Экспресс-бюллетень прокуратуры Красноярского края о судебной практике рассмотрения уголовных дел за май 2014 г.

27.06.2014 11:13:54

ПРОКУРАТУРА    КРАСНОЯРСКОГО    КРАЯ

УГОЛОВНО – СУДЕБНОЕ УПРАВЛЕНИЕ

 

ЭКСПРЕСС-БЮЛЛЕТЕНЬ

май

 

г. Красноярск

2014 год

 

В СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

КРАСНЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

При рассмотрении ходатайства

осужденного о приведении приговоров

в соответствие с новым законом,

судом были нарушены

требования ст. 7 УПК РФ

 

Осужденный А. обратился в суд по месту отбывания наказания в порядке ст. 10 УК РФ с ходатайством о приведении приговоров от 13.12.2005, 21.04.2011, 23.09.2011, 08.11.2011, которыми он был осужден, в соответствие с Постановлением Правительства РФ от 01.10.2012 № 1002.

Постановлением Свердловского районного суда г. Красноярска от 14.02.2014 года ходатайство А. было удовлетворено и постановлено:

А. освободить от наказания, назначенного приговором Ленинского районного суда г. Красноярска от 23.09.2011 по ч. 2 ст.228 УК РФ в связи с декриминализацией деяния.

А. освободить от наказания, назначенного приговором Ленинского районного суда г. Красноярска от 08.11.2011 по ч. 2 ст. 228 УК РФ в связи с декриминализацией деяния.

Исключить из приговора Ленинского районного суда г. Красноярска от 08.11.2011  указание о назначении наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ.

А. считать осужденным:

приговором Кировского районного суда г. Красноярска от 13.12.2005 с учетом изменений, внесенных постановлением суда от 27.06.2006  по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7.03.2011 № 26-ФЗ) на 1 год 10 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

приговором мирового судьи судебного участка № 59 Ленинского района г. Красноярска от 21.04.2011 по ч. 1 ст. 158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.03.2011 № 26-ФЗ) на 5 месяцев лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 10 месяцев;

приговором Ленинского районного суда г. Красноярска от 08.11.2011 по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (в редакции Федерального Закона от 07.03.2011               № 26-ФЗ) (2 преступления) на 1 год 6 месяцев лишения свободы без ограничения свободы за каждое преступление, по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции Федерального Закона от 07.03.2011 года № 26-ФЗ) (3 преступления) на 1 год 2 месяца лишения свободы за каждое преступление, по ч. 3 ст. 69 УК РФ на 3 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

По апелляционной жалобе А. постановление суда от 14.02.2014 отменено по следующим основаниям.

По правилам ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ решения суда первой инстанции подлежат отмене с передачей дела на новое судебное разбирательство, если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального и (или) уголовного законов, неустранимые в суде апелляционной инстанции.

В     соответствии со ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть обоснованным, законным и мотивированным.

Как следует из представленных материалов, А. был осужден:                

приговором Кировского районного суда г. Красноярска от 13.12.2005 с учетом изменений, внесенных постановлением суда от 27.06.2006, по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ на 2 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

приговором мирового судьи судебного участка № 59 Ленинского района г. Красноярска от 21.04.2011 по ч. 1 ст. 158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.03.2011 № 26-ФЗ) на 5 месяцев лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 10 месяцев;

приговором Ленинского районного суда г. Красноярска от 23.09.2011 по ч. 2 ст. 228 УК РФ на 3 года лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору от 21.04.2011 отменено, по ст. 70 УК РФ окончательно назначено 3 года 3 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

приговором Ленинского районного суда г. Красноярска от 08.11.2011 по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.03.2011            № 26-ФЗ) (2 преступления) на 1 год 6 месяцев лишения свободы без ограничения свободы за каждое преступление, по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции Закона от 07.03.2011 № 26-ФЗ) (3 преступления) на 1 год 2 месяца лишения свободы  за каждое преступление, по ч. 2 ст. 228 УК РФ на 3 года лишения свободы, по ч. 3 ст. 69 УК РФ на 3 года 11 месяцев лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (по совокупности с наказанием по приговору от 23.09.2011) окончательно назначено 4 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлением Свердловского районного суда г. Красноярска от 05.07.2012 года отказано в удовлетворении ходатайства А. о приведении приговоров суда от 21.04.2011, 23.09.2011, 08.11.2011 в соответствие с действующим уголовным законом.

Суд первой инстанции, приводя приговоры от 23.09.2011 и 08.11.2011 по ч. 2 ст. 228 УК РФ и, применяя новый уголовный закон, указал в своем решении, что ни в первом, ни во втором случае сухой остаток наркотического средства - дезоморфин методом высушивания не определялся.

Однако, как следует из представленных осужденным копий приговоров, дела по ч. 2 ст. 228 УК РФ были рассмотрены в особом порядке, А. с предъявленным ему обвинением согласился, заключения судебно-химических экспертиз не исследовались.

При рассмотрении ходатайства осужденного о приведении приговоров в соответствие, судом, для принятия законного решения, заключения экспертиз, а также доказательства уничтожения вещественных доказательств - наркотического средства дезоморфин, не запрашивались, в судебном заседании не исследовались, решение было принято преждевременно и не мотивировано, в связи с чем, нарушены требования ст. 7 УПК РФ.

Материал направлен в тот же суд другому судье, поскольку допущенные нарушения не устранимы в суде апелляционной инстанции.

 

Оказание медицинской и иной помощи

потерпевшему непосредственно

после совершения преступления

признается смягчающим наказание

обстоятельством

 

Приговором Ермаковского районного суда от 02.04.2014 К. осуждена по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года. Приговор постановлен в порядке главы 40 УК РФ.

Как установлено судом, К. совместно с С. 01.02.2014 около 19 часов 30 минут находились в коридоре квартиры, где в ходе разговора между ними возникла ссора, в результате которой К. на почве внезапно возникших неприязненных отношений нанесла С. удар ножом в паховую область, причинив ему тяжкий вред здоровью.

В  связи с неправильным применением уголовного закона приговор изменен  по апелляционному представлению государственного обвинителя.

Из материалов уголовного дела усматривается, что К. после совершения преступления побежала вызывать скорую помощь. Доводы К. в ходе предварительного расследования опровергнуты не были. Таким образом, К. непосредственно после совершения преступления оказала помощь потерпевшему, что выразилось в вызове «скорой помощи».

Согласно п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, признается смягчающим обстоятельством и должно учитываться при назначении наказания.

Однако, суд, в нарушение требований уголовного закона, это обстоятельство смягчающим наказание К. не признал и не учел при назначении наказания. В связи с чем, наказание, назначенное К., являлось несправедливым из-за его суровости.

Апелляционным определением краевого суда от 29.05.2014 в качестве обстоятельства, смягчающего наказание К. признано оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, назначенное К. наказание по ч. 1 ст. 111 УК РФ снижено до 2 лет 11 месяцев лишения свободы.

 

Неправильная квалификация

действий осужденного явилась

основанием для изменения приговора

 

Приговором Норильского городского суда от 21.02.2014 К. осужден по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 10 годам 6 месяцам лишения свободы, по п. «г»            ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 10 годам 9 месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 228 УК РФ  к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 11 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Ч. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Как установлено судом, 29.07.2013 около 15 часов 30 минут К., находясь в подъезде дома № 20 по ул. Строительной г. Норильска район Кайеркан, незаконно путем продажи сбыл Г.  вещество - смесь, содержащую N- (адмантин-1-ил) - l-пентил- 1 Н-индазол-З-карбоксамид и N-(адмантин-l-ил)-1-(5-­фторпентил)-1Н-индазол-3-карбоксамид, производное наркотического средства N-(адмантин-1-ил)-1-пентил-1Н-индазол-З-карбоксамид, массой 0.27 грамма, то есть в крупном размере.

29.07.2013 в период с 17-30 до 18-20 часов К., находясь по   адресу: г. Норильск, район Кайеркан, ул. Строительная, д. 13 кв. 30, незаконно путем продажи сбыл В. вещество, содержащее N- (адмантин-l-ил) – 1-пентил- 1Н -индазол-З-карбоксамид и N-(адмантин-I-ил)-] -(5-фТОРllентил)-] Н­индазол-3-карбоксамид, массой 1,02 грамма, то есть в крупном размере.

30.07.2013 К. по указанному адресу незаконно без цели сбыта хранил вещество - смесь, содержащую N- (адмантин-1-ил) - 1-пентил- 1Н-индазол-3-карбоксамид и его производное N-(адмантин-l-ил )-1-(5-фторпентил)- 1Н-индазол-З-карбоксамид общей массой 64,66 грамма, часть которого решил перенести в квартиру 49 дома 20 по ул. Строительной и попросил о помощи Ч.

При этом К. часть указанного вещества массой 31,18 грамма поместил в карманы своей одежды, часть массой 10,52 грамма, в крупном размере передал Ч. для хранения. Таким образом, указанные вещества К. и Ч. незаконно без цели сбыта хранили вплоть до задержания сотрудниками полиции. Оставшаяся часть вещества, незаконно хранимого К., массой 22,96 грамма в тот же день была обнаружена и изъята сотрудниками полиции по месту жительства К. по ул. Строительной, д. 13 кв. 30.

Приговор изменен по апелляционным жалобам осужденного и защитника в связи с неправильной квалификацией действий К. по обстоятельствам передачи наркотических средств 29.07.2013 Г. и В.

Как следует из материалов уголовного дела, за К. в течение длительного времени оперативными сотрудниками полиции осуществлялся негласный контроль в связи с  подозрением его в совершении преступлений, в частности, в период с весны 2013 года на основании решения суда производился контроль его телефонных соединений, из которого и были установлены обстоятельства направления к нему 29.07.2013 лиц, желающих приобрести наркотические средства, и которые задерживались оперативными сотрудниками полиции непосредственно после их приобретения. Таким образом, поскольку преступная деятельность К. 29.07.2013 фактически контролировалась сотрудниками полиции в рамках оперативных мероприятий, направленных на изъятие наркотических средств из незаконного оборота, судебная коллегия пришла к выводу о том, что преступные действия К., направленные на незаконное распространение наркотических средств не были доведены до конца именно по независящим от него обстоятельствам.

В связи с этим, действия К. по обстоятельствам передачи наркотических средств Г., а затем и В. 29.07.2013 апелляционной инстанцией были переквалифицированы с п. «г» ч. 4 ст. 228.1  УК РФ на ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, срок наказания, назначенный как за каждое из двух преступлений, так и по их совокупности, снижен.

 

По результатам рассмотрения жалобы,

поданной в порядке ст. 125 УПК РФ,

суд вынес  незаконное решение

 

Постановлением следователя ОВД отдела № 3 СУ МУ МВД России «Красноярское» от 03.03.2014 было отказано в удовлетворении ходатайства обвиняемого Ф., его защитника и законного представителя о прекращении уголовного дела по обвинению Ф. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, в связи с актом об амнистии, а именно в связи с подп. 7 п. 1 и подп. 3 п. 6. Постановления Государственной Думы Российской Федерации от 18.12.2013 № 3500-6ГД «Об объявлении амнистии в связи с 20-летием принятия Конституции Российской Федерации».

Принятое решение было мотивировано следователем тем, что в соответствии с заключением от 15.01.2014 Ф., у которого выявлено хроническое психическое расстройство, во время совершения инкриминируемого ему деяния не мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

При этом следователь указал, что психическое состояние Ф. следствием не выяснено в связи с расхождением указанного заключения с выводами предыдущих двух экспертиз. Поэтому обвиняемому назначена повторная комиссионная   стационарная психолого-психиатрическая экспертиза, производство    которой поручено экспертам ФГБУ «Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии имени В.П. Сербского» и в силу ч. 3 cт. l96 УПК РФ является обязательным.

В случае установления следствием, что Ф. во время совершения инкриминируемого ему деяния не мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, акт амнистии к Ф. применён быть не может, поскольку в отношении него подлежит рассмотрению вопрос о применении принудительных мер медицинского характера.

Защитник Ф. обратился в суд, в предусмотренном ст. 125 УПК РФ порядке, с жалобой на указанное постановление следователя, в которой просил признать его незаконным, указывая на то, что наличие сомнений в выводах заключения экспертов от 15.01.2014  влечёт необходимость прекращения дела в связи с актом об амнистии. Постановлением судьи Кировского районного суда г. Красноярска от 26.03.2014 в удовлетворении жалобы защитника отказано.

Суд апелляционной инстанции указанное постановление судьи отменил по следующим основаниям.

В соответствии с ч.ч.1, 3, 5 cт. 125 УПК РФ постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) следователя, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления.

Судья проверяет законность и обоснованность действий (бездействия) и решений следователя.

По результатам рассмотрения жалобы судья выносит одно из следующих постановлений:

1)    о признании   действия (бездействия) соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение;

2) об оставлении жалобы без удовлетворения.

При рассмотрении жалобы защитника эти требования закона судьёй соблюдены не были.

Так, из содержания судебного решения следует, что судья, проверяя законность и обоснованность постановления следователя, не согласился с мотивами принятого следователем решения, отметив, что указанный в ходатайстве защитника акт об амнистии не содержит препятствий к его применению по отношению к лицу, во вменяемости которого в ходе расследования дела возникли сомнения, и в отношении которого возникла необходимость проведения судебно-психиатрической экспертизы.

Признав таким образом постановление следователя необоснованным, судья, в нарушение требований ч. 5 ст. 125 УПК РФ, вынес решение не об обязанности следователя устранить допущенное нарушение, а об отказе в удовлетворении поданной в порядке ст. 125 УПК РФ жалобы, которое мотивировал наличием иных, нежели были приведены в постановлении следователя, оснований к отказу в удовлетворении ходатайства защитника. Тем самым судья фактически рассмотрел адресованное следователю ходатайство защитника и отказал в его удовлетворении.

Вместе с тем, возможность вынесения такого судебного решения уголовно-процессуальным законом не предусмотрена.

Учитывая, что судьёй поданная в порядке ст. 125 УПК РФ жалоба защитника фактически не рассмотрена, такое нарушение уголовно­процессуального закона суд апелляционной инстанции признал существенным, а его устранение невозможным при рассмотрении материала по жалобе судом апелляционной инстанции.

Материал направлен на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

 

Для отбывания наказания осужденному

суд неверно назначил исправительную

колонию общего режима вместо колонии-поселения

 

Приговором Дивногорского городского суда от 24.12.2013  В., ранее судимый:

1) 13.05.2013 по п.п. «а, б» ч. 2 ст. 158 УК РФ на 6 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком 6 месяцев. Постановлением от 14.10.2013 условное осуждение отменено, В. направлен для отбывания наказания в виде 6 месяцев лишения свободы в воспитательную колонию;

2) 30.08.2013 по п.п. «а, б» ч. 2 ст. 158, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 69 УК РФ на 1 год 6 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев;

3) 09.09.2013 по ч. 1 ст. 161 УК РФ на 2 года лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года,

осужден по п.п. «а, б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на 8 месяцев лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию наказания, не отбытого по приговору Дивногорского городского суда от 13.05.2013, окончательно назначено 10 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Постановлено приговоры Дивногорского городского суда от 30.08.2013 и 09.09.2013 в отношении В. исполнять самостоятельно.

Апелляционной инстанцией краевого суда приговор изменен по следующим основаниям.

По смыслу закона, если лицо, совершившее тяжкое или особо тяжкое преступление в несовершеннолетнем возрасте, на момент постановления приговора достигло совершеннолетия, ему следует назначить отбывание наказания в исправительной колонии общего режима, имея в виду, что все несовершеннолетние, достигшие 18-летнего возраста, направляются для отбывания оставшегося наказания в исправительную колонию общего режима (статья 140 УИК РФ). При осуждении такого лица к лишению свободы за преступление, совершенное по неосторожности, либо за умышленное преступление небольшой или средней тяжести, вид исправительной колонии назначается ему в соответствии с пунктом "а" части первой статьи 58 УК РФ.

Судом для отбывания наказания В. была назначена колония общего режима, однако, учитывая, что он осужден за совершение преступления, относящегося к категории средней тяжести, ему необходимо было назначить колонию-поселение. В связи с этим, апелляционным постановлением судьи краевого суда от 03.06.2014 В. для отбывания наказания была определена колония-поселение.

 

Приговор в изменен в части

разрешения гражданского иска

 

Ш. приговором Рыбинского районного суда от 20.03.2014 осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ, то есть за нарушение правил дорожного движения, повлекших по неосторожности смерть человека. С Ш. взыскано в пользу П.: компенсация морального вреда в размере 300 000 рублей и 61 032 рубля в счет возмещения материального ущерба, а всего 361 032 рубля.

Апелляционной инстанцией краевого суда установлено, что при разрешении гражданского иска потерпевшего П. судом при взыскании материальных затрат потерпевшего, связанных с похоронами сына, возмещены затраты на приобретение алкогольной продукции. Однако, стоимость алкогольной продукции не подлежала возмещению, так как в соответствии с Федеральным законом «О погребении и похоронном деле», указанные расходы не относятся к необходимым и разумным.

С учетом изложенного, приговор в отношении Ш. изменен в части разрешения гражданского иска, постановлено взыскать с осужденного   в счет возмещения материального вреда 57 132 рубля, а всего 357 132 рубля.

 

Уголовное дело незаконно возвращено

судом прокурору в порядке

ст. 237 УПК РФ

 

Постановлением Лесосибирского городского суда от 28.03.2014 уголовное дело в отношении И., обвинявшегося в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 112, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158, п.п. «а, в, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, и А., обвинявшегося в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 112, п.п. «а, в, г» ч. 2 ст. 161 УКРФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения.

Основанием для возвращения уголовного дела прокурору послужило то обстоятельство, что органами предварительного расследования требования  ст.ст. 73, 171, 220 УПК РФ не выполнены, личные данные обвиняемого А. надлежащим образом не установлены.

По мнению суда, установить личность обвиняемого А. не представляется возможным, поскольку какие-либо достоверные документы, подтверждающие сведения об анкетных данных А., указанные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении, отсутствуют. Данное обстоятельство исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

Суд апелляционной инстанции постановление отменил по следующим основаниям.

Согласно п.п. 1, 2 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении должны быть указаны, в частности: фамилии, имена и отчества обвиняемых, данные о личности каждого из них.

В соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Возвращая дело прокурору, суд пришел к выводу, что установить личность обвиняемого А. не представляется возможным, поскольку какие-либо достоверные документы, подтверждающие сведения об анкетных данных А. в деле отсутствуют, суду сторонами не представлено подлинное свидетельство о рождении обвиняемого А. для сравнения с копией, либо надлежащим образом заверенная копия, а представленная следователем копия свидетельства о рождении не позволяет идентифицировать личность А.

Между тем, суд первой инстанции не принял во внимание, что из имеющейся в материалах уголовного дела копии свидетельства о рождении А. серия ИБ № 215214, выданного 21.07.1995, усматривается, что местом рождения обвиняемого А., как указано в обвинительном заключении, является г. Челябинск. При этом из объяснений сторон следует, что подлинник указанного свидетельства был утрачен.

Как следует из ответа на запрос ТП УФМС России по Красноярскому краю в Сухобузимском районе, А. с 30.06.1998 был зарегистрирован по месту жительства совместно с матерью А.Г. и А.Б. по адресу: с. Сухобузимское, ул. Жукова, д. 10, прибыли из адреса: г. Челябинск, ул. Южная, д. 45. Согласно имеющимся сведениям отдела адресно-справочной работы УФМС России по Красноярскому краю в г. Лесосибирске, А. по регистрационным учетам не значится, паспортом не документировался.

Из ответа на запрос начальника ОМВД по Тавильдаринскому району Республики Таджикистан следует, что сведения о рождении А. в местном медпункте и ЦРБ, а также межрайонном архиве, республиканском УЗАКС и паспортно-регистрационной службе МВД Республики Таджикистан, не имеется.

Кроме того, в представленных материалах уголовного дела имеются показания матери обвиняемого – А.Г., которая подтвердила данные об его личности.

В суд первой инстанции был также представлен подлинник аттестата об окончании школы А., из которого следует, что он обучался в МБОУ СОШ № 4 г. Лесосибирска.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что, возвращая данное уголовное дело прокурору по основанию, предусмотренному ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд первой инстанции не привел в постановлении убедительных доводов в подтверждение того, что указанные в обвинительном заключении данные о личности обвиняемого А. исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

В постановлении суда отсутствуют указания на обстоятельства, проверка которых позволит получить дополнительные документальные сведения о личности А.

В связи с этим, у суда отсутствовали основания для возвращения уголовного дела прокурору, предусмотренные ст. 237 УПК РФ, поскольку органами предварительного расследования принимались исчерпывающие меры к установлению личности обвиняемого А., данные о которой и были указаны в обвинительном заключении.

Кроме того, суд первой инстанции, при необходимости, не лишен возможности по собственной инициативе истребовать из соответствующих органов необходимые сведения в отношении А., допросить инспектора ОДН г. Лесосибирска, где А. состоял на учете, учителей школы, где обучался А. и был принят на обучение в школу на основании предоставленной копии свидетельства о рождении.

Уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

 

Неправильное применение уголовного

закона при назначении наказания привело

к изменению приговора

 

Приговором Кировского районного суда г. Красноярска от 16.04.2014 К. осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, к наказанию в виде 4 месяцев лишения свободы условно с испыта­тельным сроком 4 месяца.

По апелляционному представлению прокурора приговор изменен в связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания.

Так, в соответствии с ч. 3 ст. 73 УК РФ при назначении условного осуждения суд устанавливает испытатель­ный срок, в течение которого условно осужденный должен своим поведени­ем доказать свое исправление. В случае назначения лишения свободы на срок до одного года или более мягкого вида наказания испытательный срок дол­жен быть не менее шести месяцев и не более трех лет.

В нарушение этого требования закона, суд определил размер испыта­тельного срока в четыре месяца, то есть менее, чем предусмотрено законом. Поэтому приговор в этой части изменен: К. назначен испытательный срок на 6 месяцев.

 

Нарушение требований ст. 307 УПК РФ

в части описания в приговоре способа

совершения преступления явилось

основанием к его отмене

 

Приговором Ачинского городского суда от 08.04.2014 М. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы сроком на 7 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Как установлено судом, М. 11.11.2013 в период времени с 23 до 23 часов 52 минут, находясь в доме, в котором проживает Л., употреблял спиртные напитки с ранее знакомыми Г., Л. и ранее незнакомыми Р. и С. В процессе употребления спиртных напитков между Р. и Г. возникла ссора, в ходе которой Р. стал требовать, чтобы Г. и М. ушли из дома Л., и нанес один удар ножом в область проекции остистого отростка 1 поясничного позвонка Г. Тогда М., отломав от табурета металлическую ножку, нанес ею удар по руке Р., выбив у него нож. После этого, М., реализуя внезапно возникший умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью Р., действуя умышленно, с применением достаточной силы, нанес металлической ножкой множественные удары в область головы и тела Р., причинив своими действиями тяжкий вред здоровью, опасный для жизни Р., а затем спустил последнего в подполье дома, расположенного в г. Ачинске по ул. Сенная 24 «б», где Р. находился до его извлечения  сотрудниками полиции.

От полученных телесных повреждений М. скончался 12.11.2013 в 00 часов 40 минут в реанимационном автомобиле скорой медицинской помощи.

Приговор отменен по апелляционному представлению государственного обвинителя по следующим основаниям.

Органами предварительного расследования вменялось в вину М. то, что он отломал от табурета одну металлическую ножку и нанес ей множественные удары по голове и телу Р. Во время нанесения ударов из рук М. выпала металлическая ножка, после чего он с применением достаточной силы нанес множественные удары руками и ногами Р. в область головы и тела. М. нанес металлической ножкой от табурета, ногами и руками Р. не мене 21 удара в область головы и тела.

Однако,    описательно-мотивировочная       часть обвинительного приговора, постановленного в отношении М., в нарушение требований ст. 307 УПК РФ в части описания способа совершения преступления, содержала описание преступного деяния, отличающееся по фактическим обстоятельствам от изложенного в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, а также в обвинительном заключении.

При этом из анализа приведенных в приговоре доказательств следует, что способ совершения преступления, описанный в обвинительном заключении подтверждается показаниями свидетеля Г., протоколом проверки показаний на месте, показаниями свидетеля Л., из которых следует, что удары по голове потерпевшего М. наносил не только металлической ножкой от табурета, но и ногами и руками. Основания изменения способа совершения преступления и уменьшение объема обвинения в приговоре не мотивированы, на каких доказательствах они основаны также не указано.

Кроме того, как следует из приговора, суд признал установленным, что М., отломав от табурета металлическую ножку, нанес ею удар по руке Р. и выбил у последнего нож. Однако данный факт не был установлен органами предварительного следствия, на основании каких доказательств это установил суд из приговора не понятно. Посчитав указанный факт установленным, суд не обсудил вопрос о возможном наличии либо отсутствии в действиях осужденного превышения пределов необходимой обороны.

Выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора о характере причиненных осужденным телесных повреждений, противоречат заключению судебно-медицинской экспертизы.

Таким образом, судом при постановлении приговора в отношении М. были допущены нарушения уголовно-процессуального закона, которые повлияли на постановление законного, обоснованного и справедливого судебного решения.

Дело направлено на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

 

Приговор отменен ввиду несоответствия

выводов суда фактическим обстоятельствам

уголовного дела

 

Приговором Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 06.02.2014 П. осуждена по ч. 1 ст. 159 УК РФ к штрафу в доход государства в размере 30 000 рублей и от назначенного наказания она освобождена в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Постановлено взыскать с П. в пользу Ф. материальный ущерб в сумме 10 000 руб.

Согласно приговору, 15.08.2011 около 12 часов в хирургическое отделение № 2 НУЗ «ДКБ на ст. Красноярск» за медицинской помощью по вскрытию острого подкожно-подслизистого парапроктита обратился Ф. в сопровождении своей супруги Ф.Т. Врач-хирург П., проведя осмотр Ф., диагностировала у него наличие указанного заболевания.

С целью хищения денежных средств, достоверно зная, что в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития России от 02.04.2010 «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению с заболеваниями толстой кишки, анального канала и промежности колопроктологического профиля», острый подкожно-подслизистый парапроктит относится к заболеваниям, требующим оказания экстренной медицинской помощи и операция по его вскрытию выполняется бесплатно, невзирая на наличие у Ф. полиса обязательного медицинского страхования, ввела Ф. в заблуждение относительно платного характера оказания данного вида медицинских услуг, сообщив, что стоимость такой операции составляет 10 000 рублей, в соответствии с прейскурантом хирургического отделения № 2 НУЗ «ДКБ на ст. Красноярск». Ф. согласились на проведение платной операции и П. назначила ее на 14 часов того же дня.

П., в нарушение п.п. 2.4, 2.9, 2.11 своей должностной инструкции, не поставила в известность о нуждаемости Ф. в оперативном вмешательстве заведующего отделением, не дала соответствующего распоряжения среднему медицинскому персоналу о заведении ему медицинской карты и около 14 часов, находясь в помещении перевязочного кабинета хирургического отделения, выполнила Ф. необходимую операцию. После чего, в ординаторской хирургического отделения путем обмана получила от Ф.Т. за проведенную операцию 10 000 рублей, которыми впоследствии распорядилась по своему усмотрению, причинив семье Ф. материальный ущерб.

По апелляционным жалобам осужденной и ее защитника приговор отменен, дело направлено на новое судебное рассмотрение.

В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. Обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

Однако при постановлении обвинительного приговора в отношении П. судом первой инстанции данные требования уголовно­-процессуального закона были нарушены.

Признав П. виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ, суд исходил из того, что её вина подтверждается показаниями потерпевшей Ф.Т., которая прямо указывала на то, что она передала врачу денежные средства в размере 10 000 рублей, показаниями свидетелей, которые не присутствовали при передаче денег и то, что по счету банковской карты  № 427638005767442, принадлежащей Ф.Т., 15.08.2011 была совершена операция в банкомате по снятию 8 000 рублей.

Между тем, суд оставил без должной оценки и проверки доводы стороны защиты о невиновности П. в совершении преступления.

Так, из материалов дела следует, что как в ходе предварительного, так и судебного следствия П. виновной себя в мошенничестве не признавала и отрицала факт получения денежных средств от потерпевшей Ф.Т. как 15, так и 16 августа 2011 г.

В ходе судебного заседания сторона защиты, оспаривая предъявленное обвинение, указывала, что операция 15.08.2011 по снятию денежных средств в размере 8 000 рублей по счету банковской карты № 427638005767442, принадлежащей Ф.Т., не соответствует действительности и в подтверждение этого довода сослалась на выписку, представленную ОАО «Сбербанк России».

Согласно данной выписке, по счету с банковской карты  № 427638005767442, принадлежащей Ф.Т. и открытой как дополнительная, 15.08.2011 были сняты денежные средства в сумме 25 000 руб., 22 000 руб. с терминалов, расположенных вне здания больницы.

Также из этой выписки видно, что 15.08.2011 по счету с банковской карты c № хххх71564, открытой как основная, были сняты денежные средства в размере 8 000 руб. с терминала, расположенного в здании  больницы по ул. Ломоносова, 47.

Из показаний потерпевшей Ф.Т. на следствии и в судебном заседании следует, что у них с мужем было на руках всего 5 банковских карт и одной картой они воспользовались 15.08.2011, сняв денежные средства в размере  8 000 руб. с терминала, расположенного в больнице и в подтверждение своих показаний представила копии всех пяти банковских карт, которые были приобщены к материалам уголовного дела, но среди этих пяти карт банковская карта с № хххх71564 отсутствовала.

Таким образом, существенные противоречия, имеющиеся в материалах дела, судом не устранены, в связи с чем, апелляционная инстанция признала приговор незаконным и необоснованным.

 

В ПРИЗИДИУМЕ КРАЕВОГО СУДА

 

При назначении наказания по

совокупности преступлений суд

неверно применил положения

ч. 3 ст. 69 УК РФ вместо

ч. 2 ст. 69 УК РФ

 

Н. приговором Зеленогорского городского суда от 04.04.2013 осужден за шесть преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ УК РФ (в редакции Федерального закона  от 19.05.2010 № 87-ФЗ), с применением ст. 64 УК РФ к 6 годам лишения свободы за каждое, за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п.п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона  от 19.05.2010 № 87-ФЗ), с применением ст. 64 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы,  за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 228 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19.05.2010 № 87-ФЗ), к 1 году лишения свободы; по совокупности указанных преступлений, окончательно назначено 7 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Постановлением Канского городского суда от 09.01.2014  производство по ходатайству Н. о приведении приговора Зеленогорского городского суда от 04.04.2013 в соответствие с изменениями, внесенными в действующее законодательство, в частности о применении ч. 2 ст. 69 УК РФ (в редакции  Федерального закона  РФ от 07.12.2011 № 420-ФЗ), прекращено.

Президиумом краевого суда 27.05.2014 приговор изменен в связи с неправильным применением уголовного закона судом первой инстанции.

Согласно ч. 2 ст. 69 УК РФ, если все преступления, совершенные по совокупности, являются преступлениями небольшой или средней тяжести, либо приготовлением к тяжкому или особо тяжкому преступлению, либо покушением на тяжкое или особо тяжкое преступление, окончательное наказание назначается путем поглощения менее строгого наказания более строгим, либо путем частичного или полного сложения назначенных наказаний.

Поскольку Н. совершено одно преступление, относящееся к категории небольшой тяжести (ч. 1 ст. 228 УК РФ), а также семь покушений на особо тяжкие преступления, из которых шесть квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ и одно по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, окончательное наказание Н. по совокупности преступлений должно быть назначено по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ, а не ч. 3 ст. 69 УК РФ, как было определено приговором суда, так как положения ч. 2 ст. 69 УК РФ предусматривают более благоприятные правила назначения наказания по совокупности преступлений, что улучшает положение осужденного.

Однако суд, в нарушение указанных требований закона, назначил Н. окончательное наказание по совокупности преступлений по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, что повлекло назначение несправедливого наказания.

Постановлением Президиума краевого суда Н. назначено окончательное наказание по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ в виде 6 лет 10 месяцев лишения свободы.

 

Состав преступления, предусмотренный

ст. 291 УК РФ, считается оконченным

с момента принятия должностным

лицом хотя бы части взятки

 

Приговором Ачинского городского суда от 26.08.2013 Р. осужден по ч. 3 ст. 291 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к штрафу в размере 25 000 рублей.

Как установлено судом, 27.05.2013 года в период с 17 час 40 минут до 18 час 20 минут московского времени, гражданин Республики Узбекистан Р., нарушивший режим пребывания в Российский Федерации и следовавший в качестве пассажира в вагоне № 11 поезда № 137 сообщением «Красноярск-Москва», чтобы не быть доставленным в орган УФМС РФ и избежать установленной административной ответственности, предложил полицейскому отдельной роты патрульно-постовой службы полиции Сибирского ЛУ МВД  России З., находившемуся при исполнении служебных обязанностей, взятку.

После того, как З. отказался принять деньги за заведомо незаконное бездействие, разъяснил Р. сущность совершенного им правонарушения и приступил к составлению рапорта о выявленном административном проступке, Р. в служебном купе вагона № 7 поезда, следовавшего на перегоне ст. Ачинск - ст. Зерцалы по территории Ачинского района Красноярского края, передал З. взятку в виде денег в сумме 6 200 руб., положив их в портфель сотрудника полиции.

Уголовное дело рассмотрено в особом порядке уголовного судопроизводства.

Приговор изменен по следующим основаниям.

По смыслу закона, глава 40 УПК РФ не содержит норм, запрещающих принимать по делу, рассматриваемому в особом порядке при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением, иные, кроме обвинительного приговора, судебные решения. В частности, содеянное обвиняемым может быть переквалифицировано, а само уголовное дело прекращено (например, в связи с истечением сроков давности, изменением уголовного закона, примирением с потерпевшим, амнистией, отказом государственного обвинителя от обвинения) и т.д., если для этого не требуется исследования собранных по делу доказательств и фактические обстоятельства при этом не изменяются.

Согласно ч. 3 ст. 30 УК РФ покушением на преступление признаются умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Как следует из изложенных в приговоре фактических обстоятельств совершенного Р. преступления, его преступные действия, направленные на дачу взятки должностному лицу правоохранительного органа ­Сибирского ЛУ МВД России З., не были доведены до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку должностное лицо отказалось получить предмет взятки и преступно бездействовать - не оформлять в установленном законом порядке выявленный факт административного правонарушения, совершенный Р.  в сфере миграционного законодательства.

В связи с изложенным, приговор изменен: действия Р. переквалифицированы с ч. 3 ст. 291 УК РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 291 УК РФ, по которой назначено наказание в виде штрафа в размере 25 000 рублей.

 

При вынесении обвинительного приговора

по делу, дознание по которому производилось

в сокращенной форме, наказание должно

быть назначено в соответствии с

требованиями ч. 6 ст. 226.9 УПК РФ

 

Приговором и.о. мирового судьи судебного участка № 142 в Ужурском районе и ЗАТО п. Солнечный, мирового судьи судебного участка № 128 в Ужурском районе  от 19.11.2013 в порядке главы 40 УПК РФ В. осужден по  ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы  условно с испытательным сроком в 1 год.

Президиумом краевого суда по кассационному представлению заместителя прокурора края приговор изменен в связи с нарушением уголовно­-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона при назначении  осуждённому наказания.

При определении вида и размера наказания суд руководствовался положениями ч. 7 ст. 316 УПК РФ и назначил осужденному наказание, не превышающее две трети максимального срока, предусмотренного за совершенное преступление.

Однако данный вывод суда не основан на положениях уголовного и уголовно-­процессуального закона.

Так, Федеральным законом от 04.03.2013 № 23-ФЗ внесены изменения в Уголовно-процессуальный кодекс РФ, а именно он дополнен главой 32.1 «Дознание в сокращенной форме», регламентирующей, в том числе, и порядок судебного производства по уголовному делу (ч. 6 ст. 226.9 УПК РФ).

Из материалов уголовного дела следует, что подозреваемый В. обратился в ОМВД России по ЗАТО п. Солнечный с ходатайством о производстве дознания в сокращенные сроки, признал свою вину, характер и размер причиненного преступлением вреда, а также не оспаривал правовую оценку деяния, приведенную в постановлении о возбуждении уголовного дела.

05.10.2013 старшим дознавателем ОМВД России по ЗАТО п. Солнечный М. вынесено постановление об удовлетворении ходатайства подозреваемого и о производстве дознания в сокращенные сроки.

В. не отказался от данной формы рассмотрения дела в отношении него и в судебном заседании (ч. 4 ст. 226.9 УПК РФ).

Вместе с тем суд, рассмотрев дело в порядке ст. 226.9 УПК РФ, при назначении наказания применил норму ч. 7 ст. 316 УПК РФ, что прямо противоречит положениям ч. 6 ст. 226.9 УПК РФ, предусматривающей возможность назначения наказания подсудимому, не превышающего одной второй максимального срока наказания.

Кроме этого, вопрос о назначении наказания по результатам рассмотрения дела в порядке ст. 226.9 УПК РФ прямо предусмотрен и уголовным законом - ч. 5 ст. 62 УК РФ в редакции Федерального закона от 04.03.2013 № 23-ФЗ. Согласно этой норме, наказание при этом так же не может превышать одной второй максимального срока наказания.

В результате неправильного применения уголовного и уголовно-процессуального закона осужденному В. было назначено наказание в большем размере, в связи с чем, кассационной инстанцией оно снижено до 10 месяцев лишения свободы.

 

Приговор и апелляционное определение

изменены ввиду неправильной

квалификации действий осужденного

Приговором Лесосибирского городского суда от 25.06.2013 М. осужден за три преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 290 УК РФ, два преступления, предусмотренные п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ, а также за преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ и ч. 3 ст. 159 УК РФ, которому на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, определено 5 лет лишения свободы с лишением права занимать должности на государственной и муниципальной службе, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций сроком на 3 года, со штрафом в размере 200 000 рублей с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам краевого суда от 12.11.2013 приговор изменен: исключено указание о назначении М. по ч. 3 ст. 290 УК РФ за получение взятки от О. дополнительного наказания в виде штрафа в размере 10 000 рублей, и по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ за покушение на получение взятки от Я. дополнительного наказания в виде штрафа в размере 20 000 рублей. Размер дополнительного наказания, назначенного М. на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ снижен до 180 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ судом первой инстанции были допущены существенные нарушения уголовного закона, которые повлияли на исход дела, в связи с чем,  судебные решения изменены в кассационном порядке.

Судом первой инстанции установлено, что М. совершил покушение на получение взятки от Я. за совершение незаконного бездействия, а также получил взятку от Я.В. и Г. за совершение незаконных действий.

По смыслу уголовного закона обещание или предложение передать либо принять вознаграждение за совершение действий (бездействия) по службе необходимо рассматривать как умышленное создание условий для совершения соответствующих коррупционных преступлений в случае, когда высказанное лицом намерение передать или получить взятку было направлено на доведение его до сведения других лиц в целях дачи им либо получения от них ценностей, а также в случае достижения договоренности между указанными лицами.

Согласно приговору, М. предложил Я. передать ему денежные средства во избежание в дальнейшем проверок ее предпринимательской деятельности со стороны Роспотребнадзора и привлечения ее к административной ответственности, на что Я. согласилась. В период с 01 по 15 марта 2012 г. она пришла к зданию Роспотребнадзора для передачи взятки М., но встретила сотрудника Роспотребнадзора, который убедил ее в недопустимости таких действий.

Таким образом, между Я. и М. состоялась договоренность о передаче денежных средств, следовательно М. создал все необходимые условия для доведения своего преступного умысла на получение взятки от Я. до конца.

Согласно ч. 1 ст. 30 УК РФ умышленное создание условий для совершения преступления,  которое не было доведено до конца по независящим от виновного обстоятельствам, следует квалифицировать как приготовление к преступлению.

В связи с этим, действия М. подлежали квалификации по ч. l ст. 30, ч. 3      ст. 290 УК РФ.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что по результатам проверки, проведенной Роспотребнадзором, ООО "Ливия" и ее директор Я.Л. привлечены к административной ответственности за совершение правонарушений, предусмотренных ч. 1 ст. 14.5, ст. 14.15, ч. 3 ст. 14.16, ст. 6.3., ст. 6.4 КоАП РФ.  Я.В. передал М. взятку за совершение в пользу  ООО "Ливия" незаконных действий в виде уменьшения объема ответственности.

Согласно приговору,  по эпизоду в отношении ООО "Ника" М. получил взятку от Г. за незаконное назначение обществу по ч. 1 ст. 14.5 КоАП  РФ наказания в виде предупреждения, которое не может быть назначено юридическому лицу.

В соответствии с материалами дела, по результатам проведенных проверок ООО "Ливия" привлечено к административной ответственности с назначением наказания по ст. 6.3 КоАП РФ в виде штрафа в размере 10 000 рублей, по ч. 1 ст. 14.5 КоАП РФ в виде предупреждения, по ч. 3 ст. 14.16 КоАП РФ в виде штрафа в размере 30 000 рублей, по ст. 14.15 КоАП РФ в виде штрафа в размере 10 000 рублей, по ч. 1 ст. 14.5 КоАП РФ в виде штрафа в размере 30 000 рублей. Директор ООО "Ливия" Я.Л. привлечена к административной ответственности по ст. 14.15 КоАП РФ к штрафу в размере 1 000 рублей, по ч. 3 ст. 14.16 КоАП РФ к штрафу в размере 3 000 рублей, по ст. 6.4 КоАП РФ к штрафу в размере 1 000 рублей, по ч. 3 ст. 14.16 КоАП РФ к штрафу в размере 3 000 рублей.

ООО "Ника" привлечено к административной ответственности по ч. l   ст. 14.5 КоАП РФ с назначением наказания в виде предупреждения, а директор ОО "Ника" Г. по ч. 3 ст. 14.16 КоАП РФ подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 3 000 рублей.

Таким образом, ООО "Ливия", ООО "Ника" и их руководителям за совершенные административные правонарушения назначено минимальное наказание, предусмотренное соответствующими статьями КоАП РФ.

Согласно ч. 1 ст. 14.5 КоАП РФ продажа товаров, выполнение работ либо оказание услуг организацией, а равно гражданином, зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя, при отсутствии установленной формации об изготовителе (исполнителе, продавце) либо иной информации, обязательность предоставления которой предусмотрена законодательством РФ, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на граждан в размере от одной тысячи пятисот до двух тысяч рублей; на должностных лиц - от трех тысяч до четырех тысяч рублей; на юридических лиц - от тридцати тысяч до сорока тысяч рублей.

В силу ст. 3.4 КоАП РФ, предупреждение - это мера административного наказания, выраженная в официальном порицании физического или юридического лица, которое выносится в письменной форме (часть 1). Предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов РФ, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба (часть 2).

В материалах дела отсутствуют какие-либо данные о наличии обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 3.4 КоАП РФ, и препятствовавших назначению ООО "Ливия" и ООО "Ника" наказания в виде предупреждения.

В судебном заседании установлено, что в компетенцию М. входило рассмотрение дел об административных правонарушениях и назначение юридическим и должностным лицам, а также индивидуальным предпринимателям административного наказания в пределах, установленных законом.

При таких обстоятельствах, выводы суда о незаконности принятых М. решений о назначении юридическим лицам ООО "Ливия" и ООО "Ника" наказания в виде предупреждения за административные правонарушения, предусмотренные ч. 1 ст. 14.5 КоАП РФ, являются ошибочными.

 Поэтому действия М. по фактам получения взяток от Я.В. и Г. подлежали переквалификации по каждому из преступлений на ч. 1 ст. 290 УК РФ.

На основании изложенного, действия М. по преступлению в отношении Я. переквалифицированы с с ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ на ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ, по преступлениям в отношении Я.В. и Г. - с ч. 3 ст. 290 УК РФ на  ч. l ст. 290 УК РФ. Наказание, как основное, так и дополнительное, снижено.

 

другие новости