Экспресс-бюллетень прокуратуры Красноярского края о судебной практике рассмотрения уголовных дел за январь-февраль 2014 г.

15.05.2014 9:35:58

          ПРОКУРАТУРА КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ               

УГОЛОВНО-СУДЕБНОЕ УПРАВЛЕНИЕ

 

ЭКСПРЕСС-БЮЛЛЕТЕНЬ

январь-февраль

 

г. Красноярск

2014  год

 

О Б З О Р

 

практики кассационного обжалования  судебных решений городских (районных) судов края за 12 месяцев 2013 года (в сравнении с 2012 годом)

 

Уголовно-судебным управлением проанализирована кассационная  практика Красноярского краевого суда по уголовным делам за 12 месяцев 2013 года.

За указанный период судебной коллегией по уголовным делам Красноярского краевого суда в кассационном порядке рассмотрено 709 уголовных дел в отношении 862 лиц и 1367 материалов в отношении 1367 лиц.

Пересмотрены приговоры (по существу) в отношении 206 (-775) лиц (на 66 - отменены, на 140 - изменены), из них 169 (-642) - по представлениям прокурора, 37 (-133) - по жалобам сторон.

Несмотря на снижение количества дел, рассмотренных судом кассационной инстанции, эффективность кассационного реагирования горайпрокуроров на незаконные приговоры городских (районных) судов осталась практически на уровне 2012 года и составила  82,0% (-0,7%).

Ненадлежащее изучение материалов уголовных дел при подготовке к судебному процессу, судебных решений в кассационные сроки государственными обвинителями, не принятие ими своевременных мер прокурорского реагирования повлекло вынесение незаконных приговоров и их пересмотр по жалобам участников процесса – в отношении 37 лиц, из которых, в отношении 7 лиц судебные решения отменены, в отношении  30 лиц - изменены.

На 36 лиц пересмотрены приговоры, постановленные с участием  работников городских и районных прокуратур края; на 1 лицо - с участием сотрудника аппарата прокуратуры края.

С участием работников городских и районных прокуратур края по жалобам сторон пересмотрены приговоры Ленинского – в отношении 4 лиц, Железнодорожного, Кировского, Советского, Центрального, Рыбинского районных судов, Минусинского городского суда - по 3 лица; Назаровского, Дзержинского районных судов, г. Норильска – по 2 лица; Свердловского, Богучанского, Емельяновского, Березовского, Таймырского Долгано-Ненецкого районных судов, Канского, Железногорского, Лесосибирского городских судов – по 1 лицу.

В 11 прокуратурах показатель эффективности кассационного реагирования ниже среднекраевого: Дзержинского района,  Назаровской и Рыбинской межрайонных - 0%, Центрального района г. Красноярска -  57,1%, Минусинской межрайонной – 70%, Ленинского района – 71,4%, Советского, Железнодорожного районов г. Красноярска, г.Лесосибирска – 75%, Березовского района, ЗАТО г. Железногорск -80%.

Отменены приговоры по кассационным жалобам в отношении 7 лиц, все вследствие допущенных нарушений уголовно-процессуального закона на стадии судебного разбирательства, реабилитирующие решения судом кассационной инстанции не выносились, мягкость назначенного наказания явилась одним из оснований отмены приговора по жалобе потерпевшего при наличии существенного нарушения норм УПК РФ. Кроме того, в отношении 11 лиц судом кассационной инстанции возвращены уголовные дела прокурору в порядке ст. 237 УК РФ ввиду неверного, на наш взгляд, толкования и применения нового уголовного закона в сфере незаконного оборота наркотических средств.

Основаниями отмены приговоров с направлением уголовных дел на новое рассмотрение послужили не соблюдение судом требований ст. 314 УПК РФ при рассмотрении дела в особом порядке (1), нарушение прав потерпевшего (2), права подсудимого на защиту (2)  и ст. 307 УПК РФ при вынесении приговора (2), что повлекло направление  уголовных дел на новое судебное рассмотрение. Указанные судебные ошибки при надлежащем изучении материалов дела в ходе подготовки к судебному разбирательству и своевременной проверке приговоров могли быть устранены государственными обвинителями как на стадии судебного разбирательства путем заявления соответствующих ходатайств, так и при обжаловании незаконных судебных решений.

Так, кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 02.07.2013 по кассационной жалобе адвоката отменен с направлением дела на новое судебное рассмотрение приговор Ленинского районного суда г. Красноярска от 18.02.2011 в отношении Ю., осужденного по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Основанием отмены судебного решения послужило существенное нарушение уголовно-процессуального закона при постановлении приговора.

Из материалов уголовного дела следует, что 19.10.2006 постановлением Ленинского районного суда г. Красноярска Ю. объявлен в розыск, производство по уголовному делу приостановлено, Ю. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

04.11.2011 постановлением Ленинского районного суда г. Красноярска уголовное дело в отношении Ю. возобновлено на основании ч. 5 ст. 247 УПК РФ, согласно которой, в исключительных случаях судебное разбирательство по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях может проводиться в отсутствие подсудимого, который находится за пределами территории РФ и (или)  уклоняется от явки в суд, если это лицо не было привлечено к ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу.

Вместе с тем, сведений о том, что подсудимый Ю. находится за пределами РФ и уклоняется от явки в суд, материалы уголовного дела не содержат.

Соответственно, то обстоятельство, что Ю. не принимал участия в судебных заседаниях, был лишен возможности участвовать в судебных прениях, высказаться в последнем слове, присутствовать во время оглашения приговора, нарушило его право, как участника уголовного судопроизводства.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 14.03.2013 по жалобе осужденного отменен приговор Емельяновского районного суда от 18.12.2012 в отношении И., признанного виновным по п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 69, 70 УК РФ с назначением наказания в виде 3 лет 4 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По ходатайству подсудимого, с согласия потерпевших и государственного обвинителя, дело рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства.

Однако при принятии такого решения судом не учтено, что согласно выводам судебно-психиатрической экспертизы, И. выявляет легкую умственную отсталость (в степени легкой дебильности), осложненной злоупотреблением алкоголем, что подтверждается анамнестическими сведениями о воспитании в неблагоприятных условиях, отставании в психофизическом развитии, затруднении в усвоении школьной программы, наблюдении у психиатра, освобождении от военной службы в связи с указанной отсталостью. Данное психическое расстройство относится к категории психических недостатков, препятствующих самостоятельно осуществлять право на защиту, однако присутствовать в судебном заседании и участвовать в следственных мероприятиях может.

Данные обстоятельства препятствовали рассмотрению дела в особом порядке, поскольку подсудимый, с учетом особенностей его психики, не мог осознавать последствия проведения судебного разбирательства без исследования доказательств.

Кроме того, во вводной части данного приговора необоснованно указаны судимости И. Канским городским и районным судами от 04.03.2004 и  26.08.2004, которые погашены, поскольку им совершены преступления средней тяжести в несовершеннолетнем возрасте, наказание за которые им отбыто 12.12.2008.

05.02.2013 судебной коллегией по уголовным делам Красноярского краевого суда по кассационным жалобам в связи с нарушением судебной процедуры и прав потерпевшего отменен приговор Ленинского районного суда г. Красноярска от 03.12.2012, которым супруги В. признаны виновными  в совершении преступления, предусмотренного  п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, и осуждены: В.В. -  с применением ст. 70 УК РФ - к  1 году 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; В.А. – к  1 году лишения свободы условно с испытательным сроком в 1 год 6 месяцев.   

Супруги В. признаны виновными в умышленном причинении  средней тяжести  вреда  здоровью М., совершенном группой лиц.

Согласно приговору, 07.07.2011, примерно в 10 часов 00 минут,  находясь в квартире  №  41, расположенной по ул. Волгоградская, 7 «а» в Ленинском районе г. Красноярска, на почве личных неприязненных отношений, связанных  с конфликтом из-за определения порядка пользования данным жилым помещением, действуя совместно и согласованно,  умышленно нанесли М. множественные удары  кулаками по голове,  а также били его головой о металлическую дверь, чем причинили  потерпевшему  телесное повреждение в виде  единой закрытой черепно-мозговой травмы с сотрясением головного мозга, которая характеризуется как вред здоровью средней тяжести.

Согласно ст. 244 УПК РФ,   в судебном заседании стороны обвинения и защиты пользуются равными правами, в том числе, и на выступления в прениях.

В соответствии со статьями 42, 44, 45 УПК РФ, потерпевший  вправе принимать  участие  во  всех судебных  заседаниях по рассматриваемому  делу для защиты своих прав и  законных интересов. Суд обязан  известить его о дате, времени и месте  судебных заседаний, а при отложении процесса -  разъяснить право на участие в дальнейшем судебном разбирательстве и последствия  отказа от использования этого права, что должно быть отражено в протоколе. В соответствии с требованиями ст. 292 УПК РФ, председательствующий обязан разъяснить потерпевшему право на участие в судебных прениях и  создать условия для его реализации. Проведение любой стадии судебного заседания в отсутствие потерпевшего возможно лишь в случае его добровольного отказа от участия.

При рассмотрении данного уголовного дела,   вышеуказанные требования закона были нарушены.

Как следует из протокола судебного заседания,  09.11.2012  судом разрешалось ходатайство  государственного обвинителя об отложении слушания уголовного дела  в связи с необходимостью подготовки  к прениям. При этом  потерпевший М. также выразил свое желание участвовать в прениях сторон, указав  на необходимость двухнедельного перерыва для подготовки к ним. Суд удовлетворил  заявленные ходатайства,  отложив дело слушанием  на 30.11.2012.

В соответствии с протоколом, 30.11.2012  в судебное заседание М. не явился по неизвестной суду причине, будучи своевременно и надлежащим образом  извещен о дате и времени судебного заседания. При обсуждении вопроса о возможности  продолжения рассмотрения дела в отсутствие потерпевшего, как подсудимые, так и государственный обвинитель высказались о необходимости вызова его в судебное заседание. Однако, суд, руководствуясь ч. 2 ст. 249 УПК РФ, признал явку потерпевшего необязательной, и провел судебные прения  в его отсутствие, не предприняв никаких мер  к выяснению причин неявки М. 

В своей кассационной жалобе М., указав на данное обстоятельство, как на нарушение своих прав, в обоснование уважительности неявки представил справку  о болезни и нахождении  на стационарном лечении 30.11.2012 и 01.12.2012, о чем он  до  начала  судебного заседания 30.11.2012 сообщил секретарю, не  заявив при этом ходатайства о  рассмотрении дела в его отсутствие.

05.03.2013 судебной коллегией по уголовным делам Красноярского краевого суда по кассационным жалобам в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона отменен с направлением дела на новое судебное рассмотрение приговор Норильского городского суда от 13.09.2012 в отношении М., осужденного по п. «г» ч. 3 ст. 228.1 (2 преступления), ч. 2 ст. 228, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 12 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

М. осужден за незаконный сбыт в конце июля 2011 года и 17.01.2012 наркотического средства героин в особо крупном размере массой 40,11 и 49,67 граммов В. и П.. соответственно; за незаконное приобретение 17.01.2012 и незаконное хранение без цели сбыта до 03.04.2012 наркотического средства героина в особо крупном размере массой 11,19 граммов.

В соответствии со ст. 49 УПК РФ, защитник - лицо, осуществляющее в установленном порядке защиту прав и интересов подозреваемых, обвиняемых. Согласно п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ, защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого.

По смыслу действующего уголовно-процессуального закона, указанные обстоятельства являются основанием для отвода защитника независимо от того, в чем выражалась эта помощь. Законодательство об адвокатуре также требует от адвоката не принимать на себя обязанности по оказанию юридической помощи, если ему известно о наличии обстоятельств, исключающих его участие в деле.

В судебном заседании в качестве защитника М. участвовал адвокат К.

Как следует из материалов настоящего дела, оно является частью уголовного дела в отношении ряда лиц, осужденных ранее за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств. 

Так, приговором суда от 27.04.2012 за незаконное приготовление к сбыту наркотического средства в особо крупном размере осужден П., защиту интересов которого осуществлял также адвокат К.

Из этого уголовного дела выделено дело по факту сбыта П. наркотического средства в особо крупном размере, в ходе расследования которого к ответственности за указанное деяние привлечен М. При этом П., с участием  защитника К., давал показания, изобличающие М., опознал его как лицо, сбывшее ему наркотическое средство. Данные обстоятельства свидетельствуют о существенных противоречиях в позициях П. и М. на протяжении всего производства по делу.

В связи с чем, адвокат К., привлеченный для участия в судебном заседании в качестве защитника М., не имел на это законных оснований и подлежал отзыву, чего судом сделано не было.

Более того, не вызывая свидетелей в судебное заседание, суд огласил показания П., данные в ходе предварительного расследования с участием защитника К. и положил в основу приговора в отношении П. в качестве доказательства его вины эти показания и названный выше протокол опознания.

Кроме того, в нарушение требований ст. 307 УПК РФ, судом при изложении доказательств вины П. искажены в приговоре показания свидетеля В. об обстоятельствах приобретения наркотического средства, данные им в ходе предварительного следствия и оглашенные на основании ст. 281 УПК РФ. Так, сославшись на конкретные листы дела, суд указал, что из показаний данного свидетеля видно, что он в июле 2011 года приобрел наркотическое средство около 40 грамм за 44 000 рублей у М. Однако, из протоколов допросов В., имеющихся в материалах уголовного дела, следует, что он в конце июля 2011 года приобрел около 250 грамм героина на сумму 375.00 рублей у некоего Мазана.

В соответствии со ст. 227 УПК РФ, по поступившему уголовному делу судья решает вопрос о назначении судебного заседания. Помимо вопросов, предусмотренных ч. 2 ст. 227 УПК РФ, в постановлении принимается решение о мере пресечения.

Согласно толкованию указанной нормы Конституционным судом Российской Федерации в постановлении от 22.03.2005 № 4-П, часть 3 статьи 231 УПК Российской Федерации в части, устанавливающей порядок разрешения судьей в стадии подготовки к судебному заседанию вопроса о мере пресечения, признана не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку содержащиеся в них положения по своему конституционно-правовому смыслу предполагают необходимость обеспечения обвиняемому права участвовать в рассмотрении судом вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, о продлении срока содержания под стражей или об оставлении данной меры пресечения без изменения.

В нарушение указанных требований, назначая дело к слушанию постановлением от 22.08.2012, суд решил вопрос относительно меры пресечения в отношении М. в единоличном порядке, без участия обвиняемого и его защитника. 

За анализируемый период судом кассационной инстанции по жалобам сторон изменено приговоров в отношении 30 лиц (-42 к АППГ), в том числе в отношении 6 лиц из квалификации виновных исключены отдельные признаки преступления (перевозка наркотических средств, приобретение оружия, совершение преступления группой лиц, проникновение в жилище), наказание снижено; 24 осужденным наказание смягчено, в связи с неправильным применением уголовного закона при его назначении и его несправедливостью вследствие суровости. Чаще всего судом 1 инстанции нарушались требования ст.ст. 62, 68, 69, 70, 56 УК РФ, а также не учитывались известные ранее обстоятельства в качестве смягчающих (в отношении 6 лиц).

Определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 30.05.2013 по доводам кассационной жалобы приговор Дудинского районного суда от 19.07.2004 в отношении Я.,  осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 10 годам лишения свободы, ч. 1 ст. 131 УК РФ к 4 годам лишения свободы, ч. 1 ст. 115 УК РФ к штрафу в размере 30 000 рублей, ч. 1 ст. 109 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательно определено 14 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, отменен по ч. 1 ст. 131 УК РФ, уголовное дело  направлено на новое рассмотрение. 

Основанием для принятия указанного решения послужило нарушение судом первой инстанции требований ст. 307 УПК РФ, в соответствии с которыми описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий, наступивших от совершенного преступления.

Вопреки указанной норме закона, судом не описано при каких обстоятельствах Я. совершено изнасилование потерпевшей, в чем конкретно выразилось примененное насилие по отношению к ней, каковы наступившие последствия.

Кроме того, этим же определением Я. по ч. 1 ст. 115 УК РФ, ч. 1 ст. 109 УК РФ освобожден от наказания, поскольку срок давности привлечения его к уголовной ответственности, установленный п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, составляет 2 года после совершения преступления. 

В связи с изменениями, внесенными в УК РФ, судом кассационной инстанции действия осужденного Я. по ч. 1 ст. 111 УК РФ квалифицированы в редакции Федерального закона от 07.03.2011 №26, наказание снижено, а из приговора исключено указание о применении ч. 3 ст. 69 УК РФ.

07.05.2013 судебной коллегией по уголовным делам Красноярского краевого суда по жалобам осужденных изменен приговор Дзержинского  районного суда от 21.12.2012 в отношении К., Ф., осужденных по ч. 3 ст. 162 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима.

В соответствии с приговором, К. и Ф. осуждены за разбой, то есть нападение в целях хищения имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище.

Суд кассационной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился, указав, что квалифицирующий признак «незаконное проникновение в жилище» не нашел своего подтверждения.

Так, из материалов уголовного дела следовало, что осужденные накануне и в день совершения преступления неоднократно и свободно проходили в квартиру потерпевшей, оказывали ей помощь в переносе мебели. Судом первой инстанции достоверно было установлено, что осужденные договорились о нападении на потерпевшую с целью завладения денежными средствами, однако не учтено, что на территорию приусадебного участка и в дом потерпевшей К. и Ф. прошли с ее согласия, двери дома и калитки были не заперты. Таким образом, осужденные оказались в жилище с согласия потерпевшей, в силу знакомства.

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия пришла к выводу о том, что в действиях К. и Ф. отсутствует   квалифицирующий признак «незаконное проникновение в жилище», в связи с чем, действия осужденных квалифицировала по ч. 2 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия опасного для жизни или здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия. Наказание обоим снижено до 6 лет 6 месяцев лишения свободы.

19.02.2013 судебной коллегией по уголовным делам Красноярского краевого суда  по жалобе адвоката изменен приговор Кировского районного суда г. Красноярска от 19.11.2012, которым Д. осужден к лишению свободы по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ - к 2 годам, по п. «а» ч. 2 ст. 116 УК РФ – к 8 месяцам, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ – к 2 годам 4 месяцам с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Согласно приговору, 19.07.2012 около 23.00, Д. находился во дворе жилого дома в автомобиле с неустановленными лицами, где в указанное время громко включил музыку.  На замечание вышедшей из дома И. о том, что  он нарушает покой граждан, стал выражаться в адрес последней грубой нецензурной бранью. После того, как на улицу вышел сожитель И. – К.,  Д., взял из автомобиля молоток, и,  используя его в качестве оружия, нанес К. один удар по голове, причинив телесные повреждения, не повлекшие расстройства здоровья. Когда И. попыталась оттолкнуть Д. от К., из автомобиля вышел неустановленный мужчина, который, действуя группой лиц без предварительного сговора, нанес И. удар бутылкой по голове, причинив ей телесные повреждения, не повлекшие расстройства здоровья.

Действия осужденного судом квалифицированы как хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, и нанесение побоев, причинивших физическую боль.

Однако, признавая указанные факты установленными, суд первой инстанции никаких доказательств, их  подтверждающих,  в приговоре не привел.

Так,  показания потерпевшей И., свидетелей С., Ф., В. не подтверждают то, что громкая музыка играла именно в автомобиле осужденного, который данный факт категорически отрицает. При этом показания потерпевшей в этой части основаны только на предположениях, которые не могут быть положены в основу обвинительного приговора, а сами по себе действия, сопровождающиеся громким включением музыки, не образуют состава уголовно-наказуемого деяния.

Также в приговоре не указаны и доказательства того, что неустановленный мужчина, который нанес И. удар бутылкой по голове, действовал в группе с осужденным и их действия охватывались единым умыслом, направленным на нарушение общественного порядка. Показаниями потерпевшей подтверждается лишь сам факт удара, который последовал  после того, как Д. нанес удар молотком по голове К. При этом, материалами дела не подтверждается, что Д. и неустановленный мужчина переговаривались между собой, а судом не выяснено, каким образом относился к действиям неустановленного лица осужденный.

Кроме того, Д. ранее судим – 22.09.2000 по п. «з» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 3 ст. 162, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 10 годам лишения свободы, освобожден условно-досрочно 19.04.2006 на не отбытый срок 2 года 10 месяцев 9 дней. Указанные преступления совершены Д. в несовершеннолетнем возрасте, в связи с чем, срок погашения данной судимости исчисляется в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 95 УК РФ, и равен трем годам после отбытия лишения свободы за тяжкие и особо тяжкие преступления.

Учитывая, что согласно ч. 4 ст. 86 УК РФ при условно-досрочном освобождении срок погашения судимости исчисляется, исходя из фактически отбытого срока наказания с момента освобождения, то судимость по приговору от 22.09.2000 погасилась 19.04.2009, в связи с чем, у суда не было оснований указывать ее во вводной части приговора. Погашение судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с ней, в связи с чем, Д. на момент вынесения приговора суда от 19.11.2012 являлся лицом ранее не судимым.

Согласно  ст. 56 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ), наказание в виде лишения свободы не может быть назначено за преступление небольшой тяжести, совершенное впервые, при отсутствии отягчающих обстоятельств.

В соответствии с указанными требованиями закона Д. за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 2 ст. 116 УК РФ, относящееся к категории небольшой тяжести, не могло быть назначено наказание в виде лишения свободы.

Кроме того, исходя из положений п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, с учетом совершения Д. впервые преступлений небольшой и средней тяжести, для отбывания наказания следовало определить не исправительную колонию общего режима, а колонию-поселение.

С учетом изложенного, судебной коллегией Красноярского краевого суда приговор Кировского районного суда г. Красноярска от 19.11.2012 в отношении Д. изменен: из его вводной части исключено указание на погашенную судимость по приговору от 22.09.2000; из описательно-мотивировочной – указание о совершении Д. хулиганских действий, выразившихся в громком включении музыки и нанесении неустановленным лицом удара бутылкой по голове потерпевшей И.; наказание, назначенное Д. по п. «а» ч. 1 ст. 213  УК РФ, снижено до 1 года 10 месяцев лишения свободы;  по п. «а» ч. 2 ст. 116 УК РФ назначено в виде исправительных работ сроком 7 месяцев с удержанием из заработной платы 10% в доход государства. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, окончательно определено 1 год 10 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным  делам Красноярского краевого суда от 06.08.2013 по жалобе осужденного изменен приговор Норильского городского суда Красноярского края от 24.05.2007 в отношении Б., осужденного по ч.3 ст.33 п. «г» ч.3 ст.228-1 УК РФ к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в сумме 400000 рублей.

Изменяя судебное решение, суд кассационной инстанции указал, что санкция ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, по которой осужден Б., устанавливает дополнительное наказание в виде штрафа, как факультативную меру, т.е. дающую право суду по своему усмотрению в зависимости от конкретных обстоятельств дела, имущественного положения подсудимого и его семьи назначать либо не назначать дополнительное наказание.

С учетом изложенного, из приговора исключено указание на  назначение Б. дополнительного наказания, предусмотренного ч. 3 ст. 228-1 УК РФ в виде штрафа в размере 400000 рублей, поскольку описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора вообще не содержит мотивов, по которым суд пришел к необходимости назначения виновному дополнительного наказания в виде штрафа в указанной сумме, в то время, как в соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению наказания. Суд первой инстанции обязан, согласно ст. 60 УК РФ, ч. 4 ст. 7 УПК РФ мотивировать свое решение о необходимости назначения Б. дополнительного наказания в виде штрафа.

02.04.2013 кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам  Красноярского краевого суда по жалобам стороны защиты и потерпевшей изменен приговор Канского городского суда от 17.12.2012 в отношении З., осужденной по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Основанием для принятия указанного решения явилось нарушение положений ст. 60 УК РФ, а именно, назначение виновному лицу чрезмерно сурового наказания, не отвечающего требованию закона о его справедливости.

Согласно приговору, З. признана виновной в умышленном нанесении удара стеклянной бутылкой по голове своему отцу – З.В. и причинении ему на почве личных неприязненных отношений тяжкого вреда здоровью в виде открытой черепно-мозговой травмы, повлекшей по неосторожности смерть потерпевшего.

Признав З. виновной в совершении вышеуказанного преступления и правильно квалифицировав ее действия по ч. 4 ст. 111 УК РФ,  Канский городской суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ей наказания, связанного с реальным лишением свободы, с учетом тяжести и общественной опасности содеянного.

Вместе с тем, как показало изучение материалов уголовного дела, обстоятельства, предшествовавшие преступлению и способствовавшие его совершению, при определении З. конкретного срока лишения свободы фактически  учтены не были.

В ходе судебного разбирательства установлено, что потерпевший З.В., проживая в одной квартире с дочерью, систематически употреблял спиртные напитки, что приводило к  постоянным ссорам в семье. Незадолго до совершения преступления, находясь в нетрезвом состоянии, он вновь спровоцировал конфликт и ссору с З. из-за вылитой ею водки, оскорблял ее, вследствие чего она и нанесла потерпевшему удар пустой бутылкой по голове в область затылка.

Указанные обстоятельства уменьшают степень общественной опасности деяния, совершенного З., и, наряду с совокупностью смягчающих вину обстоятельств, подлежат обязательному учету при назначении ей наказания. В связи с этим, судебной коллегией краевого суда принято решение об изменении приговора и снижении наказания, назначенного осужденной, с 5 до 3 лет лишения свободы.

Ввиду неправильного применения уголовного закона судом кассационной инстанции по жалобам потерпевшей и осужденного изменен приговор Лесосибирского городского суда от 28.10.2008 в отношении С., осужденного по ч.1 ст.105 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Материалы уголовного дела содержали в себе сведения о  добровольном возмещении материального ущерба и морального вреда, поскольку С. оказал потерпевшей Г. материальную помощь в виде оплаты похорон, в связи с чем, указанное обстоятельство судебной коллегией признано смягчающим. Кроме того, ввиду отсутствия в действиях осужденного отягчающих обстоятельств и наличия смягчающих, предусмотренных п.п. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, наказание, назначенное С., снижено на 2 месяца, в том числе, с учетом изменений, внесенных Федеральным законом от 29.06.2009 № 141- ФЗ.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам краевого суда от 14.05.2013 по жалобе изменен апелляционный приговор Кировского районного суда г. Красноярска от 21.03.2013 в отношении Б., осужденной по ч. 1 ст. 158 УК РФ с применением положений ст. 70 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Приговор изменен в связи с существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона.

Изучением материалов уголовного дела установлено, что Кировский районный суд г. Красноярска, рассмотрев в апелляционном порядке уголовное дело в отношении Б., принял обоснованное решение об удовлетворении апелляционного представления прокурора об учете в качестве смягчающего наказание обстоятельства активного способствования розыску похищенного имущества и изменении приговора мирового судьи судебного участка № 51 от 26.09.2012 со снижением назначенного ей наказания с 11 до 9 месяцев лишения свободы.

Вместе с тем, федеральный суд при вынесении в отношении Б. нового апелляционного приговора, в нарушение требований п. 3 ст. 307 УПК, в его описательно-мотивировочной части не привел, а затем и не учел при назначении наказания совокупность иных смягчающих наказание обстоятельств, установленных по делу, а именно, явку с повинной, наличие малолетнего ребенка, признание вины и раскаяние в содеянном.

При таких обстоятельствах, судебной коллегией краевого суда жалоба Б. на суровость приговора признана обоснованной. Суд кассационной инстанции, устранив допущенное нарушение уголовно-процессуального закона, изменил судебные решения по делу, снизив осужденной назначенное наказание до отбытого – 8 месяцев лишения свободы,

За 2013 год прокурорами всего принесено кассационных представлений на не вступившие в законную силу судебные решения по уголовным делам горрайсудов края -  59 (-1513) в отношении 66 лиц (-1845), из них отозвано 70   (-201) на 91 лицо (-228).

Снижение указанных показателей, в первую очередь, обусловлено введением с 01.01.2013 нового (апелляционного) порядка обжалования не вступивших в законную силу судебных решений по уголовным делам.

Необходимо отметить, что сотрудниками 32 прокуратур кассационные представления вообще не отзывались (Абанский, Ачинский, Березовский,  Бирилюсский и пр.). В то же время, в ряде горрайпрокуратур количество отозванных представлений остается на высоком уровне (Свердловского района г. Красноярска – отозвано 9 представлений в отношении 11 лиц – 12,1% от числа отозванных по краю; Октябрьского района г. Красноярска – 6 в отношении 10 лиц – 11,0%, г. Норильска – 6 в отношении 7 лиц – 7,7%, Енисейского – 6 в отношении 6 лиц – 7,7%, Канского – 4 в отношении 5 лиц – 5,5%).

Из рассмотренных в 2013 году судом кассационной инстанции представлений в отношении 360 лиц (-1234), подавляющее большинство требований прокурора признаны обоснованными – в отношении 316 лиц              (-1070), отклонены – в отношении 44 лиц (-164). Результативность кассационного обжалования за анализируемый период по сравнению с 2012 годом незначительно, но выросла и составила 87,8% (+0,9%), а доля отклоненных кассационных представлений соответственно снизилась до 12,2% (-0,9%).

В 51 (+9) прокуратуре результативность кассационного обжалования находилась на уровне среднекраевого показателя, превышала его, либо судебные решения не обжаловались, в 46 (+23) из них представления не отклонялись.

В то же время, в 13 (-16) прокуратурах  указанный показатель ниже среднего по краю, в том числе – в 10 (-3) менее 80 процентов: Октябрьского района г. Красноярска – 40%, Балахтинского, Сухобузимского, Иланского,  Н-Пойменской прокуратуре по надзору за соблюдением законов в ИУ – 0%,  Ермаковского района и ЗАТО г. Железногорск - 77,8%, г. Игарка- 57,1%, в Туруханском районе и Шарыповской межрайонной прокуратуре – по 50%. 

Необходимо обратить внимание на то, что сотрудниками горрайпрокуратур за анализируемый период 2013 года в большинстве случаев приносились обоснованные и грамотные представления, поскольку основная часть нарушений закона  в кассационном порядке устранена по инициативе прокурора.

Так, кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам краевого суда от 15.08.2013 по представлению прокурора отменено апелляционное постановление Саянского районного суда от 08.02.2013, которым изменен приговор мирового судьи судебного участка № 121 Саянского района от 05.12.2012, которым М. осужден по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 167, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, судом апелляционной инстанции постановлено назначенное наказание на основании ст. 73 УК РФ считать условным с испытательным сроком 1 год.

Основанием отмены судебного решения послужило существенное нарушение уголовно-процессуального закона, поскольку судом апелляционной инстанции, в нарушение требований ч.ч. 3,4 ст. 367 УПК РФ, при изменении приговора мирового судьи судебного участка № 121  в Саянском районе от 05.12.2012, вынесено постановление, в то время, как должен быть постановлен приговор, отвечающий требованиям ст.ст. 307-309 УПК РФ.

Кроме того, судом кассационной инстанции 13.08.2013 отменен с направлением дела на новое судебное рассмотрение  приговор Минусинского городского суда от 24.04.2012 в отношении В., осужденной по п. "г" ч. 3 ст. 228-1, п. "а" ч. 3 ст. 288-1, ч. 3 ст. 30 п. "а" ч. 3 ст. 228-1, ч. 1 ст. 228-1, ч. 1 ст. 30 п. "б" ч. 2 ст. 228-1, ч. 1 ст. 30 п. "г" ч. 3 ст. 228-1, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 14 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима; С., осужденного по п. "а" ч. 3 ст. 228-1, ч. 3 ст. 30 п. "а" ч. 3 ст. 228-1, ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 11 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима; И., осужденного по ч. 1 ст. 228, ст. 73 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, оправданного по ч. 3 ст. 30 п. "а" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Отменяя судебное решение, суд кассационной инстанции указал следующее.

В нарушение требований ст. 307 УПК РФ, приговор не содержит описание преступного деяния, совершенного В., С. 16.02.2011 по ч. 3 ст. 30           п. «а» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Органом предварительного расследования В. обвинялась в незаконном сбыте наркотических средств, совершенном организованной группой, имевшем место 23.10.2011, т.е. в совершении преступления, предусмотренного п. "а" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ.

Вопреки требованиям закона, суд первой инстанции в резолютивной части приговора признал В. виновной по эпизоду от 23.10.2011 по п. "а" ч. 3 ст. 288-1 УК РФ, т.е. в преступлении, в котором она не обвинялась и обвинение ей не предъявлялось.

Кроме того, резолютивная часть приговора содержит сведения о признании В. виновной  в совершении преступления, предусмотренного ст. 62 УК РФ. Однако, данная норма включена в Общую часть УК РФ, ее диспозиция содержит сведения о назначении наказания при наличии смягчающих обстоятельств и никакого отношения к квалификации действий осужденной не имеет.

Оправдывая И. по п. "а" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, суд сослался на то обстоятельство, что последний приобретал наркотическое средство у В. как для Д, так и для собственного потребления, И. страдает наркоманией, вес приобретенного наркотического средства не является крупным.

Вместе с тем, как видно из материалов уголовного дела, в судебном заседании были допрошены подсудимая В., свидетели обвинения Д., Ф., К., исследованы протокол опознания В. Д-ым., протокол добровольной выдачи Ф. вещества, приобретенного у Д., протокол личного досмотра Д., заключение судебной-химической экспертизы по изъятым у Ф. и Д. наркотическим средствам.

Однако суд, вопреки требованиям закона, в описательно-мотивировочной части приговора ограничился лишь приведением указанных доказательств, не дав им надлежащей оценки и не указав мотивы, по которым отверг каждое из доказательств, представленных стороной обвинения, не указал, по каким основаниям принял одни доказательства и отверг другие.

Кроме этого, суд первой инстанции в резолютивной части приговора указал об оправдании подсудимого И. по эпизоду от 01.02.2011 по ч. 3 ст. 30            п. "а" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ в связи с  отсутствием в его действиях состава преступления, тогда как И. по эпизоду от 01.02.2011 в совершении указанного преступления не обвинялся.

По кассационному представлению прокурора 26.09.2013 изменен приговор Ачинского городского суда от 16.04.2007 в отношении Е., осужденного по ч .4 ст. 150, п.п. "а,б" ч. 2 ст. 228-1, ч. 3 ст. 30 п.п. "а,б" ч. 2 ст. 228-1, ч. 1 ст. 30 п. "г" ч. 3 ст. 228-1, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 11 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Из установленных судом обстоятельств следует, что Е. совершил преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств, склонив к совершению  преступления заведомо не подлежащую уголовной ответственности П., которая не является субъектом преступления.

При таких обстоятельствах, в соответствии с ч. 2 ст. 33, ч. 2 ст. 35 УК РФ в действиях Е. связанных с незаконным оборотом наркотических средств отсутствует квалифицирующий признак совершения преступления "группой лиц по предварительному сговору", в связи с чем его действия переквалифицированы на п. "б" ч. 2 ст. 228-1, ч. 3 ст. 30 п. "б" ч. 2 ст. 228-1, ч. 1 ст. 30 п. "г" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ со снижением назначенного наказания.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам краевого суда от 15.10.2013 изменен приговор Норильского городского суда от 16.01.2009 в отношении С. и К., осужденных по ч. 1 ст. 139, п. "а" ч. 2 ст. 116, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 2 годам исправительных работ с удержанием в доход государства 15% заработка ежемесячно.

Основанием изменения приговора послужило неправильное применение уголовного закона и, как следствие, несправедливость приговора.

Суд первой инстанции, признав К. и С. виновными в совершении преступления, предусмотренного п. "а" ч. 2 ст. 116 УК РФ, назначил наказание каждому в виде исправительных работ сроком на 1 год 6 месяцев, с удержанием в доход государства 15% заработка ежемесячно, а санкция ч. 2 ст. 116 УК РФ предусматривает наказание в виде исправительных работ сроком от 6 месяцев до 1 года. С учетом того, что наказание назначено с нарушением закона, судом кассационной инстанции оно снижено.

Кроме того, поскольку преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 139, ч. 2 ст. 116 УК РФ относятся к преступлениям небольшой тяжести и срок давности привлечения к уголовной ответственности, установленные п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ составляет 2 года после совершения преступления, которые до вступления приговора в законную силу истекли, приговор в этой части изменен, а осужденные С. и К. освобождены от наказания за данные преступления.

Судом кассационной инстанции 06.08.2013 по кассационному представлению прокурора отменен с направлением дела на новое судебное рассмотрение апелляционный приговор Ачинского городского суда от 29.01.2013, которым приговор мирового судьи судебного участка № 134 в г. Ачинске и Ачинском районе Красноярского края в отношении П. от 10.01.2012 изменен, он осужден по ч. 1 ст. 112 УК РФ  (в редакции Федерального закона от 07.03.2011 № 26-ФЗ), ст. 70 УК РФ к 1 году 5 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

П. признан виновным в совершении  11.11.2010 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ. С учетом того, что указанное преступление относится к категории небольшой тяжести, 11.11 2012, т.е. до вынесения приговора судом апелляционной инстанции, срок давности привлечения П. к уголовной ответственности истек.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Часть 2 ст. 27 УПК РФ устанавливает, что прекращение уголовного преследования по данному основанию не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает, и в таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Указанное требование закона суд апелляционной инстанции не выполнил.

Приговор Ачинского городского суда от  29.01.2013 постановлен за рамками срока привлечения П. к уголовной ответственности, при этом в суде апелляционной инстанции не обсуждался вопрос о возможности прекращения уголовного дела в связи с  истечением сроков давности уголовного преследования, не выяснялось мнение осужденного П. о возможности прекращения дела по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, судом кассационной инстанции приговор отменен, уголовное дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

Как отмечалось ранее, судом кассационной инстанции за анализируемый период 2013 года отклонены кассационные представления прокурора в отношении 44 лиц. При этом, имеют место случаи принесения необоснованных представлений, либо невнимательного  и некачественного подхода государственных обвинителей к их принесению.

Так, кассационным  определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 14.03.2013 отклонено представление  государственного обвинителя на приговор Балахтинского районного суда от  08.11.2012 в отношении П., осужденного по п. «б» ч. 2 ст. 131, п. «б» ч. 2 ст. 132, ч.3 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Вынесение указанного судебного решения стало возможным в результате некачественно подготовленного апелляционного представления государственным обвинителем.

В представлении указано на нарушение судом требований уголовного закона ввиду того, что суд, сославшись в описательно-мотивировочной части приговора на применение ст. 68 УК РФ, не указал ее конкретную часть. При этом, ст. 68 УК РФ имеет три части, в которых закреплены самостоятельные правила назначения наказания, имеющие различные правовые последствия.

Отклоняя представление, судебная коллегия сослалась на отсутствие в нем указания о несправедливости назначенного наказания. При этом, суд первой инстанции, верно установив в действиях П. отягчающее наказание обстоятельство – рецидив преступлений, применил правила, предусмотренные ст. 68 УК РФ.

Определением   судебной коллегии по уголовным делам краевого суда  от  29.01.2013 отклонено представление и.о. прокурора г. Игарки на приговор Игарского городского суда от 30.10.2012 в отношении несовершеннолетнего О. и  В., осужденных по  ч. 2 ст. 330, п. «а» ч. 3 ст. 111, ч. 3 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде 2 лет 1 месяца лишения свободы. 

Основанием принесения представления послужило нарушение судом требований уголовно-процессуального закона, а также чрезмерная мягкость назначенного В. наказания, что влечет, по мнению автора представления,  отмену приговора и направление дела на новое судебное рассмотрение. В нарушение ст. 299 УПК РФ, суд в описательно-мотивировочной части приговора высказался о виновности  несовершеннолетних И. и П., не являющихся обвиняемыми по данному уголовному делу.

Однако, данное представление было отклонено, приговор оставлен без изменения. Судебная коллегия указала, что поскольку в материалах дела имеется копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении указанных несовершеннолетних лиц в связи с недостижением ими возраста привлечения к уголовной ответственности, само по себе их упоминание в приговоре не является существенным нарушением  уголовно-процессуального закона, влекущим отмену судебного решения. Назначенное же обоим осужденным наказание соответствует требованиям ст.ст. 6 и 60 УК РФ, поэтому оснований для отмены приговора в связи с мягкостью назначенного наказания также не имеется. 

Из общего числа отклоненных кассационных представлений в 5 случаях обжаловались оправдательные приговоры, из них в 4 случаях позиция государственных обвинителей по принесению представлений прокуратурой края признана обоснованной, а по уголовному делу в отношении С. оснований для принесения представления не усмотрено.

Так, кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам краевого суда от  19.02.2013 отклонено представление государственного обвинителя на приговор Игарского городского суда от 18.12.2012, которым С. оправдана по ч. 4 ст. 159 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее  деянии состава преступления. Данное представление прокуратурой края не поддерживалось.

Прокуратура края с указанными судебными решениями согласилась. Привлечение С. к уголовной ответственности, утверждение обвинительного заключения по делу, направление дела в суд, поддержание государственного обвинения в суде и обжалование законного судебного  решения – признано  необоснованным.

Органами предварительного расследования С. обвинялась в  мошенничестве в особо крупном размере, то есть, преступлении, предусмотренном ч. 4 ст. 159 УК РФ, совершенном при следующих обстоятельствах.

01.08.1995 С. заключила трехсторонний договор с АОЗТ «СП Союз северных городов» и администрацией г. Игарки на долевое участие в строительстве жилого дома в г. Красноярске, по условиям которого ею внесено 30% от предполагаемой стоимости квартиры, 70%  внесено Администрацией г. Игарки, выступающей  в качестве субсидитора. Однако, поскольку квартира предоставлена не была, С. обратилась в  Игарский городской суд, решением которого от 05.08.1999 на администрацию г. Игарки возложены обязанности по предоставлению истице  квартиры в г. Красноярске.

В связи с неисполнением АОЗТ «СП Союз северных городов»  договорных обязательств, губернатором края 29.02.2000 подписано соглашение № 6 «О переселении 63 остронуждающихся семей, выезжающих из г. Игарки в                     г. Красноярск», кроме того, администрацией Красноярского края принято постановление № 793-П от 16.10.2000 «О реализации Краевого целевого соглашения о переселении  63 остронуждающихся семей, выезжающих из           г. Игарки в г. Красноярск». Во исполнение указанных правовых актов  администрацией г. Игарки и ассоциацией «Север на Юг»  С. предоставлена в собственность трехкомнатная квартира в г.  Красноярске. Тем самым администрацией г. Игарки решение суда от 05.08.1999 было исполнено в полном объеме самостоятельно без предъявления исполнительного листа в службу судебных приставов.

 В период с 05.12.2006 по 01.02.2011, более точная дата следствием не установлена, у С. возник преступный умысел на хищение денежных средств, принадлежащих администрации г. Игарки, путём обмана. Реализуя   свои   преступные намерения, она, достоверно зная, что решение суда от 05.08.1999 исполнено, и воспользовавшись тем, что работники администрации г. Игарки не сообщили суду об его исполнении, обратилась в Игарский городской суд с заявлением об изменении способа исполнения решения от 05.08.1999. В обоснование своих требований С. указала, что  квартира  ей до настоящего времени не предоставлена и, приложив отчет о рыночной стоимости трехкомнатной квартиры в г. Красноярске в размере 3 086 087 рублей, просила взыскать с администрации г. Игарки указанную сумму, тем самым, введя Игарский городской суд в заблуждение. Определением от 10.03.2011 требования С. полностью удовлетворены, денежные средства перечислены администрацией г. Игарки на ее лицевой счет. В дальнейшем похищенными денежными средствами С. распорядилась по своему усмотрению. В результате преступных действий С. администрации г. Игарки причинен ущерб в размере 3 086 087 рублей, который, согласно примечанию к главе 21 УК РФ, относится к особо крупному размеру.

Повод и основания для возбуждения уголовного дела в отношении С. имелись, так как в первоначально собранных материалах содержались сведения о том, что она дважды воспользовалась, предоставленным ей решением Игарского городского суда, правом на получение как квартиры в                                   г. Красноярске, так и денежных средств, эквивалентных ее стоимости.

Однако, в ходе предварительного расследования достоверных доказательств, объективно подтверждающих вину С. в инкриминируемом ей преступлении, добыто не было.

Несмотря на неполноту предварительного расследования, 27.09.2012  обвинительное заключение в отношении С. по ч. 4 ст. 159 УК РФ утверждено прокурором г. Игарки и направлено в суд для рассмотрения по существу.

Оправдывая С. по предъявленному обвинению, суд указал,  что стороной обвинения не доказано наличие в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ – мошенничества, поскольку отсутствуют признаки  как субъективной стороны (умысел), так и объективной стороны мошенничества.

Так, сама С. как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании вину в инкриминируемом ей преступлении не признала.  Пояснила, что в 1995 году заключила договор на долевое строительство квартиры к г. Красноярске с АОЗТ «СП Союз северных городов» и администрацией г. Игарки,  по условиям которого ею было внесено 30 % от предполагаемой стоимости квартиры, 70% оплатила администрация г. Игарки. Поскольку квартира ей предоставлена не была, в 1999 году она обратилась с иском в суд, по решению которого на  администрацию г. Игарки были возложены обязательства по предоставлению ей квартиры. Поскольку данные обязательства исполнены не были, в феврале 2011 года она  направила в суд заявление об изменении способа и порядка исполнения  решения суда от 05.08.1999 путем  выплаты ей денежных средств, эквивалентных стоимости квартиры в г. Красноярске, которое было удовлетворено. В  2000 году она действительно получила квартиру в                      г. Красноярске по программе переселения, проводимой ассоциацией «Север на Юг», в которую была    включена как пенсионер, имеющий длительный «северный» стаж. Кроме того, по условиям данной программы, в администрацию г. Игарки ей была  сдана квартира в г. Игарке. При этом  ей не разъяснялось, что квартиру она получает как «обманутый дольщик». В связи с чем, считает, что договор с АОЗТ «СП Союз северных городов» был не исполнен. При этом она не считала, что договорные обязательства 1995 года  выполнены путем заключения соглашения от 15.12.2000, так как его условия  были принципиально иными. Именно поэтому в 2011 году она обратилась в суд с заявлением, изложив в нем указанные обстоятельства.

По делу не установлено, что Соглашение № 6 от 29.02.2000  и Постановление администрации Красноярского края № 793-П от 16.10.2000 приняты в связи с  неисполнением заключенного 11.05.1995 между администрацией г. Игарки Туруханского района Красноярского края и АОЗТ  «СП Союз северных городов» договора об организации строительства жилья для переселяющихся жителей районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, в рамках которого С. заключила трехсторонний   договор на долевое  участие в строительстве квартиры в г. Красноярске.

Кроме того, не добыто доказательств того, что участникам программы, принятой в рамках соглашения № 6 от 29.02.2000, официально разъяснялось, что она принята в связи с неисполнением договорных обязательств 1995 года и последующими  судебными решениями. Поскольку понятие «остронуждающаяся семья» в жилищном законодательстве отсутствует, невозможно сделать однозначный вывод об отнесении к данной категории семьи С.

Также материалами дела не подтверждено, что указанные нормативно-правовые акты в 2000 году приняты во исполнение  решения Игарского городского суда от 05.08.1999. Таким образом, не доказано наличие  у С.   умысла на совершение мошенничества.  

Кроме того, в ходе предварительного расследования не добыто  объективных данных, свидетельствующих о том, что С. при обращении в 2011 году в Игарский городской суд с заявлением об изменении порядка и способа решения суда от 05.08.1999  сообщила какие-либо ложные сведения  или умолчала о каких-то истинных фактах, либо ею совершались умышленные действия, направленные на введение в заблуждение Игарского городского суда или иных организаций.   

Поддержав государственное обвинение, заместитель прокурора г. Игарки мер к восполнению указанных недостатков предварительного следствия не предпринял.

Таким образом, ни в ходе предварительного расследования, ни в судебном заседании  доказательств, объективно подтверждающих вину С. в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, получено не было. Несмотря на это, государственный обвинитель обжаловал законное и обоснованное судебное решение в кассационном порядке.

Допущенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона привели к необоснованному привлечению С. к уголовной ответственности.

В то же время, не все кассационные представления принесены необоснованно.

Так, кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам краевого от 17.01.2012 оставлено без удовлетворения представление прокурора на постановление Ачинского городского суда 23.10.2012 о возвращении прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ уголовного дела в отношении С., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УПК РФ.

Соглашаясь с наличием по делу недостатков обвинительного заключения и нарушений норм уголовно-процессуального закона, судебная коллегия в определении отметила следующее.

Органами предварительного расследования С. обвинялся в нарушении Правил дорожного движения, следствием которого явилось столкновение с автомобилем Т., произошедшее, согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого, в районе 655 км автодороги «Байкал М-53», что не соответствует схеме дорожно-транспортного происшествия, согласно которой местом столкновения автомобилей является 654 км указанной автодороги.

Как отмечено в определении судебной коллегии, допущенная неопределенность сформулированного обвинения препятствует суду принять законное и обоснованное решение.

Данное обстоятельство также расценено судом кассационной инстанции, как нарушающее права обвиняемого на защиту, поскольку он не имел возможности должным образом защищаться от предъявленного обвинения.

Кроме того, по делу допущены и иные существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

Так, в соответствии со ст. 219 УПК РФ, в случае удовлетворения при ознакомлении с материалами уголовного дела по окончании предварительного расследования заявленного одним из участников производства по уголовному делу ходатайства, следователь дополняет материалы уголовного дела и по окончании производства дополнительных следственных действий уведомляет об этом лиц, указанных в ст.ст. 216, 217 УПК РФ.

Потерпевшие ознакомились с материалами уголовного дела 24.07.2012, им были предъявлены материалы дела в 2 томах. Обвиняемый С. ознакомлен с материалами уголовного дела 11.09.2012, после чего следователем к делу приобщены дополнительные документы на 22 листах, с которыми ни обвиняемый, ни его защитник, а также потерпевшие ознакомлены не были.

В ходе предварительного расследования обвиняемый и защитник ознакомлены с постановлениями о назначении экспертиз спустя длительное время, фактически, одновременно с заключениями экспертов, что также нарушило право обвиняемого на защиту, поскольку он не имел возможности ставить на разрешение эксперта дополнительные вопросы, заявлять ему отводы, ходатайствовать о проведении экспертизы в другом экспертном учреждении.

Более того, общий срок предварительного расследования по данному уголовному делу составил (с 13.11.2011 по 24.09.2012) более 10 месяцев – 10 месяцев 12 дней. Однако в установленном законом порядке  срок следствия продлевался  только до 9 месяцев.

Постановлением следователя от 05.06.2012 предварительное расследование по уголовному делу приостанавливалось на основании  п. 4 ч. 1 ст. 208 УК РФ.

В срок предварительного расследования не включается время, в течение которого расследование было приостановлено. Однако указанное постановление следователя 21.06.2012 отменено заместителем Ачинского межрайонного прокурора, как незаконное, при этом производство по уголовному делу возобновлено только 17.07.2012.

Несмотря на то, что постановление о продлении сроков предварительного расследования содержит указание на его приостановление и последующую отмену надзирающим прокурором, сроки предварительного расследования продлены только до 9 месяцев, в связи с чем, обвинительное заключение составлено за пределами срока предварительного расследования, что является основанием для возвращения уголовного дела прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Не согласившись с принятыми решениями, вышеуказанное постановление суда первой инстанции, а также определение судебной коллегии прокуратурой края обжаловано в надзорном порядке в краевой суд. Постановлением Президиума краевого суда от 23.04.2013 требования прокурора удовлетворены, незаконные судебные решения  отменены.

В настоящее время по уголовному делу в отношении С. постановлен обвинительный приговор, который вступил в законную силу.

Снижение уровня отозванных представлений также обусловлено сокращением количества принесенных, ввиду вступления в силу поправок, внесенных в Уголовный кодекс РФ Федеральным законом от 29.12.2010 № 433-ФЗ.

Основной причиной отзыва кассационных представлений является их необоснованность. Принесение ряда представлений обусловлено неверным толкованием закона и незнанием судебной практики, что свидетельствует о ненадлежащем контроле за качеством кассационных представлений со стороны прокуроров и их заместителей.

Так, отозвано кассационное представление государственного обвинителя на приговор Ленинского районного суда г. Красноярска от 04.12.2012 в отношении Л., осужденного за ряд краж с незаконным проникновением в помещение и причинением значительного ущерба гражданам. Основанием принесения представления явилось нарушение требований Общей части УК РФ. По мнению автора представления, в качестве смягчающего наказание обстоятельства не было учтено принятие осужденным мер по розыску похищенного имущества. Принесение указанного представления является необоснованным, поскольку изучение материалов дела показало, что похищенное имущество было изъято из квартиры осужденного только после сообщения в полицию об его обнаружении отцом Л.

Помощником прокурора Балахтинского района принесено кассационное представление на приговор Балахтинского районного суда от 19.12.2012, которым Ф. осуждена по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ и по ст. 70 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Основанием принесения представления явилось нарушение требований ст. 121 УПК РФ, поскольку суд не разрешил заявленное Ф. ходатайство о приведении в соответствие с действующим законодательством приговора Курагинского районного суда от 24.07.2009, наказание по которому присоединено по правилам ст. 70 УК РФ.

Вместе с тем, при изучении материалов уголовного дела и протокола судебного заседания установлено, что указанное представление принесено необоснованно, поскольку в протоколе отсутствует указание на заявленное подсудимой ходатайство о пересмотре приговоров  в порядке ст. 10 УК РФ, а замечания на протокол прокурором не принесены.

Приговором Свердловского районного суда г. Красноярска от 26.09.2012 Т. осужден по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 8 годам лишения свободы в исправительной колонии  строгого режима.

В кассационном представлении государственным обвинителем – помощником прокурора Свердловского района г. Красноярска ставился вопрос об отмене вышеуказанного приговора в связи с тем, что суд, в нарушение требований ч. 3 ст. 60 УК РФ, учел при назначении наказания фактические обстоятельства уголовного дела. Наряду с этим, указывалось на необоснованность освобождения виновного от уплаты процессуальных издержек по причине его имущественной несостоятельности.

Вопреки доводам автора представления, степень общественной опасности преступления определяется в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного и в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывается при назначении наказания. Кроме этого, в судебном заседании установлено, что Т. не имеет постоянного заработка, состоит в браке и имеет на иждивении двоих несовершеннолетних детей. Данные обстоятельства, согласно ч. 6 ст. 132 УПК РФ, давали право суду освободить осужденного от уплаты процессуальных издержек.

Приговором Свердловского районного суда г. Красноярска от 07.12.2012 И. осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком в 2 года. Наказание по приговору Ленинского районного суда г. Красноярска от 12.04.2012 по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде 1 года лишения свободы условно с испытательным сроком в 1 год 6 месяцев решено исполнять самостоятельно.

Государственный обвинитель – прокурор Свердловского района г. Красноярска, не соглашаясь с вышеуказанным приговором, поставил вопрос об его отмене и возвращении уголовного дела на новое судебное рассмотрение. По мнению автора представления,  суд не в полной мере учел характеристику личности И., а именно факт совершения им преступления средней тяжести в период условного осуждения через непродолжительное время после вынесения предыдущего приговора. Также в представлении указывалось на необоснованность учета фактических обстоятельств дела при назначении наказания, в нарушение требований ч. 3 ст. 60 УК РФ. Кроме этого, по мнению прокурора, из приговора не ясно, куда конкретно осужденному при исполнении возложенных на него судом обязанностей ему необходимо представить документ, свидетельствующий о трудоустройстве.

Между тем, согласно ч. 4 ст. 74 УК РФ, в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока преступления средней тяжести суд вправе сохранить условное осуждение. В обжалуемом приговоре суд учел все обстоятельства, имеющие значение для определения вида и размера наказания, а также достаточно подробно мотивировал причины, по которым пришел к выводу о возможности сохранения И. условного осуждения. Также необоснованными являются и доводы о нарушении уголовного закона, допущенном судом при возложении обязанностей в порядке ст. 73 УК РФ, поскольку законом конкретно определен специализированный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, куда они и обязаны предоставлять соответствующие документы.

07.02.2013 отозвано кассационное представление государственного обвинителя на приговор Нижнеингашского районного суда от 17.12.2012 в отношении М., осужденного по ч. 1 ст. 228, ст. 70 УК РФ к 1 году 3 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

В представлении государственный обвинитель  просил отменить приговор в связи с неправильным применением уголовного закона и, как следствие, несправедливости приговора. Полагал, что в нарушение ч. 4 ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров суд окончательно назначил 1 год 3 месяца лишения свободы, т.е. менее неотбытой части наказания по приговору от 22.11.2011.

При этом, прокурором оставлено без внимания, что предыдущим приговором М. осужден по ч. 3 ст. 30 п.п. "а,б" ч. 2 ст. 228-1 УК РФ к 2 годам 7 месяцам лишения свободы, срок наказания постановлено исчислять с 11.02.2011. На момент постановления приговора от 17.12.2012 М. уже фактически отбыл по приговору от 22.11.2011 1 год 10 месяцев 6 дней, неотбытый срок наказания составил 1 год 17 дней. В связи с чем, наказание, назначенное приговором от 17.12.2012 на основании ст. 70 УК РФ, соответствует требованиям уголовного закона, является справедливым и соразмерным содеянному.

29.01.2013 отозвано кассационное представление заместителя прокурора Центрального района г. Красноярска, принесенное на приговор Центрального районного суда г. Красноярска от 21.06.2012, которым Л. осужден по ч. 3 ст. 30, п «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ к 6 годам 10 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ окончательно определено к отбытию 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

В кассационном представлении ставился вопрос об изменении приговора и снижении назначенного осужденному наказания, поскольку из вводной части приговора следовало, что Л. ранее привлекался к уголовной ответственности:  1) 31.05.2001 – по п.п. «а,г» ч. 2 ст. 162 УК РФ к 7 годам лишения свободы, 02.12.2005 освобожден условно-досрочно на неотбытый срок 2 года 3 месяца 12 дней; 2) 19.02.2012 – по двум эпизодам ч. 1 ст. 228 УК РФ,  ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ – к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденного 01.10.2010 условно-досрочно на неотбытый срок 1 год 6 месяцев 7 дней. По мнению автора кассационного представления, суду кассационной инстанции надлежало снизить осужденному наказание в связи с тем, что на момент постановления обжалуемого приговора, ч. 1 ст. 228 УК РФ законодателем отнесена к категории преступлений небольшой тяжести, таким образом, приговор от 19.02.2012 подлежал приведению в соответствие с новым уголовным законом.

Принесение данного представления обусловлено нестабильной практикой краевого суда, сложившейся в первом полугодии 2013 года, когда суд кассационной инстанции самостоятельно приводил приговоры в соответствие, снижая наказание.

Вместе с тем, государственный обвинитель в процессе рассмотрения дела в суде первой инстанции имел возможность  самостоятельно заявить ходатайство о приведении предыдущих приговоров в соответствие с действующим уголовным законом, чем мог поспособствовать вынесению законного,  обоснованного и справедливого решения по делу, тем более что основания для  пересмотра предыдущих приговоров действительно имелись.

Представление рекомендовано отозвать, поскольку самостоятельный пересмотр в кассационном порядке приговоров ухудшает положение осужденного, лишенного в таком случае возможности обжалования принятого решения в кассационном порядке, и, кроме того, сам Л. не лишен возможности обратиться в суд первой инстанции с ходатайством в порядке ст. ст. 397-399 УПК РФ.  

Таким образом, анализ кассационной практики краевого суда показал, что в 2013 году горрайпрокурорами продолжилась работа по улучшению качества принесенных представлений, подавляющее большинство нарушений закона, допущенных судами при вынесении приговоров, устранялось по инициативе государственных обвинителей и руководителей горрайпрокуратур. Вместе с тем, в настоящее время показатели эффективности и результативности кассационного обжалования не изменить.

Вместе с тем, в работе прокуратур на данном направлении  имелись и недостатки. Несмотря на действие с 01.01.2013 нового порядка обжалования не вступивших в законную силу судебных решений по уголовным делам, допущенные судом нарушения закона являются типичными и их следует учитывать в дальнейшей работе.

 

В СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

 

Приговор изменен в связи с

неправильным применением

уголовного закона

 

Приговором Ленинского районного суда г. Красноярска от 29.07.2013 Н., родившийся 04.02.1984, ранее судимый:

- 20.12.2010 (с учетом внесенных в приговор изменений от 25.07.2011) по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы, освобо­жден 11.08.2012 условно-досрочно на 1 год 2 месяца 8 дней,

- 10.07.2013 по ч. 1 ст. 116 УК РФ к 120 часам обязательных работ (приговор вступил в законную силу 03.10.2013),

осужден по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ на 2 года 3 месяца лишения свободы без ограниче­ния свободы и без штрафа, по ч. 1 ст. 116 УК РФ к 120 часам обязательных работ. На основа­нии ч. 3 ст. 69, ч. 1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначено 2 года 3 месяцев 10 дней лишения свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 69, ч. 1           ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний с наказанием, назначенным Н. по приговору от 10.07.2013, назначено 2 года 3 месяца 20 дней лишения свободы. На основании п. «в» ч. 7 ст. 79 УК РФ условно-досрочное освобождение Н. от наказания по приговору суда от 20.12.2010 отменено, и в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытого наказания по указанному приговору окончательно назначено наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Н. осужден за совершение вымогательства, то есть за требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору с 3. и П., с применением насилия, а также за нанесение М. побоев, не повлекших последствий, указанных в статье 115 УКРФ.

Дело рассмотрено в особом порядке.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал активное способствование Н. раскрытию преступления путем дачи признательных показаний в ходе предварительного следствия, наличие двоих малолетних детей, добровольное возмещение морального вреда потерпевшей, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - раскаяние в содеянном и полное признание вины, положительные характеристики с места жительства.

Исключительных обстоятельств, позволяющих применить при назначении наказания положения ст. 64 УК РФ либо ч. 3 ст. 68 УК РФ, судом не установлено.

При назначении Н. наказания, при наличии у него рецидива преступлений, суд не нашел оснований для применения к нему ч. 3 ст. 68 УК РФ. Однако, вопреки требованиям ч. 2 ст. 68 УК РФ, в которой говорится о том, что срок наказания при любом виде ре­цидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наибо­лее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, судом не соблюдены правила назначения наказания при рецидиве преступлений, так как назначено наказание по ч. 1 ст. 116 УК РФ в виде обязательных работ, хотя наиболее cтpoгим наказанием, с учетом требований ч. 2 ст. 68 УК РФ, для Н. в данном случае является наказание в виде исправительных работ.

Допущенные судом нарушения явились основанием для изменения приговора и назначения Н. в апелляционном порядке более строгого наказания в соответствии со ст. 389.20, п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ, согласно которым при изменении приговора и иного судебного решения суд вправе усилить осужденному наказание или применить в отношении него уголовный закон о более тяжком преступлении.

Апелляционной инстанцией приговор изменен: исключено указание суда о назначении наказания по ч. 1 ст. 116 УК РФ в виде 120 часов обязательных работ, постановлено считать его осужденным по ч. 1 ст. 116 УК РФ на 3 месяца исправительных работ с удержанием из его заработной платы 10% заработка в доход государства. На основании ч. 3 ст. 69, ч.1 ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 116, п.п. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, назначено 2 года 3 месяца 20 дней лишения свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 69, ч. 1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения с наказанием, назначенным по приговору мирового судьи судебного участка № 63 в Ленинском районе г. Красноярска от 10.07.2013 назначено 2 года 4 месяца лишения свободы. Наказание по приговору суда от 20.12.2010 года, по которому условно-досрочное освобождение Н. судом отменено на основании   п. «в» ч. 7 ст. 79 УК РФ, при­соединено частично к наказанию, назначенному по настоящему приговору, и в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров назначено 2 года 6 месяцев 10 дней лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

 

Для отбывания наказания суд неверно

определил осужденному исправительную

колонию особого режима

 

Приговором Ленинского районного суда г. Красноярска от 11.09.2013 Б., 04.06.1984 года рождения, ранее судимый:    .

- 26.08.2001 по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 4 годам лишения свободы, освобожден условно-досрочно 30.06.2003 на неотбытый срок 11 месяцев,

- 21.10.2003 по ч. 1 ст. 161, п. 7 ст. 79, 70 УК РФ с приговором от 26.08.2011 к 1 году 3 месяцам лишения свободы,

- 09.12.2003 по ч. l ст. 161, ч. 5 ст. 69 УК РФ с приговором от 21.10.2003 к 2 годам 7 месяцам лишения свободы,

- 04.02.2004 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, и на основании ч. 5 ст. 69, ст. 70 УК РФ, к 10 годам 1 месяцу лишения свободы, освобожден 5.04.2013 по отбытии наказания,

осужден к лишению свободы: по ч. l ст. 162 УК РФ на 2 года 9 месяцев, по ч. l ст. 161 УК РФ на 1 год 6 месяцев, по ч. 2 ст. 162 УК РФ на 3 года 8 месяцев. В силу ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно определено к отбытию 4 года 2 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы назначается мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также при рецидиве или опасном рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы, - в исправительных колониях строгого режима.

Однако, в нарушение данного требования закона, суд неверно определил Б. отбывание лише­ния свободы в исправительной колонии особого режима.

Приговором от 26.08.2001 Б. осужден к реальному лишению свободы за совершенное им преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ в несовершеннолетнем возрасте, а приговорами от 21.10.2003, 9.12.2003 - за преступления средней тяжести, приговором от 4.02.2004 - за особо тяжкое преступление.

Таким образом, в действиях Б. содержится опасный рецидив преступлений.

В связи с этим, апелляционной инстанцией Б. местом отбывания наказания определена исправительная колония строгого режима.

 

Штраф, исчисляемый исходя из

величины, кратной сумме взятки,

не может быть менее двадцати

пяти тысяч рублей

 

Приговором Ленинского районного суда г. Красноярска от 25.11.2013 Б. осуждена по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 291 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к штрафу в размере 15 000 рублей с рассрочкой выплаты штрафа на 3 месяца по 5 000 рублей ежемесячно.

Б. осуждена за покушение на дачу взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконного бездействия.

Назначая наказание Б. в виде штрафа суд неправильно применил уголовный закон.

Согласно общим правилам назначения наказания в виде штрафа, предусмотренным ч. 2 ст. 46 УК РФ, штраф, исчисляемый исходя из величины, кратной сумме взятки, устанавливается в размере до стократной суммы взятки, но не может быть менее двадцати пяти тысяч рублей.

Санкция ч. 3 ст. 291 УК РФ предусматривает наказание в виде штрафа в размере от тридцатикратной до шестидесятикратной суммы взятки.

Б. признана виновной и осуждена за покушение на дачу взятки в сумме     4 000 рублей, следовательно наказание в виде штрафа должно быть ей назначено в пределах от 120 до 240 тысяч рублей.

При таких данных решение суда о назначении ей наказания в виде штрафа в размере 15 000 рублей противоречит не только общим правилам назначения этого вида наказания, согласно которым, штраф не может быть менее двадцати пяти тысяч рублей, но и санкции ч. 3 ст. 291 УК РФ.

При этом требования ст. 64 УК РФ, исходя из ее содержания применяются только к наказанию, предусмотренному соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но не могут быть применены к положениям ст. 46 УК РФ.

В связи с чем, судебная коллегия назначила Б. минимальное наказание в размере 25 000 рублей с рассрочкой выплаты суммы штрафа на 2 месяца равными частями с учетом того, что 15 000 рублей Б. на день рассмотрения дела апелляционной инстанцией уже выплатила.

 

Суд незаконно  признал в качестве

обстоятельства,  отягчающего

наказание,  рецидив преступлений

 

Приговором Дзержинского районного суда от 02.10.2013 З., родившийся 13.07.1990, судимый:

- 03.04.2007 по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 6 годам лишения свободы, освобожден 03.07.2012 условно-досрочно на не отбытый срок 3 месяца 16 дней,

- 30.10.2012 по ч. 1 ст. 166, ст. 73 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год,

осужден по ч. 1 ст. 161, ст. 73 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, с возложением обязанностей не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию с периодичностью, установленной данным органом, сохранено условное осуждение по приговору Дзержинского районного суда от 30.10.2012.

Суд апелляционной инстанции изменил приговор по следующим основаниям.

В соответствии с п.п .«б,в» ч. 4 ст. 18 УК РФ, при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за преступления, совершенные лицом в возрасте до восемнадцати лет, судимости за преступления, осуждение за которые признавалось условным, если условное осуждение не отменялось и лицо не направлялось для отбывания наказания в места лишения свободы.

На момент совершения З. преступления 15.06.2013, условное осуждение, назначенное ему по приговору Дзержинского районного суда от 30.10.2012, отменено не было, и для отбытия наказания в места лишения свободы З. не направлялся.

Кроме того, З. 03.04.2007 был осужден Дзержинским районным судом по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии. Из данного приговора следует, что преступление было им совершено 08.10.2006, то есть в несовершеннолетнем возрасте.

Таким образом, в действиях З. не содержится рецидива преступлений, в связи с чем апелляционная инстанция исключила из приговора ссылку на данное обстоятельство, как на отягчающее наказание, снизив назначенное наказание до 1 года 10 месяцев лишения свободы.

 

Назначая наказание по совокупности

преступлений суд неправильно применил

положения ч. 3 ст. 69 УК РФ,

вместо ч. 2 ст. 69 УК РФ

 

Приговором Рыбинского районного суда от 11.11.2013 С. осужден по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы, по п.п. «б,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде 2 лет 10 месяцев лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года.

Как установлено судом, С. через банкомат «Газпромбанка», произвел операции по перечислению с лицевого счета, принадлежащего ИП М., на виртуальные счета, созданные им с использованием Интернет-системы «Яндекс. Деньги», денежных средств на общую сумму 252 701 рубль 56 копеек, однако воспользоваться похищенными деньгами не смог, поскольку виртуальные счета были заблокированы системой «Яндекс. Деньги».

Согласно ч. 2 ст. 69 УК РФ, если все преступления, совершенные по совокупности, являются преступлениями небольшой или средней тяжести, либо покушением на тяжкое или особо тяжкое преступление, окончательное наказание назначается путем поглощения менее строгого наказания более строгим либо путем частичного или полного сложения назначенных наказаний. При этом окончательное наказание не может превышать более чем наполовину максимальный срок или размер наказания, предусмотренного за наиболее тяжкое из совершенных преступлений.

В связи с чем, вывод суда первой инстанции о назначении наказания по совокупности преступлений по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ является необоснованным, поскольку С. осужден за покушение на совершение тяжкого преступления и за преступление средней тяжести.

При таких обстоятельствах, соглашаясь с доводами апелляционного представления, судебная коллегия назначила С. окончательное наказание по совокупности преступлений в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ в виде 2 лет 9 месяцев лишения свободы.

Кроме того, удовлетворены доводы апелляционного представления об отмене приговора суда в части удовлетворения гражданского иска потерпевшего М. о взыскании денежных средств с С., поскольку преступление по факту хищения денежных средств у потерпевшего М. является покушением на тайное хищение, то есть неоконченным преступлением. Сведений о том, что С. смог распорядиться денежными средствами, перечисленными на созданные им счета, не представлено, поскольку счета были заблокированы системой «Яндекс.Деньги».

В то же время потерпевший М. показал в суде апелляционной инстанции, что не может распоряжаться своими денежными средствами, поскольку они находятся на счетах, которые ему не принадлежат, а кроме того, заблокированы в связи с имеющимися данными о хищении денежных средств.

В части гражданского иска дело направлено на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

 

Оправдательный приговор

оставлен без изменения

 

Приговором Боготольского районного суда от 25.10.2013 С., обвинявшаяся в совершении 12 преступлений, предусмотренных ч. 3               ст. 159 УК РФ, оправдана в связи с отсутствием в ее действиях составов преступлений.

Органами предварительного следствия С. обвинялась в том, что она, являясь главным бухгалтером КГБУ СО «Боготольский ПНИ» с 11.07.1997 по 05.05.2012, в период времени с марта 2006 года по ноябрь 2009 года неоднократно путем оформления фиктивных документов на подотчетных лиц с помощью работников учреждения, введенных ею в заблуждение, получала из кассы денежные средства якобы на ремонт и обслуживание организационной техники, принадлежащей КГБУ СО «Боготольский НПИ», расходуя впоследствии их по своему усмотрению, тем самым совершала хищения средств Краевого государственного бюджетного учреждения социального обслуживания «Боготольский психоневрологический интернат» путем обмана с использованием своего служебного положения, причинив материальный ущерб на общую сумму 47 392 руб. 80 коп.

Оправдывая С., суд первой инстанции сослался на показания подсудимой, указав, что на предварительном следствии и в ходе судебного заседания она давала последовательные показания, признавая факты незаконного изъятия денежных средств из кассы КГБУ СО «Боготольский ПНИ» по поддельным документам, при этом, не соглашаясь с тем, что в этом ей помогали другие работники учреждения, и что за это она кому-либо давала деньги. Указывала, что полученные деньги она себе не присваивала, а использовала их на нужды интерната, отрицая наличие корыстного умысла.

Предварительное расследование по делу проведено неполно, стороной обвинения не представлено в суде бесспорных доказательств, свидетельствующих о виновности С., не установлен корыстный мотив, то есть стремление изъять и (или) обратить чужое имущество в свою пользу либо распорядиться указанным имуществом как своим собственным, в том числе путем передачи его в обладание других лиц, и прямой умысел на совершение хищений. Доводы стороны защиты и подсудимой о расходовании денежных средств, незаконно изъятых из кассы,  исключительно на нужды интерната не опровергнуты. Подложность представленных стороной защиты чеков, квитанций, договоров, подтверждающих приобретение жалюзи, карнизов, спортивной формы, хозяйственных товаров, расходных материалов для занятий трудотерапией, дезинфицирующих средств не доказана. За счет каких средств приобретались указанные товары, следствием не установлено. По поводу чеков и квитанций, обнаруженных в ходе обыска жилища С., обвиняемая не допрашивалась. В рамках следствия не проведена компьютерно-техническая экспертиза по жесткому диску «HITACHI DESKSTAR», изъятому в кабинете главного бухгалтера, на котором изготавливались поддельные чеки, квитанции, счета-фактуры от имени ООО «Техника-Сервис».

Оценивая протоколы следственных действий, представленные стороной обвинения, суд указал, что они подтверждают лишь способ изъятия денежных средств, который не оспаривается стороной защиты, согласуются с иными доказательствами по делу. Однако, сами документы, за исключением части поддельных квитанций, в ходе рассмотрения дела в суде не исследовались.

Кроме того, суд посчитал несостоятельным довод стороны обвинения о том, что С. совершала хищения бюджетных средств путем обмана из корыстных побуждений, так как хотела сохранить за собой занимаемую должность, создать себе репутацию работника, умеющего разрешать возникающие вопросы, изыскивать денежные средства в кратчайшие сроки, поскольку указанные мотивы являются ложно понятыми служебными интересами, а не корыстными побуждениями, в результате которых имущество было обращено в пользу подсудимой или иных лиц.

Приговор был обжалован государственным обвинителем в апелляционном порядке. Однако, судебной коллегией по уголовным делам краевого суда от 06.02.2014 судебное решение оставлено без изменения.

 

В ПРЕЗИДИУМЕ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА

 

Судебные решения об отказе в

удовлетворении жалоб защитника,

поданных в порядке ст. 125 УПК РФ,

признаны незаконными

 

Осуществляя защиту интересов обвиняемого С., в рамках возбужденного уголовного дела по факту обнаружения незаконной порубки лесных насаждений на территории Абанского района 30.08.2012, адвокатом Н. было заявлено ходатайство об ознакомлении с протоколами проведенных с участием С. следственных действий путем снятия фотокопий протоколов следственных действий.

Постановлением следователя СЧ ГСУ ГУ МВД России по Красноярскому краю И. от 25.04.2013 года ходатайство адвоката Н. об ознакомлении с протоколами следственных действий с участием обвиняемого С. удовлетворено, а в удовлетворении ходатайства о снятии копий с данных протоколов отказано по мотиву того, что таким правом защитник наделен только на стадии выполнения требований ст. 217 УПК РФ.

 Не согласившись с указанным решением следователя, защитник Н. обратился в суд с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ, в которой просил признать постановление следователя от 25.04.2013 в части отказа в удовлетворении его ходатайства незаконным и необоснованным, а также обязать следователя устранить допущенное нарушение закона.

Постановлением Абанского районного суда от 20.06.2013, оставленным без изменения апелляционным постановлением краевого суда от 27.08.2013, в удовлетворении жалобы адвоката отказано.

Судебные решения отменены, как незаконные, по следующим основаниям.

Как следует из содержания судебного постановления от 20.06.2013, решение суда об отказе в удовлетворении жалобы адвоката С. основано на его выводах о том, что ст. 53 УПК РФ во взаимосвязи с ч. 2 ст. 217 УПК РФ предусматривают право защитника на снятие за свой счет копий с материалов уголовного дела, в том числе с помощью технических средств, только по окончании предварительного расследования по уголовному делу, при его ознакомлении со всеми представленными материалами. При этом на момент заявления адвокатом Н. соответствующего ходатайства предварительное следствие по делу в отношении С. еще не было завершено.

Вместе с тем, при принятии вышеуказанного решения по жалобе в порядке ст. 125 УПК РФ судом не учтены положения п. 6 ч. 1 ст. 53 УПК РФ, устанавливающие, что допущенный к участию в уголовном деле защитник вправе знакомиться с протоколом задержания, постановлением о применении меры пресечения, протоколами следственных действий, произведенных с участием подозреваемого, обвиняемого, иными документами, которые предъявлялись либо должны были предъявляться подозреваемому, обвиняемому.

Таким образом, указанные положения уголовно-процессуального закона, вопреки мнению суда, не только не препятствуют защитнику знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с участием обвиняемого, и иными документами, которые предъявлялись либо должны были предъявляться обвиняемому, но и не содержат запрета защитнику выписывать из таких документов сведения в любом объеме, а значит, и снимать с данных документов за свой счет копии иным путем, в том числе с помощью технических средств.

Кроме того, в противоречие с позицией суда, изложенной в оспариваемом судебном постановлении, не препятствуют защитнику копировать материалы дела, представленные ему для ознакомления до окончания предварительного следствия, и положения, содержащиеся в п. 7               ч. l ст. 53 УПК РФ и предусматривающие, что адвокат вправе знакомиться по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела, выписывать из дела любые сведения в любом объеме, снимать за свой счет копии с материалов уголовного дела, в том числе с помощью технических средств.

Поскольку указанной нормой закона не установлено, что защитник имеет право на копирование материалов дела только по окончании предварительного расследования, ее положения должны рассматриваться как регулирующие вопросы, связанные с ознакомлением адвоката с материалами уголовного дела, и не распространяющие свое действие на иные стадии производства по уголовному делу.

В связи с этим,  Конституционным Судом Российской Федерации в определениях от 24.09.2013 года № 1264-О и от 24.10.2013 года № 1557-О сформулирована правовая позиция, в соответствии с которой положения п. 6  ч. 1 ст. 53 УПК РФ о праве защитника на ознакомление со следственными документами, которые предъявлялись или должны были предъявляться обвиняемому, направлены на обеспечение выполнения защитником его процессуальной функции по защите обвиняемого от предъявленного ему обвинения, в связи с чем, они представляют собой гарантии реализации обвиняемым права на защиту и не могут рассматриваться как ограничивающие право защитника на копирование материалов дела, представленных ему для ознакомления до окончания предварительного следствия по делу.

Указанные нарушения закона в соответствии с положениями ч.1  ст. 401.15 УПК РФ явились основанием отмены постановления Абанского районного суда от 20.06.2013, апелляционного постановления  краевого суда от 27.08.2013 и передачи материала по жалобе защитника Н. в порядке ст. 125 УПК РФ в суд первой инстанции на новое судебное рассмотрение.

 

За совершенное впервые преступление

небольшой тяжести, при отсутствии

отягчающих наказание обстоятельств,

виновному лицу незаконно назначено

наказание в виде лишения свободы

 

Приговором Назаровского городского суда от 07.05.2013 К. осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 7 месяцам лишения свободы с лишением права управления транспортными средствами сроком на 6 месяцев, с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 1 год.

Уголовное дело рассмотрено судом в порядке, предусмотренном главой 40 УПК РФ, без проведения судебного разбирательства.

Президиумом краевого суда приговор изменен в связи с неправильным применением уголовного закона.

Как следует из материалов дела, К. ранее был осужден приговором мирового судьи судебного участка № 104 в г. Назарово и Назаровском районе от 29.04.2011 по ч. 1 ст. 157 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием в доход государства 5% из заработной платы ежемесячно.

Постановлением мирового судьи от 30.08.2011 не отбытое наказание в виде исправительных работ заменено на лишение свободы на срок 1 месяц 13 дней с отбыванием в колонии-поселения. Из мест лишения свободы К. освобожден 01.11.2011 года по отбытии срока наказания.

Суд при вынесении приговора во вводной части указал, что К. имеет не погашенную судимость по приговору от 29.04.2011, а в описательно­мотивировочной части при назначении наказания - о наличии у К. судимости.

В соответствии с п. «б» ч.3 ст. 86 УК РФ в отношении лиц, осужденных к более мягким видам наказания, чем лишение свободы, судимость погашается по истечении одного года после отбытия или исполнения наказания.

Приговором от 29.04.2011 К. был осужден к исправительным работам, что является более мягким видом наказания, чем лишение свободы. Назначенное наказание он отбыл 01.11.2011 года, в связи с чем, на момент совершения им нового преступления – 09.12.2012 судимость по указанному приговору следует считать погашенной.

В силу требований ч. 6 ст. 86 УК РФ погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью.

Таким образом, указания суда во вводной и описательно-мотивировочной части приговора о наличии у К. непогашенной судимости по приговору от 29.04.2011 нормам уголовного закона не соответствуют.

Более того, согласно положениям ч. 1 ст. 56 УК РФ, наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, за исключением преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228,            ч. 1 ст. 231 УК РФ, ст. 223 УК РФ или только если соответствующей статьей Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

Поскольку в силу требований ч. 2 ст. 15 УК РФ преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ является преступлением небольшой тяжести, К. считается лицом, впервые совершившим данное преступление, отягчающие обстоятельства отсутствуют, то ему не может быть назначено наказание в виде лишения свободы.

Между тем, такие виды наказания как принудительные работы и арест, предусмотренные ч. l ст. 264 УК РФ, в настоящее время не применяются, а наказание в виде ограничения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ назначено быть не может. В связи с этим, наказание К. следует определить с применением ст. 64 УК РФ в виде исправительных работ условно.

Кроме того, суд, назначая К. дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами, применил ст. 73 УК РФ, что не соответствует требованиям закона, в связи с чем данное наказание в настоящее время не может быть назначено.

Далее, в связи с принятием Постановления Государственной Думы от 18.12.2013 года № 3500-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 20-летием принятия Конституции Российской Федерации» на основании п. 3 лица, осужденные за преступления, предусмотренные ч. l ст. 264 УК РФ подлежат освобождению от наказания.

Поскольку К. осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, осужденный подлежит освобождению от назначенного наказания, на основании п. 3 постановления Государственной Думы от 18.12.2013 № 3500-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 20-летием принятия Конституции Российской Федерации», препятствий для применения которой не имеется.

Постановлением Президиума краевого суда от 14.01.2014 приговор в отношении К. изменен: из вводной и описательно-мотивировочной части исключено указание на наличие у К. непогашенной судимости по приговору от 29.04.2011, по ч. 1 ст. 264 УК РФ К. назначено наказание с применением ст. 64 УК РФ в виде исправительных работ сроком на 6 месяцев с удержанием из заработной платы 10% в доход государства. В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в 1 год.

 

Несоблюдение требований уголовно-

процессуального закона о подсудности

явилось причиной отмены судебных

решений, состоявшихся по делу

 

Приговором Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 20.09.2012 И. осужден: по п. «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 13 лет лишения свободы, по ч. 2 ст. 228 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 2 года лишения свободы, и на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ на 14 лет лишения свободы в исправительной колонии cтpoгoгo режима.

Определением судебной коллегии по уголовным делам краевого суда от 13.11.2012 приговор оставлен без изменения, кассационная жалоба И. без удовлетворения.

По надзорной жалобе осужденного, президиумом краевого суда  судебные решения отменены в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Федеральным законом от 05.06.2012 года № 54-ФЗ, вступившим в законную силу 07.06.2012, внесены изменения в ч. 3 ст. 31 УПК РФ, согласно которым преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 229.1 УК РФ, отнесено к подсудности Верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда.

Согласно положениям ст.ст. 227, 231 УПК РФ решение вопросов о подсудности принимается судом как при принятии решения по поступившему уголовному делу, в ходе которого суд может принять решение о направлении уголовного дела по подсудности, так и при принятии решения о назначении судебного заседания.

Согласно ст. 34 УПК РФ судья, установив при разрешении вопроса о назначении судебного заседания, что поступившее уголовное дело не подсудно данному суду, выносит постановление о направлении данного уголовного дела по подсудности.

Уголовное дело по обвинению И. по п. «б» ч. 4 ст. 229.1 УК РФ, ч. 2 ст. 228 УК РФ поступило в Железнодорожный районный суд г. Красноярска 29.05.2012.

Согласно ч. 3 ст. 8 УК РФ подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение его уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено настоящим Кодексом.

Вышеуказанное нарушение уголовно-процессуального закона, в силу положений п. 2 ч. 1 ст. 381 УПК РФ, является безусловным основанием для отмены судебного решения.

Дело передано на новое судебное рассмотрение в Красноярский краевой суд со стадии назначения судебного заседания.

 

другие новости