки обусловлены длительностью времени, прошедшего от событий 01.04.2014, а имеющиеся в деле документы, под­тверждают взятку в 450 рублей, являются предположениями суда пер­вой инстанции, поскольку свидетели Ц. и Е. в судебном заседании по обстоятельствам расхождения их показаний по размеру взятки не допрошены, но определённо показали о деньгах в размере 400 рублей; составленные с их участием процессуальные до­кументы, в которых имеется ссылка на 450 рублей, признанные доказательствами по уголовному делу, им не предъявлялись, а противоре­чия в их показаниях по сумме взятки не устранялись в установленном процессуальном законом порядке, предусмотренном ст.  281 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции признал предположениями и имеющиеся в приговоре суда выводы относительно технических оши­бок (опечаток), допущенных в ходе предварительного следствия при составлении документов, отражающих ход и оформление ОРМ.

Так, в постановлении о предоставлении результатов ОРД следова­телю от 01.04.2014 указывается, что в этот день в ходе ОРМ задержан гражданин М., ко­торый оказался причастен к совершению преступления - даче взятки в размере 450 рублей должностному лицу инспектору ДПС отдельной роты ДПС ОГИБДД МО МВД России «Шушенский» Л. Вывод суда первой инстанции об относимости указанного постанов­ления к Т., а также умозаключения о наличии технической ошибки и опечатки преждевременны, поскольку само лицо, соста­вившее данное постановление, судом по этим обстоятельствам не до­прошено, равно как не допрошен и оперуполномоченный отделения ЭБиПК МО МВД России «Шушенский» Р. по факту со­ставления им 01.04.2014 акта ОРМ «Наблюдение», в котором в качестве участника ОРМ указан лейтенант полиции В., до­смотренный на предмет наличия у него денег, а А., как следует из акта, не досматривался.

Без допроса указанных лиц, а также свидетелей Х. и Б. по этим обстоятельствам, суждения суда первой инстанции о наличии в документах технической ошибки либо опечатки не могли быть признаны мотивированными.

Разрешая ходатайство о признании недопустимым доказатель­ством судебно-лингвистической экспертизы по доводам стороны за­щиты о том, что диск, на основании которого проводилась экспертиза, экспертом не вскрывался и не просматривался, суд ограничился лишь оценкой полномочий и компетентностью эксперта, оставив без внима­ния обозначенные доводы стороны защиты.

При указанных обстоятельствах ходатайство защиты о недопу­стимости ряда доказательств по приведённым в ходатайстве основани­ям судом фактически не разрешено.

Кроме того, выводы суда, изложенные в приговоре, противоречили прото­колу судебного заседания, отражающему ход судебного разбиратель­ства.

В частности, в приговоре судом первой инстанции указано, что в судебном заседании стороны не ходатайствовали о просмотре видео­записи, не исследовались протоколы допросов свидетелей Х. и Б., данные в ходе предварительного следствия, не заявлялось ходатайство о назначении и проведении компьютерной экспертизы.

Утверждения суда об этом опровергаются протоколом судебного заседания. Как видно из протокола судебного заседания, 27.11.2014 в суде по ходатайству представителя государственного обвинения, с целью устранения существен­ных противоречий, в порядке ст. 281 УПК РФ были оглашены показа­ния свидетелей Х. и Б., которые они дали при проведении предварительного следствия по уголовному делу.

Судом первой инстанции оценка этому не дана, противоречия в показаниях свидетелей не устранены.

Кроме того, в ходе судебного следствия защитой неоднократно указывалось на необходимость назначения и проведения по уголовно­му делу компьютерной экспертизы, однако суд первой инстанции не поставил данное ходатайство на обсуждение участников уголовного судопроизводства, не разрешил его по суще­ству.

Согласно ст. 271 УПК РФ суд, выслушав мнения участников судебного разбирательства, рассматривает каждое заявленное хода­тайство и удовлетворяет его либо выносит определение или постанов­ление об отказе в удовлетворении ходатайства.

Поскольку судом первой инстанции ходатайство о назначении и проведении компьютерной экспертизы с целью установления монтажа видеозаписи ОРМ по существу не разрешено, нарушено право Т., предусмотренное ст. 47 УПК РФ, на защиту иными средства­ми и способами, не запрещёнными уголовно-процессуальным законом.

Приговор суда не содержит в себе мотивированных суждений и по версии Т., высказанной им 01.04.2014 на месте происшествия в присутствии Ц. и Е. о том, что деньги у него из кармана выпали. В обоснование этого суд лишь указал, что ходатайства о проведении следственного эксперимента не заявлялось, но убедительных доводов, исключающих такую версию Т., не привёл.

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.1996 № 1 (ред. от 16.04.2013) «О судебном пригово­ре», обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного раз­бирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. В связи с этим судам надлежит исходить из того, что обви­нительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

Перечисленные нарушения, допущенные судом первой инстан­ции при рассмотрении уголовного дела в отношении Т., являлись существенными и не могли быть устранены в суде апелляци­онной инстанции, в связи с этим приговор отменен с направ­лением уголовного дела на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но в ином составе.

 

Способствование розыску имущества

является обстоятельством, смягчающим наказание

 

Приговором Уярского районного суда от 04.08.2015 Т.,  ранее судимый:

1) 02.05.2006 по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, ст. 64 УК РФ к 4 годам лишения свободы, освобожденный 23.09.2009 года условно-­досрочно на 1 год 2 месяца 20 дней;

2) 27.11.2014 по ч. 1 ст. 166, ст. 73 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года; постановлением суда от 01.04.2015 условное осуждение отменено, назначено реальное отбывание наказания в виде 2 лет лишения свободы,

осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, частично присоединено наказание по приговору Советского районного г. Красноярска от 27.11.2014 и окончательно назначено 3 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Т. в особом порядке судебного разбирательства осужден за кражу имущества С. с причинением значительного ущерба на сумму 5 760 рублей.

По апелляционной жалобе осужденного приговор изменен по следующим основаниям.

Как видно из материалов уголовного дела, Т. написал явку с повинной, в которой указал лицо, которому продал похищенную бензопилу, и его адрес. Данные обстоятельства явились основанием для проведения осмотра места происшествия по указанному адресу и изъятию похищенной бензопилы, которая возвращена потерпевшему С.

Таким образом, Т. способствовал розыску имущества, добытого в результате преступления. Однако данное смягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, не было учтено судом при назначении Т. наказания.

При таких данных суд апелляционной инстанции признал смягчающим обстоятельством способствование розыску имущества, добытого в результате преступления, назначенное Т. наказание снижено, как за преступление, предусмотренное п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, так и по совокупности приговоров.

 

Существенное нарушение уголовно-

процессуального закона явилось основанием

для отмены приговора

 

Приговором Ирбейского районного суда от 14.08.2015 Л. осужден  ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на 10 лет лишения свободы, по ч. 2 ст. 228 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ  на 1 год лишения свободы. По совокупности преступлений, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний на 10 лет 1 месяц лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Л. признан виновным         в приготовлении к незаконному сбыту наркотического средства массой 1, 204 гр., в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору с лицами № 3 и № 1, в отношении которых постановлены приговоры, совершенном в период с сентября 2014 года по 25.12.2014  в г. Красноярске, в с. Усть – Яруль Ирбейского района и незаконном приобретении, хранении без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Из представленной в суд апелляционной инстанции копии приговора Ирбейского районного суда от 06.08.2015, постановленного в порядке, предусмотренном ст. 317.7 УПК РФ, которым осужден П., следует, что он был осужден за те же действия, что и Л., то есть за приготовление к незаконному сбыту наркотического средства массой 1, 204 гр., в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору с лицами № 1 и № 2, в отношении которых материалы дела выделены в отдельное производство, совершенном в период с сентября 2014 года по 25.12.2014 в г. Красноярске и в с. Усть - Яруль Ирбейского района.

Оба приговора постановлены судьей Ирбейского районного суда П.

Приговором от 06.08.2015 судья П. признала доказанным, что вышеуказанное преступление П. совершил по предварительному сговору с лицами № 1 и № 2, в отношении которых материалы дела выделены в отдельное производство, то есть высказалась о наличии события преступления, достаточности собранных доказательств, виновности П., квалификации его действий.

Поскольку судья П. высказала свое мнение по указанным вопросам при рассмотрении уголовного дела по данному преступлению в отношении П., она не вправе была принимать участие в рассмотрении уголовного дела по тому же преступлению в отношении Л., так как данное обстоятельство свидетельствует о прямой или косвенной ее заинтересованности в разрешении дела, и она подлежала отводу в соответствии с ч. 2 ст. 61 УПК РФ.

Допущенное нарушение является существенным, так как повлияло или могло повлиять на вынесение законного и обоснованного приговора, что, в соответствии с ч. l  ст. З87.17 УПК РФ, является основанием для отмены приговора в части осуждения Л. по ч. l ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ с направлением уголовного дела в этой части на новое судебное рассмотрение в ином составе суда.

Дело невозможно было направить в суд, постановивший приговор, так как в Ирбейском районном суде, кроме судьи П. имеются двое судей: С. и Л., которые не могли рассматривать данное дело, так как судья С. постановила приговор 07.08.2015 в отношении К., являющегося, согласно предъявленному Л. обвинению, соучастником его преступления, а судья Л. в связи с уходом в отставку. По этой причине уголовное дело направлено для рассмотрения в Канский городской суд.

Из приговора исключено указание на назначение Л. наказания по правилам, предусмотренным ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Уголовное дело по обвинению Л. по ч. 2 ст. 228 УК РФ судья П. рассматривать могла.

В связи с отменой приговора в части осуждения Л. за совершение особо тяжкого преступления, наказание за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 228 УК РФ, относящееся к категории тяжких, ему определено отбывать в исправительной колонии общего режима в соответствии с п. «б» ч. l ст. 58 УК РФ.

 

*******

 

Приговором Минусинского городского суда от 15.12.2014 А. осужден по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 10 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

А. признан виновным и осужден за покушение на незаконный сбыт аналогов наркотических средств в крупном размере, не доведенное до конца по не зависящим от него обстоятельствам.

В связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона приговор отменен.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого и  мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Исходя из данных требований закона, при постановлении приговора должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства, как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешенным при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам, когда по делу исследованы все возникающие версии, а имеющиеся противоречия выявлены и устранены.

Указанные требования закона судом первой инстанции не выполнены.

В качестве доказательств виновности А. в покушении на незаконный сбыт аналогов наркотических средств в крупном размере, совершенном 30.05.2013, суд сослался на показания свидетелей Д., М., П., Н., свидетеля под псевдонимом «Волков», материалы ОРМ, протокол выемки в магазине у продавца денежной купюры, заключение судебно-химической экспертизы, протокол осмотра изъятого, показания свидетелей П.С. и П.И.

Кроме того, судом дана оценка доводам адвоката Б. и подсудимого А.

При этом, оценивая доводы А. в свою защиту о том, что он был привлечен к участию в оперативном мероприятии по выявлению сбытчиков наркотиков, суд указал, что подтверждение данного довода своего подтверждения не нашли, поскольку в ходе предварительного следствия А. на это не указывал, сбытчиков наркотического средства не назвал. Письменные доказательства того, что А. привлекался к участию в оперативном мероприятии, в деле отсутствуют и не представлены подсудимым и его адвокатом.

Вместе с тем, исходя из заложенного в ст. 49 Конституции РФ принципа презумпции невиновности бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, не лежит на стороне последнего.

Так, из материалов дела следует, что А. по данному поводу дал показания только в ходе судебного следствия, а в ходе предварительного расследования воспользовался ст. 51 Конституции  РФ  и не давал показаний.

Из протокола судебного заседания следует, что версия А. об его  участии в ОРМ судом, путем допроса свидетеля под псевдонимом «Волков», а также свидетелей из числа оперативных сотрудников УФСКН, не проверялась.

В приговоре приведено доказательство - протокол выемки в магазине у продавца денежной купюры, но как это доказательство связано с обстоятельствами покушения на незаконный сбыт аналогов наркотических средств в приговоре не раскрыто. По данному обстоятельству А. судом не допрошен, хотя из его показаний в суде следует, что «получив деньги у М., он пошел за спайсом, там был Ж. и И., потом подошел Ш. и сказал, что необходимо подождать. Ж. предложил купить «шоколад», но он (А.) отказался, так как ему была необходима именно эта смесь. Когда приобрел спайс, вернулся обратно в магазин, где ждал М.». При этом из материалов дела следует, что на момент проведения ОРМ А. встречался не только с лицом под псевдонимом «Волков», но и с иными лицами.        

При таких обстоятельствах приговор в отношении А. отменен с направлением дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного  разбирательства.

 

Суд необоснованно не учел явку

с повинной в качестве обстоятельства,

смягчающего наказание

 

Приговором Лесосибирского городского суда от 12.08.2015 М. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 2 годам лишения свободы, по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, к 3 годам 11 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

М. признан виновным в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства, содержащего в составе N-(l-карбамоил-2­метилпропил)-l-(циклогексилметил)-lН-индазол-3-карбоксамид (AB-PINACA-CHM), являющегося производным наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1­пентил-lН-индазол-3-карбоксамид, общей массой 3,13 грамма, в крупном размере, а также в незаконном сбыте наркотического средства, содержащего в составе N-(1­карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (АВ­PINACA-CHM), являющегося производным наркотического средства N-(l-карбамоил-2­метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид, общей массой 0,37 грамма, в крупном размере.

В связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания приговор изменен на основании п. 3 ч. 1 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ.

Исходя из положений пункта «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ явка с повинной признается обстоятельством, смягчающим наказание.

Из материалов дела следует, что М. добровольно сообщил о совершенных им преступлениях, обратившись 19.03.2015 с явками с повинной.

При таких данных, непризнание судом наличия явок с повинной, обстоятельством, смягчающим наказание, без приведения каких-либо мотивов такого решения в приговоре, не было основано на законе.

Судебная коллегия признала данное обстоятельство смягчающим и с учетом этого снизила назначенное М. наказание, как за каждое преступление, так и по совокупности преступлений.

 

В ПРЕЗИДИУМЕ КРАЕВОГО СУДА

 

Выводы суда о невозможности

принятия решения о реализации

вещественных доказательств

в рамках досудебного производства

не были основаны на нормах закона

 

Постановлением следователя СО МО МВД России «Березовский» было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ по факту покушения на хищение деревьев породы сосна объемом 1 324,83 куб.м, породы лиственница объемом 4,2 куб.м, породы береза 41,4 куб.м неустановленным лицом 05.12.2014 в 6,5 км от поворота с автодороги с. Зыково – д. Свищево, в урочище «Каракуша» Березовского района.

Деревья, являющиеся предметом хищения, признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела. Указанные вещественные доказательства переданы на ответственное хранение.

Следователь СО МВД РФ «Березовский» Ф. обратилась в Березовский районный суд с ходатайством о передаче вещественных доказательств по уголовному делу, а именно древесины, находящейся на ответственном хранении у З. на территории базы, расположенной в с. Маганск по   ул. Совхозная, 82 Березовского района, для реализации в доход государства.

Постановлением Березовского районного суда от 16.01.2015 в удовлетворении ходатайства отказано. Мотивируя принятое решение, суд сослался на отсутствие оснований для применения положений п. «в» п. 1 ч. 2 ст. 82 УПК РФ, указав при этом на возможность применения п.п. «а» и «б» п. 1 ч. 2 ст. 82 УПК РФ.

По кассационному представлению заместителя прокурора края постановление суда отменено по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 82 УПК РФ, вещественные доказательства должны храниться при уголовном деле до вступления приговора в законную силу либо до истечения срока обжалования постановления или определения о прекращении уголовного дела и передаваться вместе с уголовным делом, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей. В случае, когда спор о праве на имущество, являющееся вещественным доказательством, подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства, вещественное доказательство хранится до вступления в силу решения суда.

В соответствии с п. «в» п. 1 ч. 2 ст. 82 УПК РФ в редакции Федерального закона от 22.04.2010 № 62-ФЗ, вещественные доказательства в виде предметов, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, в том числе большие партии товаров, хранение которых затруднено или издержки по обеспечению специальных условий хранения которых соизмеримы с их стоимостью, в случае невозможности обеспечения их хранения, оцениваются и с согласия владельца либо по решению суда передаются для реализации в соответствии с законодательством Российской Федерации в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. К материалам уголовного дела может быть приобщен образец вещественного доказательства, достаточный для сравнительного исследования.

Изменения, внесенные в статью 82 УПК РФ Федеральным законом от 22.04.2010 года № 62-ФЗ, приняты во исполнение решения Конституционного Суда Российской Федерации, изложенного в Постановлении от 16.07.2008            № 9-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 82 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина К.», согласно которому взаимосвязанные положения п. «в» п. 1 ч. 2 и ч. 4 ст. 82 УПК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации.

Помимо изменений, внесенных в статью 82 УПК РФ, в целях урегулирования порядка реализации вещественных доказательств в рамках досудебного производства по уголовному делу также принято Постановление Правительства Российской Федерации от 23.08.2012 № 848 «О порядке реализации или уничтожения предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднено», которым утверждено соответствующее Положение, установившее порядок реализации предметов, являющихся вещественными доказательствами, которые, в силу громоздкости или иных причин, не могут храниться до окончания уголовного дела или при уголовном деле, в т.ч. больших партий товаров, имущества, подвергающегося быстрому моральному старению, хранение которых затруднено или издержки по управлению государственным имуществом (его территориальные органы).

Согласно п. 2 Положения, основаниями для передачи предметов, указанных в пункте 1, с целью реализации является решение должностного лица или органа, принявшего решение об изъятии вещественных доказательств в порядке, установленном нормативными правовыми актами Российской Федерации, или органа предварительного расследования, в производстве которого находится уголовное дело - в случае согласия их владельца, либо решение суда, принятое в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации - в случае несогласия владельца или в случае, если владелец не установлен или его местонахождение не удалось установить.

В соответствии с п. 6 указанного Положения, реализация вещественных доказательств осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации с учетом специфики и особенностей передаваемых вещественных доказательств в сроки, определяемые уполномоченным органом, которые могут быть продлены по согласованию с ним.

Таким образом, в настоящее время действующим законодательством предусмотрен альтернативный порядок разрешения вопроса о реализации вещественных доказательств в рамках досудебного производства по уголовному делу - на основании решения органа предварительного следствия при наличии согласия владельца вещественных доказательств, либо на основании судебного решения при наличии возражений владельца.

В любом случае, мнение владельца относительно возможности реализации вещественных доказательств до окончания производства по делу безусловно должно выясняться органом предварительного следствия до обращения в суд с ходатайством о разрешении реализации имущества, признанного вещественным доказательством, с целью определения порядка разрешения вопроса о его реализации - путем принятия самостоятельного решения либо посредством обращения в суд.

Согласие владельца на реализацию вещественных доказательств до окончания производства по уголовному делу является основанием для разрешения этого вопроса следователем во внесудебном порядке, иное противоречит положениям законодательства.

Как следует из настоящего материала, в ходе подготовки к обращению с ходатайством в суд следователем мнение администрации Березовского района, которая признана потерпевшей стороной и владельцем незаконно срубленной древесины, относительно возможности реализации древесины на данной стадии производства по делу  не выяснялось.

Вопрос о волеизъявлении владельца имущества, признанного вещественным доказательством, относительно реализации данного имущества до окончания производства по уголовному делу, является ключевым и, как указано выше, в целом определяет порядок принятия решения о реализации во внесудебном порядке при наличии согласия владельца, либо путем обращения в суд в случае возражений владельца против реализации имущества.

При отсутствии сведений о волеизъявлении владельца отсутствовали основания для принятия судом к рассмотрению ходатайства следователя в связи с отсутствием предмета рассмотрения либо, в исключительном случае, производство по нему подлежало прекращению в случае получения сведений о согласии владельца на реализацию древесины в связи с отсутствием предмета рассмотрения.

Вместе с тем, ходатайство следователя рассмотрено судом по существу, при этом выводы суда о невозможности принятия решения о реализации вещественных доказательств в рамках досудебного производства не основаны на нормах закона.

При таких обстоятельствах, в силу требований ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, постановлением Президиума Красноярского краевого суда от 08.09.2015  постановление Березовского районного суда от 16.01.2015, которым отказано удовлетворении ходатайства следователя СО МО МВД РФ «Березовский» о передаче вещественных доказательств по уголовному делу для реализации в доход государства, материал направлен на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии решения вопроса о принятии ходатайства следователя к рассмотрению.

 

другие новости